Белоснежка для босса (СИ) - Амурская Алёна - Страница 37

- Дети? - Маша издает истерический смешок. - Твои дети в раю, Лиза! Павлика тут уже накормили какими-то заморскими десертами, а Женька ходит по дому с таким видом, будто он наследный принц, не меньше. Но самое безумное не это! Короче, прикинь, мне сказали, что я больше школьной поварихой не работаю! Сказали, что я теперь временный шеф-повар этого поместья! С официальным зачислением в штат, проживанием, соцпакетом и... Лиза, у меня теперь в подчинении два человека! Два настоящих помощника на кухне! Я, обычная повариха из столовки, буду ими командовать? Это какой-то бред, скажи мне, что это сон!

Я слушаю восторженную дробь Машкиных слов, а мозг сейчас просто искрит и дымится, пытаясь переварить масштаб происходящего.

Господи, Батянин что же, решил скупить мою жизнь оптом, вместе со всеми родственниками до второго колена?

Переезд детей я еще могла объяснить безопасностью и «военным положением». Но Машка... моя младшая сестра, обычная повариха в школьной столовой, которая годами привыкла варить борщи в огромных алюминиевых баках и считать копейки от зарплаты до зарплаты. Он не просто перевез её, а буквально «перепрошил» меньше чем за сутки. Вырвал из привычного мира казенных котлет и превратил в шеф-повара элитного поместья с личным персоналом в подчинении.

К горлу подкатывает странный ком. Смесь шокированного восхищения и какой-то пугающей, благоговейной благодарности. Потому что впечатление такое, что Батянин не оставил Герману ни единой лазейки, чтобы до меня добраться.

Я бросаю на него короткий взгляд.

Он уже вышел из машины и теперь стоит у открытой дверцы, терпеливо ожидая, когда я закончу разговор. В свете садовых фонарей его шрам кажется почти серебристым, а лицо - непроницаемым. Этот человек только что доказал, что его слова про ферзя и захват территории - не пустой звук. Он действительно окружил мою фигуру своими лучшими ладьями.

Сглатываю вязкий ком смущения и, наконец, отвечаю в трубку, стараясь, чтобы голос звучал твердо:

- Маш, это не сон. Если тебе сказали, что ты - шеф-повар, значит, так оно и есть. Просто прими это как часть нашей новой жизни. Я сейчас зайду и мы всё обсудим.

Я отключаю вызов, но пальцы продолжают сжимать телефон так крепко, будто это единственный якорь в бушующем океане абсурда. Мне хочется подойти и спросить: «Зачем ты это сделал? Неужели я стою таких усилий?», но вовремя прикусываю язык.

Батянин не любит лишних вопросов, он любит результат.

- Андрей... - я подхожу к нему, пряча дрожащие руки в карманы плаща и стараясь, чтобы голос не звучал слишком уж восторженно. - Ты серьезно? Маша - шеф-повар с помощниками... Она там в полуобмороке от важности момента.

Батянин смотрит на меня, и в глубине его черных глаз я ловлю короткую, почти неуловимую искру удовлетворения.

- Мне нужно, чтобы ты не дергалась каждый раз, когда твоя сестра будет идти на работу, - произносит он своим рокочущим басом, и от этой его прямолинейной практичности мне хочется и смеяться, и плакать одновременно. - А твоя Маша умеет готовить. Так что пока я не разберусь с Германом окончательно, так будет удобнее всем. Это чисто рациональное решение.

- Рациональное... - я невольно усмехаюсь, качая головой. - Ты невероятный человек. Превратил её жизнь в сказку всего за один вечер, прямо как Январь-месяц из сказки. Стукнул посохом - и у обычной поварихи расцвели подснежники, личный штат и бюджет на деликатесы...

- Главное, чтобы она суп не пересолила, - невозмутимо парирует Батянин и протягивает мне руку. - Идем в дом, Лиза. Твоя свита заждалась хозяйку.

Мы переступаем порог, и я замираю. Я ожидала увидеть холодный музейный интерьер, эрмитажные залы и антиквариат, к которому страшно прикоснуться. Но дом встречает меня запахом… ванили и свежего дерева. И шумом. Огромным, неконтролируемым шумом моей семьи.

Батянин превратил сегодняшнюю экстренную эвакуацию в масштабную операцию по спасению всего моего сумасшедшего зоопарка. Только сейчас до меня доходит истинный смысл его отрывистых распоряжений по телефону, пока мы неслись по трассе. Его короткие: "Подготовьте вольер", "Вызовите специалиста" и "Всё оборудование - в восточное крыло", которые я тогда приняла за обычную управленческую привычку всё контролировать, на деле оказались детальным планом по обустройству моей прошлой жизни в его нынешней.

Он идет следом, и я кожей чувствую его интерес. Он наблюдает за моей реакцией, словно ждет оценки своей работе, и в этой его безмолвной готовности услужить моим привязанностям сквозит что-то пугающе-трогательное. К слову говоря, ему есть чем гордиться, потому что он в буквальном смысле перевез весь мой мир, не потеряв по дороге ни одной пуговицы!

Мы идем в сторону крыла, которое он отвел под детские нужды.

Я открываю дверь гостевой спальни и ахаю. Оказывается, что это помещение уже превратили в игровую комнату мечты. На пушистом дизайнерском ковре, стоимость которого, вероятно, равна моей годовой зарплате, вальяжно развалился наш Капитан Хвост. Кот, который когда-то дрожал на помойке, теперь с самым наглым видом вылизывает лапу, игнорируя всё вокруг.

Павлик, увидев меня, бросается навстречу, размахивая новенькой моделью любимого трансформера.

- Мама! Мама, смотри, какой у Хвоста ковер! Он сказал, что ему нравится! А дядя Андрей разрешил ему спать прямо в этой комнате!

Я невольно смотрю на Батянина. Тот стоит в дверном проеме, сложив руки на груди, и его суровые губы едва заметно дергаются в намеке на улыбку.

- У кота хороший вкус, - хмыкает он в ответ на мой немой вопрос. - Пусть привыкает. Места много, ковров на всех хватит.

Я прохожу дальше по коридору, ведомая каким-то интуитивным чувством, и натыкаюсь на... вольер. Настоящий, огромный, встроенный в нишу с панорамным окном. Внутри - жердочки из натурального дуба, куча блестящих игрушек, зеркальца и целая система кормушек. Наш Каркарыч сидит на самой верхней ветке и с достоинством чистит перья, время от времени одобрительно каркая.

Рядом с вольером стоит строгая дама в очках и деловом костюме, которая что-то быстро записывает в планшет. Увидев нас, она поправляет оправу и чеканит:

- Андрей Борисович, птица в легком стрессе, но условия я скорректировала. Охране даны четкие указания: мимо вольера ходить плавно, руками не махать, громко не разговаривать. Как специалист-орнитолог из городского зоопарка, я готова в любое время проконсультировать вас по адаптации вашего питомца...

Я чувствую, как у меня перехватывает дыхание. Батянин вызвал эксперта, чтобы тот изучил даже потребности ворона? Это какой-то немыслимый уровень заботы о каждой мелочи, которая мне дорога!

В ответ на мой ошеломленный взгляд он пожимает плечами, как будто речь идет о покупке новых скрепок в офис.

- Я не хочу, чтобы твои питомцы передохли от стресса в первую же ночь. Тебе и так хватает поводов для беспокойства, Лиза.

Я хочу его обнять. Прямо здесь, на глазах у строгой тетки из зоопарка. Но внезапно с улицы, со стороны террасы, раздается истошный гогот гуся и вопль моего младшего сына:

- Гриша, ну иди! Там вода! Там лебеди! Они хотят с тобой поиграть! Иди же!

Мы с Батяниным переглядываемся и, не сговариваясь, идем к выходу на задний двор.

Картина, которая предстает перед нашими глазами, достойна пера карикатуриста. В центре идеально подстриженного газона расположен декоративный пруд с бирюзовой водой, в котором величественно, словно фарфоровые статуи, плавают белоснежные аристократичные лебеди. И в этот момент Павлик, вцепившись обеими руками в крылья нашего гуся Гриши, пытается буквально запихнуть сопротивляющуюся птицу в воду.

Гриша, который совершенно не настроен знакомиться с посторонными пернатыми, шипит, как проколотая шина, машет крыльями и отчаянно упирается перепончатыми лапами в землю. Охрана в черных костюмах стоит плотным кольцом вокруг пруда. Мужчины с лицами каменных истуканов пребывают в полнейшем ступоре: в их инструкциях явно не было пункта о том, как реагировать на несанкционированное вторжение гуся в элитную акваторию.