Космическая сага: Восхождение из пепла колоний (СИ) - Шаравин Максим - Страница 43

Штурмовики остановили пленных в самом начале зала, выстроили в линию и замерли по стойке «смирно», ожидая дальнейших приказаний. Мы обменялись короткими приветствиями с соратниками, и, когда все расселись за массивным овальным столом, я произнёс, пристально посмотрев на штурмовиков:

— Давайте всех троих сюда, ближе к столу.

Штурмовики коротко кивнули и повели пленных вперёд. Пилот шёл с высоко поднятой головой, словно бросая нам вызов, а двое штурмовиков заметно нервничали — один из них то и дело озирался по сторонам, второй сжимал и разжимал кулаки.

Я откинулся на спинку кресла, сложил пальцы в замок и обвёл взглядом пленных.

— Итак, — мой голос прозвучал спокойно и холодно, — начнём с тебя, — мой взгляд остановился на пилоте, и я проник в его мысли.

Концентрация требовалась максимальная — образы, обрывки воспоминаний, скрытые мотивы стремительно проносились перед внутренним взором.

— Занятно… — пробормотал я тихо, продолжая изучать мысли пилота и внимательно на него смотреть. Но он меня услышал.

— И что же занятного ты во мне увидел, князь? — усмехнулся пилот, пытаясь сохранить браваду, но в его сознании я уже заметил проблеск страха.

— Не в тебе, а в твоих мыслях, — ответил я. — Значит, адмирал был твоим троюродным дядей, а ты служил при нём. И не просто служил — ты был его тенью, исполнителем самых грязных поручений.

Пилот начал нервничать: его пальцы непроизвольно сжались, на лбу выступила испарина. Он попытался закрыть сознание, но было уже поздно.

— Бесполезно, — я улыбнулся. — Всё, что мне надо было, я узнал. — Сказав это, я перевёл взгляд на пленных штурмовиков. Их лица выражали смесь страха и растерянности. — А вы‑то чем думали, когда согласились на эту авантюру?

Один из пленных собрался отвечать, но я не дал, подняв руку:

— Не стоит оправдываться. Ваши мотивы мне ясны: вам пообещали щедрую награду и рассказали красивую историю о «справедливом наказании опасного преступника». Вы даже не подозревали, что стали пешками в чужой игре.

Я вздохнул и посмотрел на Георгия:

— Пилота казнить, остальных… — я задумался и снова внимательно посмотрел на пленных штурмовиков, взвешивая решение. — Отпустить их. Пусть вернутся к семьям и запомнят этот урок навсегда.

— Будет исполнено, мой князь, — ответил Георгий и подал знак нашим штурмовикам.

Пленных вывели. В зале повисла короткая пауза — соратники переваривали услышанное.

— Адмирал был троюродным дядей пилота, — начал я, вставая и прохаживаясь вдоль стола. — Пилот был… даже не знаю, как сказать точнее. Он работал на всех, кто ему платил, в том числе и на Валуа. Продавал информацию, устраивал диверсии в разных звёздных системах. Покушение на меня оплатил Союз Свободных Колоний. Возможно даже за счёт кредитов Валуа, но пилот этого не знает. А штурмовики, которых я приказал отпустить, собственно говоря, и не знали про покушение на меня, — продолжил я. — Им сказали, что нужно уничтожить особо опасного преступника, который готовил покушение на их любимого Фотиса. Пилот специально взорвал флаер — хотел и Фотиса заодно убрать. После взрыва он отдал приказ уничтожить меня. Вот такие дела.

— Выходит, это не группа заговорщиков и бунтовщиков? — уточнил Георгий, хмуря брови.

— Нет, — я покачал головой. — Просто очень умный наёмник и толпа дурней, которые ему поверили и погибли зря. Наёмник использовал их как расходный материал, а сам рассчитывал скрыться с наградой.

Я остановился в центре зала.

— Пойду в каюту, посмотрю, как там Аврора, — сказал я, поворачиваясь к соратникам.

Попрощавшись со всеми, я отправился к себе.

Аврора спала на моей кровати, укрывшись одеялом. Её лицо, даже во сне, хранило следы пережитого волнения, но дыхание было ровным. Не став её будить, я тихо разделся и отправился в душ. Тёплые струи воды помогли немного расслабиться. Выйдя, я на мгновение замер у кровати, глядя на мирно спящую Аврору. В груди разливалась тихая радость — я жив, она в безопасности, и теперь мы сможем разобраться со всеми угрозами, которые ещё остались.

Я сел в кресло возле рабочего стола, подставил под ноги пуфик и погрузился в сон.

На следующее день я проснулся от лёгкого поцелуя Авроры. Её губы едва коснулись моего лба, но этого хватило, чтобы вырвать меня из объятий сна.

Я приоткрыл глаза и увидел её лицо совсем близко — она склонилась надо мной. В её глазах читались одновременно тревога и радость.

— Ты наконец проснулся, — прошептала она, и на её губах появилась робкая улыбка. — Я боялась, что ты будешь спать ещё долго.

Я потянулся, чувствуя, как новое тело отзывается лёгкостью и силой — улучшения Яра явно работали.

— Со мной всё в порядке, — я взял её за руку. — И с тобой, надеюсь, тоже?

Аврора кивнула, но я заметил, как дрожат её пальцы. Она провела ладонью по моей щеке, словно убеждаясь, что я действительно здесь, живой и невредимый.

— Когда Игнат уносил тебя… — её голос дрогнул, — я думала, что потеряла тебя. Всё произошло так быстро. Я даже не успела ничего понять.

Я притянул её к себе и обнял, чувствуя, как она расслабляется в моих руках.

— Больше такого не повторится, — тихо сказал я. — Я позабочусь об этом.

Она отстранилась и посмотрела мне прямо в глаза:

— Расскажи мне всё. Что случилось? Кто хотел тебя убить? Почему?

Я вздохнул. Было видно, что она не успокоится, пока не узнает правду.

— Это был наёмник, — начал я. — Пилот, который мстил за своего троюродного дядю — адмирала, казнённого за измену. Он работал на всех, кто платил, в том числе на Валуа. Покушение оплатил Союз Свободных Колоний.

— А штурмовики? — перебила Аврора. — Те, что напали на нас?

— Они были пешками. Им сказали, что нужно уничтожить преступника, который готовил покушение на Фотиса. Пилот использовал их, а после взрыва отдал приказ убить меня.

Аврора побледнела:

— Значит, мы чудом выжили…

— Да, — я сжал её руку. — Но теперь мы знаем врага в лицо. И я не позволю ему или кому‑либо ещё угрожать нам снова.

В этот момент раздался деликатный стук в дверь.

— Войдите, — отозвался я.

Дверь открылась, и на пороге появился Яр. Его взгляд скользнул по нам, и на лице появилась едва заметная улыбка.

— Простите за беспокойство, князь, — сказал он. — С вами желает поговорить князь Оболенский. Я сказал ему, что вы сейчас не доступны и будете на связи через час.

Я переглянулся с Авророй. В её глазах уже не было страха — только решимость.

— Мы будем через двадцать минут на завтраке, — ответил я Яру. — Передай остальным, чтобы тоже подходили.

— Все уже пообедали и занимаются рабочими вопросами, — сообщил Яр.

Я посмотрел на часы: уже было почти пять часов вечера по местному времени. Сколько же я проспал?

Аврора увидела мой удивлённый взгляд и засмеялась:

— Ты проспал почти двенадцать часов. Не забывай, что ты вернулся слишком поздно.

Я улыбнулся:

— А где ты была всё это время?

— Я встала утром, хотела тебя разбудить, чтобы ты лёг в кровать, но передумала, — ответила Аврора, продолжая улыбаться. — Потом сходила в школу — у меня было три урока у младших детей. Вернулась, немного подождала и разбудила тебя.

— Хорошо, — я перевёл взгляд на Яра. — Тогда предупреди Георгия, Рэттена, Марка и Игната, что я жду их через час в зале для совещаний. Пусть присутствуют при моём разговоре с Мстиславом. Возможно, потребуется быстрое принятие решений.

— Будет исполнено, — Яр поклонился и уже собрался закрыть дверь в каюту, когда я снова обратился к нему:

— Яр, от Себастьена есть новости?

— Да. Себастьен забрал Женевьеву в звёздной системе Меровинг‑1, прямо из Города‑Дворца Артурии. Они уже летят сюда, — он на миг прикрыл глаза, сверяясь с данными. — Оставшееся время до выхода из варп‑прыжка — тринадцать часов сорок пять минут. Будут завтра к утру.

— Спасибо, Яр. Тогда прикажи накрыть обед для нас с Авророй, — попросил я.