Молот Пограничья. Гексалогия (СИ) - Пылаев Валерий - Страница 100

– Четыре штуке, – на всякий случай уточнил я. – И двадцать три автоматона, которых прикончили за Невой, разобрали на части и вывезли из глуши в форт. А сколько камней прошли через Таежный приказ за последние полгода? Полагаю, число вам известно.

Орлов в очередной раз посмотрел на меня исподлобья и нахмурился. Будто почему‑то вдруг засомневался, стоит ли делиться со мной секретами Тайной канцелярии и вообще продолжать разговор.

Но потом все‑таки ответил.

– Всего одиннадцать, – тихо проговорил он. – Включая те два, которые сдали вы.

– Вот вам и ответ, Павел Валентинович. – Я вернул коробочку обратно на стол. – Думаю, его величеству захочется узнать, куда подевались остальные. Не было ли среди них тех, что всплыли в уездах и княжествах на юге.

– Это… это очень серьезное дело, Игорь Валентинович.

Орлов понизил голос и заозирался по сторонам. Мы были в кабинете вдвоем, однако он почему‑то все равно опасался, что кто‑нибудь может подслушать. Впрочем, неудивительно: такая тайна стоила куда больше сияющих безделушек в картонной коробке. Я мог только предполагать, что именно сейчас творилось в голове у его сиятельства, но он наверняка уже успел подумать о перспективах, которые сулит рядовому сыскарю раскрытие дела о контрабанде.

Чин, орден. А может и титул посолиднее нынешнего – если государь посчитает Орлова достойным такой награды. Не говоря уже о славе и тех возможностях, что она предложит тому, кто сумеет подвести под суд сразу несколько княжеских родов.

– Дело за малым, друг мой, – тихо проговорил я. – Помогите мне – и виновные будут наказаны.

– Не бегите впереди паровоза, Игорь Данилович. – Орлов в очередной раз покосился в сторону двери. – Лично я не имею оснований вам не доверять, однако Тайной канцелярии, и уж тем более его величеству императору понадобится нечто большее, чем ваши слова и четыре блестящих камешка.

– Вас интересуют доказательства? – усмехнулся. – Их у меня пока нет. Зато у нас есть свидетели. Вольники, которых мы взяли у гостинцы. И еще гридни – их…

– Их уже отпустили. – Орлов мрачно вздохнул. – Позавчера вечером. Вам наверняка известно, что у Зубовых отличные адвокаты.

На мгновение я вдруг почувствовал острое желание заехать кулаком по столу. А еще лучше – по наглой крысиной морде чиновника, который поспешил избавить зубовскую шушеру от незапланированного отдыха в Орешке.

– А чего вы, собственно, ожидали, Игорь Данилович? – Орлов покачал головой. – Заявились в Глухой конец, подожгли пару домов… Никакой закон не запрещает дружинникам пьянствовать со всяким отребьем.

– А сами они наверняка не спешили рассказывать, что их подослали найти желающих заработать на грязном дельце. – Я не без усилия заставил себя выдохнуть и усесться за стол. – Увы… А что насчет вольников? Они попались на горячем. И к тому же еще и сопротивлялись аресту.

– Пока их обвиняют только в попытке ограбления. – Орлов развел руками. – А дела такого уровня, как вы понимаете, Тайную канцелярию не заинтересуют. Так что я очень надеюсь, что у вас…

– Да, у меня есть еще один свидетель, – кивнул я. – У которого достаточно оснований выложить все, что он знает. Правда, только в том случае, если вы сумеете обеспечить ему безопасность.

– Думаю, я вряд ли ошибусь, если скажу, что речь идет о том самом дружиннике, которого вы привезли с собой, – усмехнулся Орлов. – Верно, Игорь Данилович?

Ответить я не успел. На улице послышались крики, а через несколько мгновений их сменил шум моторов. Я рывком поднялся из‑за стола и подошел к окну, уже зная, что увижу за ним.

Здоровенный черный внедорожник остановился рядом с «баржей» Орлова – ровно, бампер в бампер, а через мгновение со стороны дороги показались еще две машины. Все это мало походило на визит вежливости, и я успел заметить, как Рамиль с Василием рванули к гриднице – наверняка за оружием.

– Не знаю, что они задумали на этот раз, – Я смахнул со стола отцовский револьвер и заснул его стволом под ремень сзади, – но пойду поздороваюсь. Оставайтесь здесь, Павел Валентинович. Вам ни к чему…

– Ну уж нет! – Орлов вскочил с дивана. – Я не собираюсь здесь сидеть, пока вы с Зубовыми калечите друг друга.

– Уверен, до этого не дойдет, – отозвался я уже от двери. – Но компания мне не помешает.

Ожидания меня не обманули – почти: Зубов на улице действительно присутствовал. Правда, не старший, а средний – Александр. Как и в прошлую нашу встречу, он прихватил с собой целое воинство – около дюжины гридней в доспехах из кресбулата.

Сам его сиятельство, впрочем, обошелся и без оружия, и без брони. И даже решил облачиться в обычное гражданское платье – костюм и длинный плащ из тонкой черной кожи.

– Павел Валентинович? Не ожидал встретить вас здесь. – Когда мы спустились с крыльца, Зубов принялся старательно изображать удивление, хотя не мог не заметить машину у дома. – Впрочем, мне уже пора привыкнуть, что умение выбирать друзей в число ваших талантов, к сожалению, не входит.

– Я здесь лишь для того, чтобы выполнить волю государя, – невозмутимо отозвался Орлов. – Все прочее – лишь ваши домыслы, Александр Николаевич.

– Как вам будет угодно. – Орлов пожал плечами. И тут же развернулся в мою сторону. – В таком случае, судари, давайте перейдем к делу. Насколько мне известно, вы, Игорь Данилович, имели наглость захватить моего человека.

– Это вопрос? – поинтересовался я. – Если так – не имею ни малейшего желания…

– Хватит ломать комедию! – Зубов шагнул вперед, и гридни за его спиной дружно лязгнули затворами штуцеров. – От имени моего отца предлагаю вам немедленно освободить пленника и вернуть то, что вы у нас забрали. Или я буду вынужден применить силу.

– Достаточно! – Орлов спустился с крыльца и встал со мной рядом. – Вы забываетесь, Александр Николаевич.

– Нет, нисколько. Я вправе защищать своих людей любым доступным способом. И если уж вы почему‑то считаете, что Игорь Данилович может без всякой причины сажать под замок тех, кто служит княжескому роду – советую вам повнимательнее читать свод законов.

– Удивительное дело. Раньше ваша семья предпочитала решать вопросы иначе, – усмехнулся я, сложив руки на груди. – А что будет, если я откажусь? Снова пришлете наемников?

– Нет, Игорь Данилович. На этот раз закон на моей стороне, и вряд ли даже Павел Валентинович станет возражать. В последний раз предупреждаю, Игорь Данилович: проявите благоразумие – или я приведу с собой втрое больше бойцов и заберу своего человека.

Когда Зубов шагнул вперед, за моей спиной послышался лязг штуцеров. Отвернуться я не мог, но краем глаза все же заметил, что Рамиль с Василием уже позвали остальных гридней, а дядя вышел на крыльцо в полном боевом облачении.

– Прекратите это немедленно, Александр Николаевич! – По пальцам Орлова пробежали белые искорки. – Ваш человек никуда отсюда не уйдет. У меня есть подозрения…

– Одних подозрений недостаточно, Павел Валентинович! – огрызнулся Зубов.

– Мне – достаточно. Я лично задерживаю его до выяснения обстоятельств. Или вы сомневаетесь в полномочиях Тайной канцелярии?

Я мысленно поблагодарил Матерь и всех старых богов за то, что не поленились создать Орлова настолько упрямым и амбициозным. Будь на его месте кто‑то вроде Милютина, Зубов, пожалуй, и правда не постеснялся бы пустить в ход силу.

Но, кажется, пронесло – на этот раз.

– Нет, милостивый сударь. Не сомневаюсь. Но перед тем, как мы уйдем, позвольте напомнить: у моего рода есть друзья не только на Пограничье. И когда в столице узнают, что вы именем государя покрываете тех, кто нарушает закон… – Зубов демонстративно развернулся к машине и закончил уже через плечо: – Боюсь, его величество будет очень недоволен. Эта глупость может стоить вам не только карьеры, но и титула.

Я позволил себе выдохнуть, только когда последний внедорожник скрылся за соснами.

И, похоже, не я один.

– Матерь милосердная, это было… – Орлов рукавом вытер вспотевший от напряжения лоб. – Надеюсь, ваш свидетель стоит хотя бы половины того, что устроят Зубовы. Если его показания окажутся пшиком…