Поцелуй Скарлетт (ЛП) - Лоу Хейди - Страница 13

Она достала из буфета ещё одну чашку и положила в неё пакетик чая:

— Почему ты ещё не спишь?

Пожав плечами, я села за стол, стараясь не встречаться с ней взглядом из опасений, что она увидит мою попытку солгать:

— Не спится. Мне редко удаётся заснуть, когда на следующий день отправляюсь в путешествие.

Она молчала, пока не заварила чай и не поставила его на стол. Затем она откинулась на спинку стула и изучающе посмотрела на меня, заставив меня почувствовать себя очень неловко.

— Значит, мы тебя не разбудили?

— Нет. Что ты имеешь в виду?

Я была настолько поглощена своей ложью и старалась не показывать, что точно знаю, о чём она говорит, что сделала глоток чая, забыв, что ещё очень горячий.

— Блин! — выругалась я. Язык и губы, казалось, обожгло огнём.

Она рассмеялась в своей мягкой, сексуальной манере:

— Наверное, тебе очень хочется пить.

Я налила себе стакан воды и залпом осушила его. Когда я вернулась на своё место, она продолжала ухмыляться.

— Ненавижу, когда такое происходит. Теперь у меня онемел язык, и я не смогу наслаждаться чаем.

— Язык заживёт.

— Итак, твой приятель ушёл? — спросил я немного погодя, уже полностью осознавая, что он ушёл.

— Приятель? Ты имеешь в виду Эрика? Да, он ушёл. А что?

— Просто, — и поскольку я не могла удержаться, то добавила: — Он кажется милым.

— Да, он ничего так.

— Кажется, вам хорошо вместе.

— Да уж... — она подозрительно посмотрела на меня.

Будь я на её месте, я бы отнеслась к своим комментариям с таким же подозрением. Мы едва знакомы, а я продолжаю копаться в её личной жизни. Почему меня это так волнует?

— Послушай, я хотела извиниться за намёки, что ты... ну, понимаешь.

— Что мне нравятся женщины?

— Да, — сказала я, смутившись.

Возможно, она и спала со Сьюзен, но явно интересовалась не только женщинами. Есть такая штука — би-любопытство.

— Тебя это разочаровывает?

— Почему это должно меня разочаровать? — вопрос меня ошеломил.

Не только потому, что я его не ожидала, но и потому, что в нём был элемент правды, и меня напугало, что она смогла это разглядеть. Я была разочарована, хотя и не знала почему.

— Потому что я лишаю тебя возможности рассказать брату пикантную историю. Кто знает?

— У тебя сложилось обо мне неправильное представление. Поверь, никто так не хочет, чтобы ты вышла замуж и обзавелась детьми, как я. Тогда твои родители, возможно, перестанут уговаривать меня родить им внуков.

Она рассмеялась как та, кто была на моём месте и хорошо знала это чувство:

— Понимаю. Они так плохо справлялись с собственными детьми, что ждут внуков, как второго шанса.

Хотя я думала так же, говорить об этом было не моё дело, поэтому я просто улыбнулась:

— Я объясняю им, что нам с Маркусом ещё рано думать о создании семьи...

— А ещё ты его совсем не любишь...

Я уставилась на неё, что стало чем-то вроде привычки:

— Я... я...

— Что? Я лгу?

— Ну, я люблю Маркуса...

— Ни фига ты его не любишь. Тебе с ним просто весело, пока не появится кто-то более серьёзный. Мы все в своё время играли в эти игрушки — понимаю, это лестно. Но ты не пойдёшь с ним к алтарю.

— Как ты можешь такое говорить?

— А разве это не так?

Радость, которую она испытывала, наблюдая за моей злостью, была написана на её лице. Как легко она меня заводила. Мне жаль того, кто женится на ней.

— Мы вместе уже 6 месяцев! Ещё слишком рано безумно влюбляться и планировать совместное будущее.

— Неправда, — она помотала головой. — Ты бы уже влюбилась в него, если бы собиралась. Ты бы уже знала, что он твой принц.

В её устах все эти разговоры про принца звучали как-то дико.

— Некоторым на это требуется больше времени, чем другим.

— Конечно, но Маркус — это полный фарш, он привлекательный. Ты просто его не любишь.

Мне хотелось поспорить с ней, доказать, что она неправа, но не получалось. Я давным-давно решила, что никогда не буду лгать себе или кому-либо ещё о своих чувствах. Вот почему всякий раз, когда Маркус говорил мне, что любит меня, я никогда не говорила того же самого в ответ. Это не влияло на наши отношения; возможно, он верил, что я в конечном итоге почувствую то же самое. Однако он не понимал моих чувств, а Скарлетт, казалось, всё поняла, просто взглянув на меня. Я бы никогда не смогла полюбить его; увлечение было пределом, на который способны мои чувства.

Я с несчастным видом допила чай, злясь на свой ошпаренный язык и свою проницательную невестку.

— А что насчет Эрика? У тебя с ним порхают бабочки в животе? — горько спросила я.

— Сейчас разговор не обо мне.

— Почему бы и нет? Тебе 34 года, ты не замужем и по-прежнему живёшь дома с родителями.

Признаюсь, я не планировала, что это прозвучит так злобно, и тут же пожалела об этом, когда её лицо исказилось от гнева.

Она открыла рот, чтобы ответить что-нибудь язвительное, но захлопнула его, встала, вылила остатки чая в раковину и собралась уходить.

Меня внезапно охватило чувство вины за то, что я задела её чувства. Когда она, не раздумывая, уже собиралась пронестись мимо меня, я встала и вытянула руку, чтобы остановить её.

— Прости, я не хотела, чтобы это прозвучало так резко.

Мы снова стояли, уставившись друг на друга, звуки вокруг нас — жужжание холодильника и бойлера — стихали, пока я не услышала только её тихое дыхание.

В тот момент я была в ужасе — потому что не могла объяснить, что происходит и что это за чувство, когда я растворяюсь в её взгляде — в глазах цвета плодородной почвы. Внутри всё скрутило узлом.

— Ты позволишь мне пройти? — наконец спросила она, разрушая чары, как это было в примерочной.

Именно тогда я опустила голову и увидела, что касаюсь ладонью её живота, шёлковой ткани её пеньюара.

Я отдёрнула руку, чувствуя, как кровь приливает к лицу и шее. Меня никогда в жизни так не унижали. Я поспешно отступила в сторону и позволила ей уйти, что она и сделала, но оглянулась через плечо и бросила на меня последний ошеломлённый взгляд, а потом исчезла в своей комнате и закрыла дверь.

Я выдохнула, потом что всё это время не дышала, и вздрогнула — потому что если бы она не разрушила чары, я бы не смогла предугадать, что произойдёт между нами.

8.

— Если будешь пытаться поцеловать меня, мы никогда не закончим, — сказала я, хихикая, пока завязывала Маркусу галстук. — Я начинаю подозревать, что ты совсем не растянул запястье, как утверждаешь.

Он нахально ухмыльнулся мне сверху вниз, затем поднял руку, которую якобы вывихнул, помогая отцу перетаскивать какие-то вещи из подвала накануне.

— Стал бы я тебе лгать? Видишь?

Я на это не купилась. Очевидно, он специально меня обманывал, чтобы подкрасться и развести на поцелуи.

Закончив с его галстуком, я повернулась, чтобы он помог мне с платьем, что он, казалось, более чем был способен сделать.

Собственное отражение уставилось на меня в зеркале. И вот я снова стою в дорогом платье, а молодой Резерфорд-Мэннинг помогает мне застегнуться.

— Ты выглядишь потрясающе — тебе это известно? — заметил Маркус, но его голос звучал отстранённо, как будто он говорил из другой комнаты.

А я и не слушала. Мысленно я снова была в примерочной, а позади, убирая мои волосы в сторону, стояла Скарлетт. Когда Маркус делал то же самое, по телу не побежали мурашки. Он не смотрел на меня с той же силой во взгляде.

— Дженна, ты меня слушаешь?

Я вернулась к реальности:

— Извини, что ты сказал?

— Я сказал: неужели ты потратила на это платье целых 350 фунтов? — он только что увидел ценник, который я забыла снять.

— Нет. Вообще-то, за меня заплатила твоя сестра...

Зачем я это сказала? Неужели принять от неё столь дорогой подарок было неправильно с моей стороны?

— Заплатила за тебя? — он широко раскрыл глаза. — Вау, а я-то волновался, что вы двое не поладите.