Последний свет (ЛП) - Макнаб Энди - Страница 64

Мы добрались до места с рюкзаком, и я заставил его лечь лицом вниз, пока поспешно закидывал на плечо винтовку «Мосина» и убирал мачете в ножны. Я оттянул курок М-16, просто чтобы убедиться, что в патроннике есть патрон, и что мы оба не облажались.

Он смотрел на меня, напрягая глаза до упора влево. Он нервничал, думая, что его в любую минуту ждёт свидание с 5,56-миллиметровой пулей.

Я улыбнулся.

— Говоришь по-английски?

Он нервно покачал головой, когда я сделал несколько шагов к нему.

— Cómo estás?

Он кивнул дрожа, пока я закидывал рюкзак.

— Bien, bien.

Я поднял большой палец вверх и улыбнулся.

— Хорошо, хорошо.

Я хотел немного успокоить его. Люди, которые думают, что им нечего терять, могут быть непредсказуемы, но если он думал, что останется жив, он сделает, как ему скажут.

Я не был уверен, что делать с этим парнем. Я не хотел его убивать, потому что это могло привлечь шум, а времени связывать его как следует не было. Я не хотел брать его с собой, но выбора не было. Я не мог просто отпустить его на волю — не так близко от дома. Я дёрнул головой.

— Vamos, vamos.

Он встал на ноги, и я указал на Land Cruiser с М-16 в руке.

— Camión, vamos, camión.

Это был не слишком беглый испанский, но он уловил мою мысль, и мы двинулись.

У машины всё было просто: я засунул рюкзак и винтовку в заднюю часть, затем втиснул его в пространство для ног на пассажирском сиденье, сунув дуло М-16 ему в рубашку и положив его себе на колени. Предохранитель стоял на автоматическом режиме, мой правый указательный палец был на спусковом крючке. Он уловил сообщение: любое движение с его стороны — самоубийство.

Ключ был в замке зажигания. Я повернул его и выбрал «Драйв», и мы тронулись.

Land Cruiser был блестящим и новым, всё ещё пах новым автомобилем, и это давало мне странное чувство безопасности. Когда мы направились в Клейтон и город, я посмотрел на своего пассажира и улыбнулся.

— No problema.

Я знал, что от него не будет проблем. Я только что увидел на его пальце обручальное кольцо и знал, о чём он будет думать.

Дождь сегодня собирался рано, судя по множеству оттенков серого, таким низким, что они окутывали суровые зелёные пики вдалеке. Пройдёт немного времени, и небо откроется по-настоящему.

Что мне делать с моим новым приятелем? Я не мог провезти его через пункт оплаты. Я мог бы попасть в большую беду, если бы его там уже ждали.

Мы проехали одну из детских площадок между семейными кварталами, и я остановился, вышел и открыл его дверцу. Он смотрел вдоль ствола приглашающего М-16.

— Беги. Беги.

Он посмотрел на меня, недоумевая, когда вылез, поэтому я пнул его и махнул рукой.

— Беги!

Он начал улепётывать мимо качелей, а я сел за руль и направился к главной магистрали. К тому времени, как он найдёт телефон и свяжется с кем-то, я уже буду в городе и далеко отсюда. С воздуха мне ничего не угрожало: когда небо разверзнется, ничто не будет летать. Я ещё раз проверил облака, просто чтобы убедиться.

Я также проверил бензин: чуть меньше полного бака. Понятия не имел, хватит ли этого, но это не имело значения, у меня были наличные.

М-16 был засунут между дверцей и сиденьем, когда я выехал на главную дорогу и направился к пункту оплаты.

ТРИДЦАТЬ ТРИ

Внедорожник подпрыгивал и раскачивался по затопленной лесной колее, поднимая в воздух стены воды и грязи. Я был просто рад, что делаю это с закрытыми окнами и работающим кондиционером. Может, ещё минут десять — и я буду на поляне у дома.

Дождь начался, как только я въехал в Эль-Чоррильо, замедляя всё вокруг. К тому времени, когда я выехал на Панамериканское шоссе, он лил как из ведра и не прекращался целый час. После этого облака оставались низкими и угрожающими всю дорогу до Чепо. Я остановился у магазинчика, где два дня назад сидел старый индеец, купил пару «Пепси» и пластиковый пакет маленьких бисквитных пирожных. Когда они закончились, я порылся в рюкзаке в поисках кунжутных батончиков и воды.

На следующем участке дороги не было никаких драм, только грязь и вода. Я немного подумал о том, что позже придётся бросить машину, но главной заботой было вернуться в дом и убедить тех двоих помочь мне.

Может, Керри сможет уговорить Джорджа остановить это. Может, они сами знают как. Может, если я сорву антенну с крыши... Может, может.

Подпрыгивая по колее, я въехал на поляну и увидел, что облака поднялись. Но солнца всё ещё не было, и никого не было видно. Оба их пикапа были припаркованы снаружи, генератор урчал, когда я проезжал мимо бочек, нажав на сигнал — кажется, здесь так было принято.

Когда я подъехал ближе к дому, я увидел Керри у сетчатой двери; она смотрела наружу.

Я припарковал Land Cruiser и вылез в сырой воздух. Она открыла сетку для меня, и я шагнул на веранду, пытаясь понять, что она думает о Land Cruiser.

Я подождал, пока петли перестанут скрипеть.

— Я объясню это позже... Произошёл прокол. Чарли уже передал систему наведения... прошлой ночью... Есть кое-что ещё.

Мои грязные ботинки застучали по доскам веранды, когда я прошёл мимо неё в гостиную. Я хотел, чтобы они оба были вместе, прежде чем я выложу новости. Вентиляторы работали на полную, и Аарон сидел в кресле лицом ко мне, наклонившись над кружкой кофе на столе.

— Ник. — Его мизинец бесцельно окунулся в чёрную жидкость и дал ей капать на дерево.

Я кивнул ему, пока сетка скрипнула и захлопнулась, Керри осталась позади меня у двери.

Он говорил тихо, потирая бок лба и поворачиваясь в кресле, чтобы проверить, закрыта ли дверь в компьютерную комнату.

— Майкл мёртв? Она мне всё рассказала, когда вернулась. — Он повернулся обратно и сделал нервный, неаккуратный глоток из кружки.

— Нет, он жив.

— О, слава богу, слава богу. — Он откинулся в кресле, держа кружку на бедре, вытирая бороду сухой ладонью.

Керри всё ещё была позади меня у двери. Она тоже вздохнула с облегчением.

— Мы так волновались. Мой отец отменил твоё задание прошлой ночью, разминулся с нами на час. Он сказал, что ты больше не нужен, и совершенно взбесился на Аарона, когда узнал, что ты уже уехал.

Я повернулся к ней, почти шёпотом:

— О, он точно бешеный. — Я замедлился, чтобы не ошибиться. — Я думаю, твой отец планирует ракетную атаку на круизный лайнер «Окасо» завтра. Это случится, когда он войдёт в шлюзы Мирафлорес. Если он преуспеет, погибнет много людей, тысячи.

Её рука взлетела ко рту.

— Что? Но ты здесь, чтобы остановить... Нет, нет, нет, мой отец не стал бы—

— Джордж не будет нажимать на кнопку. — Я указал на холодильник. — Но он будет. Тот, со шрамом на животе. Ну, с пляжа, дети, твоя любимая фотография. — Они оба проследили за моим пальцем. — Я видел его у шлюзов Мирафлорес, он уехал, как только увидел Аарона и «Мазду». Он также был у Чарли, в его доме, во вторник, а потом здесь прошлой ночью. Он оставался в машине, не хотел, чтобы его видели... Чарли только что сказал мне, что именно он забрал систему...

— О, боже. Милтон... — Она прислонилась к стене, обхватив шею руками. — Милтон был одним из тех, кто занимался закупками для Иран-контрас в восьмидесятых. Они продавали оружие Ирану в обмен на заложников в Ливане, а затем использовали деньги для покупки другого оружия для контрас... О, чёрт.

Её руки упали по бокам, слёзы навернулись на глаза.

— Это его работа, Ник, вот чем он занимается.

— Что ж, он только что приобрёл себе противокорабельную ракету, и я думаю, он собирается использовать её завтра на «Окасо».

— Нет, он не мог, ты должно быть ошибаешься, — запинаясь, проговорила она. — Мой отец никогда бы не допустил этого с американцами, ради всего святого.

— Да, допустил бы. — Аарону было что сказать. — Поправка ДеКончини. Подумай об этом, Керри, подумай.

Его глаза были прикованы к её, и он говорил с горьким спокойствием, пытаясь не повышать голос.