Ледяной дракон. Её истинный защитник (СИ) - Алексеева Светлана - Страница 15

Он вошел стремительным шагом, словно приносил с собой вихрь зимнего воздуха.

— Садись, — коротко велел он. — И ешь.

Это был настоящий приказ, не допускающий возражений.

Я послушно опустилась на край стула, стоящий спинкой к кровати. После темницы даже мягкая обивка сиденья казалась роскошью. Передо мной стояли различные блюда, и от их вида у меня вновь перехватило дыхание, но уже по другой причине.

Теплый хлеб с хрустящей корочкой, еще дымящийся. Тушеное мясо в густом темном соусе с ароматом розмарина и чеснока. Нежный сливочный суп с золотистыми завитками масла. Запеченные овощи, присыпанные специями. Маленькие пирожки с грибами, пахнущие осенним лесом. И кувшин чистой прозрачной воды.

Запахи смешивались так волшебно, что желудок заурчал уже от нетерпения.

Я схватила кусок хлеба, потом ложку, не помня себя от благодарности судьбе за эту неожиданную милость.

Дракон опустился за стол напротив меня.

— А вы? — неуверенно спросила я, замерев с ложкой в руке.

— Я сыт, — ответил он и не притронулся к еде.

Зато лорд аккуратно налил мне воды, будто ухаживал за гостьей, а не за обвиняемой.

Я ела торопливо, но старалась держаться прилично. Вспоминала, как Марта учила нас не чавкать и не хватать пищу руками. Теперь эти уроки вдруг всплыли в памяти.

— Мне неловко есть при вас, — призналась я тихо, прожевывая очередной пирожок.

И неожиданно заметила на его лице мимолетную улыбку.

О, Великие Духи! Она была, точно! И это не галлюцинации от грибов!

Всего тень, легкий изгиб губ.

А потом она исчезла, сменившись прежней строгостью.

— Вижу, воспитание у тебя имеется, — сказал он и вдруг придвинул к себе тарелку.

Он наложил себе немного мяса, взял приборы. Я удивленно моргнула и с трудом удержала рот, чтобы тот не раскрылся.

Мужчина сел удобнее, впервые за все время позволив себе выглядеть просто человеком, а не воплощенной стужей.

— Твоя казнь откладывается, — произнес он неожиданно, — по моему требованию.

Я кивнула.

— Но это не значит, что ты свободна от подозрений, Аврора, — продолжал он уже деловым тоном. — И потому я задам тебе несколько вопросов не как глава стражи и не как Совет. А как дракон, связанный священным долгом.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Если короля отравила ты, лучше признайся мне сразу. Я не люблю тратить время на бессмысленную ложь.

Холод в его голосе мог заморозить целое озеро.

Я сглотнула, отложила хлеб и выпрямилась.

— Драг Тарион, — сказала я твердо и четко, — я не травила короля.

Он внимательно слушал.

— Он был мне как отец, — продолжила я. — Он дал мне дом, работу, грамоту. Я приносила ему ужин и напитки, да. Но никогда не приносила смерть.

Я смотрела на дракона, не отводя взгляда.

— И я надеюсь, что вы найдете истинного преступника. Того, кто предал его по-настоящему. И восстановите мою честь.

Лорд Ашерис молчал. Его ледяной и неподкупный взгляд пронзал меня насквозь. Я почувствовала, как холод пробежал по спине, а сердце забилось быстрее.

И вдруг он произнес тихо, но так, что каждый его звук звучал, как раскат грома:

— Не сомневайся в этом, Аврора. Но если же это была ты…, — он сделал паузу, скользнув взглядом по моим губам, — моя рука с мечом не дрогнет даже над головой столь юной девушки.

Я сжала пальцы под столом. Слова пронзили меня, и одновременно в груди запылало странное чувство: страх, уважение и шокирующая ясность, что этот дракон не шутит.

— Где ты была в ночь, когда отравили короля?

Глава 21.

Аврора

Я на мгновение замялась, но, кажется, для лорда Ашериса и этого было достаточно. Мои пальцы сами собой сжались на краю стола, белая скатерть заметно натянулась.

— Я…, — голос меня подвел, мне пришлось сглотнуть. — Мне не спалось, и я вышла подышать свежим воздухом.

Я повторила это так же, как повторяла десятки раз до этого. Слова были выучены, отточены, но сейчас они вдруг показались пустыми и чужими.

Они уже не имели никакого смысла. И пока я думала об этом, услышала резкий скрип ножек стула о пол. Этот звук ударил по нервам.

Я подняла глаза, драг Тарион резко встал. Я вздрогнула, а сердце ухнуло вниз. Но я заставила себя остаться на месте, хотя ой как хотелось вскочить со стула и забиться в угол.

Лорд быстро обошел стол. Его шаги были тихими и почти неслышными, как у хищника. Я смотрела прямо перед собой, на вышитый узор на белоснежной салфетке, боясь поднять взгляд. Внутри все сжалось, будто я снова стояла на эшафоте и ждала, когда дернут веревку.

Он остановился у меня за спиной.

Я почувствовала его прежде, чем услышала. Холод, от которого по коже побежали мурашки. Сила – давящая и необъяснимая. И тепло его тела, странно контрастирующее с ледяным присутствием.

Драг Тарион наклонился. Его огненное дыхание коснулось моей шеи, и я едва не задохнулась. Мелкие волоски на затылке встали дыбом, словно от порыва зимнего ветра. Сердце забилось так сильно, что готово было сломать мне ребра и броситься отсюда прочь.

— Все же решила мне врать? — прошептал он над моим ухом.

Его голос был низким и грозным, и в то же время пугающе интимным. Не для чужих ушей, только для моих.

Я зажмурилась.

От страха? От стыда? Или от того, что этот шепот прожигал меня насквозь, оставляя после себя странную дрожь, которую я не могла объяснить?

— Я была на тайной встрече с принцем, — прошептала я, ощущая, как слова вырываются из горла, дрожащие и робкие. — В Восточной башне…

Да, врать было бессмысленно. Лорд почувствует истину, и мне так не хотелось его разочаровать. Все же он спас меня от казни.

— С принцем Эсмондом? — с рыком спросил он, и его выдох пронесся по моей шее.

Я сглотнула и чуть кивнула.

— Да, других принцев у нас нет. Мы были в башне, когда услышали колокола. А потом были крики о том, что король умер.

И тут я осознала, что может подумать обо мне лорд Ашерис. Я резко обернулась, встретившись с ледяными глазами.

— Мы…, — еле слышно продолжила я и ухватилась пальцами за спинку стула, — мы всего лишь общались. Не подумайте ничего дурного, драг Тарион, — выдохнула я, глядя на него снизу вверх. — Мы не позволяли себе ничего большего.

Сердце колотилось. Было стыдно, что я должна была оправдываться, что он может подумать худшее.

И тут он наклонился чуть ближе, его дыхание стало морозным, но в то же время оно волнующе коснулось моей кожи.

— Я знаю, — с уверенностью произнес он.

Я всмотрелась в его глаза, и удивление застыло на моем лице.

— Откуда? — выдохнула я, не в силах скрыть растерянности.

Он сделал глубокий вдох, собирая мой запах, его взгляд скользнул по моей шее, по плечу, по тем местам, где кожа мгновенно ожила.

— Чувствую, — сказал он.

Я сразу же встала со стула, пытаясь прикрыть дрожь, стараясь не показывать, что этот ледяной шепот пробудил внутри меня что-то новое и непонятное. Но взгляд лорда оставался неизменным, холодным, пронизывающим и тревожным одновременно.

Он стоял так близко, что я могла уловить каждый вдох, каждое движение.

— Раз ты оказалась на эшафоте, — его голос прозвучал ровно, но ледяная угроза проскользнула между слов, — принц не подтвердил твои слова?

— Я никому не сказала о нашей встрече, — прошептала я, глядя на безэмоциональное лицо лорда. — Вы единственный, кому я призналась. Прошу вас, драг Тарион, не сдавайте нас.

На мгновение в зале повисла тишина. Он замер, а его глаза обжигали меня синим огнем.

— Принц подвел тебя к петле, — сквозь стиснутые зубы процедил он, — а ты его еще защищаешь?

У меня внутри все сжалось. Сердце дрожало, ком подкатил к горлу. Я не знала, как оправдаться, как объяснить, что принц не виновен, что моя защита была отчаянной попыткой спасти хоть кого-то.

— Я… я…, — я замялась, мой взгляд растерянно блуждал по суровому лицу, — я просто хотела спасти… всех…