Синий на бизани (ЛП) - О'Брайан Патрик - Страница 57

– И о чем я думаю? – пробормотал он про себя, тщательно обводя ту часть своего письма, которая была предназначена лишь для сэра Джозефа, и то в закодированном виде. Однако не успел он довести линию до конца, как послышались шаги, стук, и он крикнул: – Войдите.

Это был взволнованный Хэнсон.

– О, сэр, – крикнул он. – Его ранили. Капитан меня послал за вами. Хирург сказал, что надежды нет.

Надеяться действительно было не на что.

– Аорта, – сказал врач-чилиец, указывая на темную лужу под телом Линдсея.

– Ничего нельзя сделать? – спросил Джек и, когда Стивен покачал головой, добавил: – Мистер Хэнсон, скорее бегите на корабль и скажите мистеру Хардингу, что мне нужны четыре крепких матроса и носилки, чтобы отнести тело сэра Дэвида, и простыня, чтобы накрыть его, – Обращаясь к Стивену, он сказал: – Мы похороним его по-флотски, так, как он сам бы хотел.

Это вызвало беспокойство среди оставшихся чилийских друзей Линдсея, – его противник и секунданты, кроме Джека, исчезли, – и один из них сказал Стивену:

– Префект порта должен осмотреть тело и одобрить похороны.

– Таков обычай, – с серьезным видом произнес Стивен. – Древний морской обычай.

Это слово возымело такое действие на испанцев, что их ропот прекратился. Они ждали, пока из порта не прибыли носилки, а затем, когда Линдсея положили на них и укрыли, военные и моряки отдали честь, когда его уносили, в то время как гражданские лица сняли шляпы. Хотя один, стоявший рядом со Стивеном, пробормотал, что, без сомнения, префект будет чрезвычайно оскорблен.

Джек велел Хардингу отдать швартовы и отвести корабль от мола на глубину двадцати саженей. Там, когда он собрал все, что нужно было отправить семье Линдсея, он вызвал парусного мастера, и когда Линдсей был завернут в военно-морской саван, с двумя ядрами в ногах, Джек похоронил его в присутствии всего экипажа и с почестями, подобающими его прежнему званию, произнеся ритуальные слова, когда тело скользнуло за борт.

Затем "Сюрприз", покончив с формальной стороной траура, вернулся в гавань, на свое прежнее место.

– Почти при любом ветре я могу выйти в море, – сказал Джек Стивену наедине. – Я уже увидел достаточно, чтобы почувствовать себя неуютно, и не сомневаюсь, что вы видели гораздо больше.

– Да, – ответил Стивен. – и я только жду, когда Джейкоб вернется с более полной информацией о южных хунтах, чтобы решить, должен ли я официально посоветовать вам полностью отказаться от участия в местной политике и посвятить себя исключительно гидрографии, или нет. Ведь архипелаг Чонос практически не изучен, – "И кто знает, то за неизвестные чудеса флоры и фауны он таит", добавил он про себя.

Они сидели в каюте и пили чай, и после долгого молчания Джек произнес:

– Стивен, то, что я собираюсь сказать, возможно, прозвучит для вас сентиментально, но некоторые из тех молодых людей, которых я обучал, демонстрируют потенциал стать первоклассными моряками, и по этой причине, как и по многим другим, я снова и снова обдумываю кое-какой план. Как вы знаете, я, как дурак, передал властям только казну, взятую в Вальдивии, а военно-морские припасы мы использовали для собственных нужд, насколько это было возможно: фрегат теперь практически битком набит порохом и ядрами, мы заменили весь изношенный такелаж, а парусины столько, что можно снабдить линейный корабль, и превосходные продукты тоже в изобилии. Поэтому я хочу атаковать Кальяо и захватить "Эсмеральду". Я предлагал это Линдсею, но он наотрез отказался, считая, что крепость нас потопит еще до того, как мы сможем открыть огонь. И в любом случае, крепкий 50-пушечный фрегат был не по зубам 30-пушечному "Сюрпризу", даже при поддержке "Кобры". Он был категорически против этого плана и называл его безрассудным, что меня удивило, учитывая, сколько раз он дрался на дуэлях. Но о мертвых не будем.

– Царствие ему небесное, бедняге.

– Да, не будем... Так вот, Стивен, что я собираюсь сделать. Вам нравится мой план?

– Любезный, я довольно хорошо умею выполнять надлобковую цистотомию. Вы же эксперт по части морских сражений. По первому вопросу ваше мнение не стоит ни гроша, так же как и мое по второму. Если вас все устраивает, то и я доволен.

Тем не менее капитан Обри продолжил аргументировать свою точку зрения:

– Понятно, что Перу было нейтральным государством, испанской колонией, но Перу ведь неоднократно вторгалось в независимую республику Чили, и если испанский вице-король добьется успеха в следующий раз, молодой чилийский флот (такой многообещающий и усердный) будет уничтожен. Так что, с любых точек зрения...

– Прошу прощения, сэр, – сказал мичман. – вахта мистера Сомерса, лиссабонский пакетбот огибает мыс, а на носу у него кто-то, очень похожий на доктора Джейкоба, машет красным платком.

– Спасибо, мистер Гловер, пожалуйста, передайте ему, что нужно поднять сигнал, приглашающий их подойти и встать рядом.

Джек продолжал разглагольствовать о преимуществах внезапности, почти гарантированном превосходстве в орудийном огне и общей выучке матросов, пока, наконец, они не почувствовали легкий, скользящий удар пакетбота о привальный брус, услышали обычные крики тех, кто бросал и ловил концы, и появился Джейкоб.

– Клянусь богом, сэр, – воскликнул он, обращаясь к Джеку. – там словно муравейник разворошили! Похороны бедного сэра Дэвида – упокой, Господи, его душу, – до официального расследования были совершенно незаконными и дали префекту именно тот повод, которого он искал. Судно будет конфисковано с наступлением темноты. Об этом известно вплоть до Вильянуэвы, где местная хунта раздает оружие.

– Был отдан приказ захватить фрегат?

– Полагаю, да.

Джек позвонил в колокольчик, вызвал Хардинга и сказал вошедшему лейтенанту:

– Мистер Хардинг, сегодня вечером никаких увольнений на берег, и если приблизятся какие-либо лодки, на борт никого не допускать. Я отправляюсь на борт пакетбота.

– Но, сэр, – воскликнул Джейкоб. – я слишком поторопился, сначала я должен был сказать, что полковник Вальдес ведет свои войска обратно из Консепсьона, а к верховному лидеру уже отправлены гонцы.

– Все равно, – сказал Джек. – я буду действовать по своему плану, – Он вышел на палубу и спустился в пакетбот. – Джентльмены, – обратился он к ученым. – могу я отнять у вас пять минут времени?

Все согласились, и Остин Добсон пригласил его спуститься вниз.

– Я прав, предполагая, что вы направляетесь в Панаму?

– Это действительно так, – сказал Добсон. – Склейтер и Бьюик, – Он кивнул в сторону двух орнитологов. – горят желанием как можно скорее преодолеть перешеек, поскольку на третьей неделе месяца в Англию могут отплыть как минимум три корабля, а они хотели бы еще провести несколько дней среди крачек на тихоокеанском берегу.

– В таком случае, дорогие коллеги, – сказал Джек. – вы сможете, если согласитесь, оказать мне и Мэтьюрину существенную услугу. Я полагаю, вы все знакомы с очень непростым положением в этой стране и с вероятностью свержения О'Хиггинса, а также последующей анархии и неизбежного вторжения Перу? – Они кивнули, а один из энтомологов пробормотал: "Эти чертовы хунты". – Сейчас все держится на волоске, и карта может лечь по-разному. Но сегодня вечером я собираюсь отплыть в Кальяо с намерением захватить пятидесятипушечный перуанский фрегат "Эсмеральда", отвести его обратно в Вальпараисо и укомплектовать отборными матросами из чилийского флота, которых мы с беднягой Линдсеем обучали. Это должно дать республиканцам значительный перевес еще до возвращения О'Хиггинса и войск из Консепсьона.

– Все это так, – заметил астроном. – но, мой дорогой сэр и коллега, мы люди науки, а не военные.

– Верно, – сказал капитан Обри. – но, как ученые, вы очень хорошо умеете наблюдать, и очень скоро поймете, выиграна битва или проиграна. И первая из двух моих просьб заключается в том, чтобы вы как можно скорее отправили сообщение о ее исходе в Адмиралтейство. А как ученые, вы поймете важность моей второй просьбы: наш собрат, Стивен Мэтьюрин, оставил все свои коллекции в нашей гостинице в Вальпараисо. Я, командуя этим кораблем, вызвал враждебность местных властей, и теперь я не могу позволить ему сойти на берег. Вы же, под эгидой Королевского научного общества можете сделать это без опаски: вы можете приятно поужинать в "Антигуа Севилья", забрать его вещи, а потом в полночь присоединиться к "Сюрпризу" и его тендеру, шхуне "Рингл", всего в паре километров от гавани.