Миссия: реабилитировать злодейку! Том 2 (СИ) - Пылаева Алина - Страница 2

— Вы солгали! — закашлялась и едва смогла все в себе удержать.

— Вынужденная мера, — невозмутимо вздернул подбородок Атил и, наконец, соизволил ответить на волнующий меня вопрос. — Они живы. И служанка, и раб. Надоели третий день устраивать у постели поминки, и я их отослал.

Я терялась от каждого нового заявления и боролась с собой, чтобы вновь не ляпнуть чего-нибудь лишнего. Хотя спросить, какого собственно черта, он выгнал их и остался сам, когда вся логика мира кричала об обратном, страсть как хотелось.

— Они волнуются обо мне, должно быть единственные, — выдохнула негромко. — Слишком часто в последнее время…

— Твой сын тоже не смыкает глаз, пока совершенно не обессилит.

Атил грубо меня перебил и вновь посмотрел, как на преступницу. Когда речь заходила о Каэле он был напряжён еще больше, чем когда имел удовольствие общаться со мной. Хотя, казалось бы, до сына ему не было дела.

— Я хочу его видеть. — выдержала прямой взгляд фиолетовых глаз, расправляя плечи.

— Позже. — отрезал он, но разве я могла успокоиться так просто?

— Когда?

Мое упрямство определенно не пришлось императору по душе, но стоило признаться — любое мое слово, жест и намерения выводили его из себя. Вся я целиком доводила его до ручки одним существованием в этом мире. Что ж, не моя проблема. К стулу его никто не привязывал. Он был волен уйти, едва пожелав.

— Когда выпьешь все три зелья. — снисходительно ответил Атил. — Пропустишь хоть одно и твоя нестабильная мана вновь обратит свой ток по инородной для себя оси. И тогда ты умрешь, ведь я уже истратил все свои запасы за последние дни.

Оглушенная этой новостью, я лишь открыла рот и зашарила руками по телу. Атил же отвел глаза должно быть впервые за время моего пробуждения.

— Меня зацепило? — испуганно прохрипела.

— Если бы. — фыркнул этот надменный мужлан, и я вовсе потеряла дар речи.

— Простите?..

— Раны легче было бы залечить. — он вновь уперся в меня взглядом. — Но ты додумалась опустошить весь запас маны своего духовного камня и едва не разрушила и душу, и тело. Я… дал тебе свою.

Странная запинка с его стороны не позволила пропустить главного.

— Мана мастера меча течет в обратном направлении от маны мага… Так вот почему я так долго!.. спала.

— Вот почему, ты оказалась жива. Моя мана дала тебе шанс, а зелья оставленные для меня мастером магической башни прямо сейчас не позволяют ему пройти в пустую. Ты хоть представляешь себе насколько они ценны? Зелья наделенные силой единственного целителя трех континентов. Силой Эскама.

Он ставил мне в укор собственную ошибку — да это самый настоящий талант! Никто не просил его вдыхать свою ману, которая чуть меня не убила, он принял решение сам. А затем сам отдал мне зелья с силой Эскама.

Разумеется они были редки и ценны. Эскама — посланники бога. И после того как Закария уснул тысячелетним сном, их почти не осталось. Лишь двое, что несли в себе остатки силы поверженных генералов Бога Света и Надежды Закарии — маг, обладающий целительной силой и маг, способный разглядеть историю будущего. Третий маг, что нес в себе силу последнего генерала, который так и не пал в бою, уже сотни лет не рождался. И последователи Морел, и последователи Закарии все эти годы беспрестанно ищут это особое дитя, что способно переломить силы противника.

— И чем же такая, как я заслужила подобную милость?

Стоило мне спросить, как воздух в комнате потяжелел, и напряжение сковало плечи. Фиолетовые глаза Атила опасно блеснули, расслабленная поза исчезла, а выражение лица стало жестким, и вместе с тем для меня более привычным.

— Я хочу знать, как проникновение тени Морел на территорию моих владений стало возможным. — чеканил каждое слово он. — И намерен докопаться до правды любыми способами.

— Собираетесь… допросить меня? — растерянно хлопала глазами, а в горле уже встал комок — не протолкнуть. — Думаете, я к этому причастна.

— Императорские маги изучили крысиные туннели в местах прорыва гидры. Весь сад был ими испещрен до подножия каждого из дворцов за исключением королевского.

Он говорил подобное, хоть и знал настоящую причину. И от этого было обиднее всего. В отличие от этого бесчувственного чертилы, первый император любил свою королеву больше всего на свете. Но она не была благородных кровей, а после жестокого побоища в войне богов континент погрузился в хаос и кровь. К тому же на плечи императора легло тяжелое бремя. Ради стабильности и возрождения империи первый правитель заключил с аристократией сделку.

Так появился первый гарем, призванный обеспечить стране будущее. Обеспечить непрерывную линию императорской крови, что могла сдержать монстров с помощью священного клинка. В жестокой иерархии возлюбленная первого императора не могла подняться выше королевского титула и постоянно подвергалась нападкам.

Чтобы ее защитить он сравнял остатки бывшей столицы Турина с землей. И отдал приказ построить новую начиная с Королевского Дворца. Дворца, который был возведен на священной земле. Там, где в недрах ее покоилось оторванное в бою крыло Закарии. Крыло, содержащее в себе такую силу, что ни одна черная душа не могла сунуться на территорию Дворца. Сдавалось мне даже Морел был там бессилен.

Ведь Бьёрну приходилось покидать мой дворец каждый раз, когда требовалось восполнить запасы маны. Энергия Закарии резонировала даже с запечатанной наглухо силой монстра, которую он поглотил давным-давно. Что уж говорить о тех, кто жил за счет черной маны Морел.

— И на дне прорыва тела гидры среди тысяч и тысяч мертвых крыс маги обнаружили печать, что отворяла межпространственные врата. — продолжил Атил, не дождавшись от меня и толики реакций. — Для активации печати нужен был ключ. Ключ энергию которого мог спрятать в себе мощный артефакт. Например тот, что содержал в себе ману первого хозяина магической башни. И свидетели утверждают, что он был в ваших руках перед самым открытием врат.

Смена тона на официальный нисколько не удивила. Так он привык отгораживаться от женщины, дел с которой иметь не хотел. Нет, сейчас перед ним была вовсе не женщина, что посмела его опорочить, а преступник. Преступник, которого следовало допросить.

— Надо же… — устало выдохнула я, качая головой от бессильной злости. — А свидетели не забыли упомянуть, что тот артефакт был подарком одной из наложниц, и я видела его впервые? Или у леди Ребекки отшибло память, и она знать не знает, откуда взяла столь редкую вещь?

— Как вы точны. — Атил пропустил такую кровожадную улыбку, что у меня мурашки побежали по коже волна за волной. — Леди Ребекка в беспамятстве после отравления черной магией, коей пропитался артефакт от ключа. И маги не дают гарантий, что она когда-либо очнется.

— Значит и остальные?.. — прошептала, не в силах поверить в услышанное.

— Леди Айрис повезло больше — рядом с ней вовремя оказался способный маг. Леди Сильвия и леди Ариэлла отделались легкой тошнотой благодаря своему духовному камню, что очистил их тела от посторонней энергии.

Я растерянно потупила глаза. Несправедливость душила, отравляя сердце горечью обиды. Я знала, Кларисса не была святой, но вешать тяжесть подобного на эти плечи было попросту низко. Будь у Атила хоть одно доказательство, он не поил бы меня зельями с силой Эскама. Но он продолжал давить, ибо по-другому просто не мог. Не мог поверить, что и я жертва без капли крови на руках.

— Напомнить, сколько раз я слышал от вас, леди Кларисса, что однажды Дворец Роз умоется кровью? Что ваше унизительное положение королевы Турина будет отомщено столь же яростно, сколь я отвергаю вашу руку? Возможно, ваше терпение подошло к концу.

— Мое терпение, и правда, подошло к концу. — прямой взгляд не дрогнул, как и голос, который я взяла под контроль. — А потому положение королевы Турина теперь меня более чем устраивает.

— Леди… — хотел было отмахнуться Атил, но я не позволила.

— Вы можете сколь угодно обвинять меня. Можете игнорировать любые свидетельства моей невиновности. Вы можете дать мне имя древнего бога Морел. Бога тьмы, боли и тлена. И заставить всю империю им меня называть — можете. Но даже Ваше Величество солнце империи Турина не способно проткнув мое сердце черным клинком навсегда избавить мир от темного бога.