Новый вызов (СИ) - Баранников Сергей - Страница 33

В выходной день я сходил в бассейн, но Леры там не оказалось. Девушка заменяла подругу на утренней смене, поэтому я купил цветы и вечером отправился встречать её с работы.

— Это мне? — удивилась Лера, увидев букет цветов, которые пришлось прятать от морозного ветра в дежурной.

— Да, хотелось подарить тебе немного весеннего настроения в этот холодный зимний вечер.

— У тебя получилось. Где ты нашёл тюльпаны в январе? — рассмеялась девушка.

— О! Местные цветочники ещё не на такие чудеса способны.

Лера поцеловала меня в щёку, но я взял её за руку, шагнул ближе, а потом наши губы сомкнулись в поцелуе.

— Ты классно целуешься, — засмущалась девушка. — Наверно, много практиковался?

— На помидорах, — ответил я, снова заставляя её смеяться.

— Хватит, у меня уже щёки болят, — попросила она пощады.

— Как у тебя прошло дежурство?

— Ужасно, — призналась девушка. — Работать с перерывом на сон после ночной смены — невероятно утомительно, а впереди ещё два дежурства. Мне кажется, я просто с ума сойду.

— А я знаю что помогает от головной боли получше целительной энергии, — намекнул я, памятуя историю, рассказанную нашей заведующей кафедрой в университете.

— Ой, все вы, мальчишки, целители, куда ни глянь. А потом после таких процедур перестаёте общаться и исчезаете. У моей соседки по комнате в академии была такая ситуация.

— И где эта соседка? Стоит сейчас напротив меня? — догадался я.

— Нет, бросила учёбу, взяла академ, и воспитывает ребёнка.

— Но я ведь никуда не исчезну.

— Не сомневаюсь, но спешить никуда не хочу, прости.

Часть пути до дома мы шли молча, а потом Лера неожиданно нарушила молчание.

— Костя, а можно сегодня просто переночевать у тебя? Правда, очень устала… А если ты будешь рядом, мне будет легче.

— Можно. Обещаю накормить тебя вкусным ужином и всячески заботиться.

Мы зарегистрировались у артефакта, выслушали напоминание о том, что ходить в гости в позднее время может быть обременительно для хозяев, которые хотят отдыхать, прослушали предупреждение о том, что после одиннадцати нельзя шуметь, и только после этого смогли подняться. Мне кажется, «Гаранты» делали свои домовые артефакты с таких вредных консьержей, как Пал Дмитрич. Да и Горюнов, кажется, меньше ворчал.

— А у тебя тут мило, — с плохо скрываемым удивлением произнесла Лера, осматривая квартиру.

— А ты ожидала увидеть паутину в углах, пыль, грязную посуду и разбросанные по дому носки?

— Нет! — засмущалась она. — Просто не думала, что ты будешь так заботиться об уюте.

Мы вместе приготовили салат, поужинали, Лера приняла душ, а потом настала моя очередь. Только когда я вышел из комнаты, оказалось, что она уже спит.

— Спокойной ночи, — прошептал я, укрыл девушку пледом, а сам отправился на кухню. На односпальной кровати слишком мало места для двоих. Но на ближайшее будущее я сделал пометку, что нужно купить кровать побольше.

Казалось, ничто не могло испортить мне настроение с утра, но я слишком плохо знал этот мир. Лера умчалась к себе ещё в шесть утра, сославшись на то, что ей нужно переодеться перед дежурством. Девушка кучу раз извинялась за то, что уснула раньше времени, а потом ещё и опоздала, когда пришло время идти в больницу. Попрощавшись возле поста дежурной, мы снова разбежались кто куда.

В ординаторской царила напряжённая атмосфера. Как оказалось, Паршина забрала документы и уволилась, а сегодня нам должны были прислать нового младшего целителя.

Он явился последним, когда смена у четвёртой бригады была принята, а мы собирались идти на обход.

— Бричкин Альберт Александрович, — представился парень. — Потомственный целитель в шестом поколении, продолжатель целительской династии рода Бричкиных.

— Какую птицу занесло в наши края! — присвистнул Макс, заслужив презрительный взгляд новичка.

Мне этот тип совершенно не понравился. Заносчивый, самовлюблённый, но с Мартыновым не сравнить. Это настоящий аристократ, презирающий всех, кто стоит ниже его по происхождению, а Толик — пустышка, мнящая себя особенным.

— Вижу, вы уже успели познакомиться, — заметил Радимов, заглянув в ординаторскую. — Отлично! Прошу любить и жаловать новичка. Помогите ему освоиться в отделении и стать частью бригады.

— Мы очень постараемся, но не от чистого сердца, — признался Ключников, заставив улыбаться нас с Семенютой.

Когда мы уже вышли в коридор, Егор Алексеевич отвёл меня в сторону.

— Костя, нужна твоя помощь, — произнёс заведующий. — У Михаила Поликарпыча трагедия в семье случилась, он уехал к родне в другой город. Нужно срочно заменить его в поликлинике. Сегодня и завтра поработай в отделении, отдохни с ночи, у меня пока есть кому выйти на замену, а на выходном нужно пойти на приём в поликлинику.

Разве я мог отказать Егору Алексеевичу после того, как он помог отцу? Да, у меня были другие планы на этот день, но придётся их отложить.

Глава 15

Экскурсия

С самого утра я решил заглянуть к Горюнову. Артефактор чувствовал себя как в санатории. Я поставил перед собой цель заглядывать к нему как можно чаще, ведь больше проведывать его некому. Может, что-то вкусненькое куплю из того, чем ему разрешено питаться, а когда появится свободная минутка, заскочу поболтать. Этому человеку я обязан жизнью, поэтому для Дмитрича мне было не жаль ни сил, ни времени.

На выходном мне даже пришлось взять его ключи и смотаться в квартиру, чтобы захватить кое-какие вещи. В благодарность артефактор подарил одну штуковину из собственной коллекции.

— Это простенький артефакт с краской, с помощью которого на почте защищают важные посылки от вскрытия, — объяснил он, протягивая мне небольшую металлическую капсулу, отдалённо напоминающую заколку для волос. — Внутри под давлением закачана краска. Если сработает активатор и рассеиватель направленного действия, она выплеснется наружу…

Дмитрич принялся мне объяснять принцип действия артефакта, но я понял его весьма отдалённо. Если не ошибаюсь, принцип действия в какой-то степени похож на тот, что используется в сейфах инкассаторских машин. При попытке взлома краска заливает купюры, делая их непригодными к использованию. Только в моём случае содержимое остаётся в безопасности. Кажется, я даже знаю куда применить этот подарок. Жаль только, что одноразовый.

Горюнов понемногу приходил в себя, но с его диагнозом о скором выздоровлении не могло быть и речи. Слишком он затянул с обращением к целителям. Да и вообще оказался на операционном столе уже в последний момент, когда его жизнь могла трагически оборваться.

Выйдя от Дмитрича, я вернулся в ординаторскую и принялся заполнять истории болезней. Пациентов было ещё много, и каждому нужно отметить какие процедуры проводились, какие диагнозы поставлены и как мы лечили эти проблемы. Отчётность — дело нужное, но утомительное.

— Как успехи? — поинтересовался Радимов, заглянув в ординаторскую, когда мы готовились к обходу. Егор Алексеевич находился в приподнятом настроении, но его настрой не предвещал ничего хорошего.

— Что-то случилось? — догадалась Сарычева.

— К нам сегодня придут дети из седьмой гимназии на экскурсию, — сообщил заведующий. — Нужно показать им отделение, рассказать какие-нибудь истории, привести примеры из практики. Разумеется, в палаты мы их пускать не будем.

— Целители? — поинтересовалась Нина Владимировна.

— Нет, обычные дети без дара. Но разве это повод отказывать им в возможности посмотреть на внутренний мир больницы? Нужно презентовать наше отделение так, чтобы им на всю жизнь запомнилось. Больница становится ближе к людям. Подумайте что можно сделать, а главное — кто этим займётся.

Радимов вышел, оставив нас в смущённых чувствах.

— Костя, займись ребятами, — попросила целительница. — Если хочешь, возьми себе Марину в помощь. Максима не разрешу задействовать, чтобы он не отмочил какую-нибудь хохму, за которую потом придётся краснеть.