Шаман из Рода Человеческого (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 37

Он рассмеялся. Натянуто. Нервно. Неискренне. Каждый звук, идущий из его рта, был насквозь фальшивым. И это было очевидно. Он попытался отговориться с серьёзным видом:

— Я не убью тебя. Ты просто уберёшься прочь из нашей деревни, а шамана духи выберут другого. Раз тебя, как ты заверяешь, они посвятили, значит одного из наших жителей тем более посвятят. А вот как ты будешь выживать один — это совершенно другое дело.

— Посмотрим, — я пожал плечами. — Но твоё предложение — стать ручной собачонкой — меня не интересует. Я не буду искать конфликта с тобой или бороться за власть, она мне и даром не нужна. Но попирать свои интересы не позволю. А жителям деревни я скажу правду, какая она есть.

— И какая она? — он вдруг подступил ближе, глядя мне глаза в глаза. — Не переоценивай слово «шаман», демонёнок. Может, духи к тебе благосклонны. Но безопасность и покой деревни для них ГОРАЗДО важнее, чем какой-то беловолосый загульный мальчишка. Наши предки живут здесь столетиями. Наша кровь пропитана силой духов, и именно МЫ несём в себе их волю и силу. Они выкинут тебя так же, как выкинули Белозара, когда ты оступишься. А ты оступишься, если прямо сейчас пойдёшь на поводу у своей гордыни…

Он попытался ткнуть меня указательным пальцем в грудь, но я преградил ему путь своей левой ладонью.

— Время рассудит, — спокойно сказал я.

— Зря, — тихо произнёс он. — Очень зря ты отказался от моего предложения и бросил мне вызов.

Я усмехнулся.

Вызов? Ха!

— Только тем, что отказался тебе подчиняться?

— Тем, что отказался занять своё место, «шаман», — последнее слово он произнёс с нескрываемым пренебрежением и порывисто развернулся к своему дому.

Вот именно поэтому я не пошёл с ним ни на какие договоры. У таких людей, как бы гладко они не стелили, в какую бы красивую обёртку не заворачивали свои интересы, всегда есть чёткие места для всех окружающих их людей.

Как полочки для разных инструментов.

Вот здесь — топор, им можно рубить дрова и головы.

Тут — кочерга, ею удобно ворошить угли, не рискуя собственными руками.

А там — старые сапоги, которые одеваешь, когда надо месить грязь. Их не жалко. Можно выкинуть и заменить в любой момент.

И так — со всем. Вот только я не собирался становиться ни топором, ни кочергой, ни сапогом старосты. Ни даже красивым идолом, который стоял бы на полке рядом с камином и собирал восхищённые взгляды, своим присутствием «на месте» доказывая духовность хозяина дома.

Нет.

Не будет у меня здесь ни хозяев, ни «партнёров» по власти. Я буду строить свою судьбу сам. Иначе зачем я получил второй шанс?

Я зашёл в дом позже.

Староста невозмутимо восседал во главе стола, делая вид что ни меня, ни Весны здесь не существует. По правую руку от него уже ждал Бранимир. Спокойный и невозмутимый, как ледяная глыба.

Весна сидела в противоположном конце стола. Взглянула на меня. Беспокойная. Нервничала, перед началом собрания. Но, когда я сел, стала выглядеть поувереннее.

Вскоре стали подтягиваться мужчины деревни. Судя по возрасту, все — старейшины своих семей.

Один за другим они заходили внутрь и первым же делом каждый смотрел на меня. Кто-то с удивлением. Кто-то — настороженно. Кто-то скользил взглядом и быстро проходил к своему месту за длинным столом.

Но никто не торопился садиться рядом со мной и Весной.

Все садились или напротив, или через пару мест в стороне. Начались негромкие разговоры. Кто-то шутил, а кто-то — смеялся в ответ.

Чем больше становилось людей, тем больше к фоновому шуму примешивались их короткие непринуждённые разговоры. Хотя, казалось бы, возрастные мужчины обычно более молчаливые. Но здесь, видимо, было иначе.

Только староста молча обводил присутствующих взглядом, поправляя усы. Да Бранимир, который сидел с ним рядом.

— Весёнка, а где дед твой? — спросил у неё один из мужчин, с густой бородой, в которой местами белела седина. — Он что, опять в горы ушёл?

— Я всё объясню, когда мы начнём, Велеслав, — ответил за девушку староста.

Велеслав нахмурил кустистые чёрные брови, чуть сросшиеся на его переносице, но кивнул.

— Угу, — ответил он, а потом на меня кивнул головой. — А этот тут что забыл?

Я пристально посмотрел на него.

— Много интересного расскажу, — ответил я.

Резко наступила полная тишина. Будто кто-то нажал переключатель, отрубивший звук. Все в зале уставились на меня.

— Говорит? — прошептали в другом конце стола.

— Угу, я тоже слышал…

— Может, старый шаман ему ум с духами вернул?

— Да леший его знает…

— Глядите, зырит, как волчара…

— Демонический выродок… — прошипели недобро.

— Тишина! — ударил по столу староста и грозным, почти орлиным взором, обвёл зал. — Ждём в тишине! Кому охота потрепаться, как баба на базаре — вон на улицу! — он взмахнул рукой, указывая направление. — А здесь будет тишина, покуда я не объявлю начало собрания! Мужики вы или кто⁈ Сказано — всё объясню, всем отвечу!

По залу прошлась волна лёгкой Яры. Скорее чтобы обозначить присутствие старосты и его статус практика, чем подавить кого-то.

Мужчины закивали, отводя от него взгляды. Чувствовали, что староста не в духе и не хотели провоцировать его ещё больше. Тем более, что через несколько минут подошёл последний участник.

Лесоруб Родобор. Тот самый, который приютил Дарена и достаточно тепло встретил меня у себя дома. Как только он зашёл в зал, то коротко кивнул мне вместо приветствия и занял место рядом.

Тогда староста поднялся с места.

— Пожалуй, вы все задаётесь вопросом: почему я собрал вас здесь сегодня, на два дня раньше наших еженедельных встреч? — он медленно обвёл зал взглядом. — И я отвечу: наш шаман — Белозар — умер.

Весна напряглась, как натянутая струна. По лицу видел — ей хотелось что-то сказать. Вскочить с места, как отличница, которая знает ответ на вопрос учителя.

Послышался тяжёлый вздох. Потом ещё один.

— Да примут его духи, — прошептал один из мужчин, за ним повторили другие в зале.

— Но Белозар умер не обычной смертью, — заговорил староста вновь. — Его убили. Враги нашего народа и деревни — демонические практики из рода Асура. Они пришли в нашу долину. Белозар встретил их и дал бой, но слишком неравный, чтобы одержать победу без помощи духов. Он погиб, а его внук был ранен. После схватки выродки Асура скрылись. Где они сейчас — не знает никто, но… одно точно — мы должны быть готовы, что они в любой момент могут прийти в саму деревню.

— Да!

— Нужно оружие…

— Бранимир возьмёт новых учеников?

— Тише, — пресёк староста очередной поток голосов. — Кроме того, видели спустившегося с гор великана. Он тоже несёт угрозу. Поэтому в ближайшее время наша деревня должна быть готова и к этому. Оповестите свои семьи и соседей. Каждый должен знать, что наша деревня находится в опасности, которую можно преодолеть только вместе.

Староста замолк и посмотрел на меня тяжёлым, буравящим взглядом. Потом произнёс:

— У нас есть ещё одно важное дело. Встань, Варадар из рода демонов! — произнёс он, подавшись вперёд с опорой на стол. — Пусть все видят тебя — нашего самоназванного нового шамана!

Но я остался на месте, не сводя с него глаз и невозмутимо ответил:

— Ты видел мою силу. Ты признал её. Как и Бранимир, который стоял за моей спиной и готовился «оторвать мне голову», если я не докажу вам свою связь с духами. Это было вчера. В этом самом зале, — я обвёл рукой пространство вокруг себя. — И я доказал. Так как ты можешь называть меня самоназванным?

— Духи отметили его! — вскочила с места Весна. — Знайте, люди! Варадара убили, а затем он вернулся к жизни и…

— Тебя не спрашивали, Весна, — оборвал её староста. — Сиди молча, пока старшие не спросят.

— Вы боитесь правды так же, как боялись и слов моего дедушки! — не остановилась Весна. — Духи вернули Варадару ум и посвятили его в Святилище, как полноценного…

— Ты видела это? — внезапно спросил староста. — Своими глазами видела посвящение?