Отпуск в лапах зверя (СИ) - Морриган Лана - Страница 11

— Есть у меня один… человек. Он работает с делами… о недвижимости. Думаю, поможет.

— Спасибо, — выдыхаю я.

Роман встает, протягивает руку.

— Пойдем, — говорит просто. — Подвезу домой. По дороге обсудим детали, решим, что делать дальше.

Я колеблюсь.

— Неудобно… — начинаю сомневаться в правильности всего, что я сейчас сделала. По факту я доверилась малознакомому человеку.

— Дарья, — перебивает он мягко. — Это не просьба. Это предложение. И, к слову, безопаснее ехать вместе, чем одной перемещаться по городу с документами в сумке.

Я смотрю на него, вновь пытаясь прочесть что-то по лицу.

— Тебе можно доверять? — спрашиваю прямо.

Он улыбается, смотрит на меня, как на несмышленого ребенка.

— Мне можно. А тебе?

Я улыбаюсь в ответ, представляя свои нелепые попытки врать кому-то и неуклюжую ложь.

— На сто процентов.

— Ну раз мы можем доверять друг другу, тогда едем, — говорит Роман и встает со скамьи. — Не будем терять время. Мне еще нужно забрать проводку. Сделал заказ, обещали подвезти в магазин к трем.

Я застываю, глядя на мужчину. Его спокойствие выбивает из колеи. Я так привыкла находиться все время в напряжении, что не могу представить, как жить по-другому. Последние годы я все время спешу, планирую каждые пятнадцать минут своего времени, чувствуя при этом, что ничего не успеваю. И от этого тревожность только усиливается.

— Едем, — соглашаюсь я и иду за мужчиной.

Мы подходим к автомобилю, Роман открывает мне пассажирскую дверь и ждет, пока я довольно неуклюже заберусь внутрь. Когда я сажусь, мужчина наклоняется. Сначала я думаю, что он собирается что-то сказать, но он тянется к ремню безопасности. Ткань скользит по его пальцам, щелкает замок, и его плечо едва не касается моего.

— Спасибо, но не стоило, — лепечу сдавленным голосом.

— В нашей семье принято заботиться о своей… о женщине, о слабом, — его теплое, с едва уловимым запахом кофе дыхание у самой щеки. — Вот так, — шепчет он, отпускает ремень, отступает, но движется медленно, словно растягивая этот неловкий момент.

Я смотрю вперед, боясь повернуться и выдать смущение. Как же давно я не ощущала густого смущения и жара при чьем-то мимолетном прикосновении. Кожу покалывают маленькие-маленькие иголочки и жаркой волной сливаются внизу живота.

Роман садится за руль, заводит двигатель, и в салоне становится тесно. Возможно, бессонная ночь и тяжелый день сказываются на моем состоянии. Я сама себе напоминаю натянутую струну, которую едва тронь — и последствия будут непредсказуемыми. Фантазия рисует совершенно неуместные картинки, в которых я рядом с Романом. В которых я — его женщина, о которой он хочет заботиться. Через несколько минут фантазию убивает реальность. Даже откинув абсурдность представленного и тот факт, что я замужем, конец конфетно-букетного периода мне известен. Пресыщение, безразличие, а после и пренебрежение. Нужно прекратить витать в облаках. Если один перестает создавать счастье, другой, даже приложив усилий вдвойне, никогда не спасет отношения.

Любить должны двое!

— Дарья, — произносит Роман, не отрывая взгляда от дороги. — Не волнуйся. С делами Суздалева я разберусь.

— Разберешься? — переспрашиваю осторожно. — А ты тут при чем?

— При том, что не люблю, когда обманывают тех, кто не может защитить себя, — отвечает он буднично, словно говорит о погоде. — И при том, что я уже сталкивался с ним. Он несколько лет пытается выкупить наши земли. Отказы не понимает. Очень настырный человек. С моей семьей он пытался действовать не только легально и в рамках закона. Получил отпор. Я подозреваю, что пострадавших в старых Лозовицах будет больше одного.

— Не понимаю, зачем ему старые домики?

— Дело не домах, а в месте, где они находятся. Живописное. Чистое. Шикарное озеро. Лес. Не так далеко река, — он перечисляет плюсы. — Прекрасное место для дорогого коттеджного поселка.

— Я не думала с этой позиции, — отвечаю честно. — Разве не далеко от города?

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Романа, но он по-прежнему смотрит прямо перед собой.

— По трассе не больше часа. Не так долго по городским меркам, иногда в пробке можно провести… — он хмурит лицо и покачивает головой.

— Ты ведь не юрист, — уточняю я.

— Нет. Но знаю, как работают такие люди и как с ними разговаривать. Куда тебя отвезти? — спрашивает он.

— Домой, — говорю я после короткой паузы, раздумывая над словами. — Нужно будет поспрашивать у соседей. Вдруг еще кто-то попался на удочку этого мошенника.

— Согласен. Нужно понять, кто еще мог с ним столкнуться. Начнем с соседей твоего дедушки.

Мы обсуждаем возможность следующей встречи. За это время я буквально выпытываю стоимость деталей, что Роман заказал для моей машины.

— А сколько будет стоить работа? — интересуюсь, отмечая, что внедорожник плавно сворачивает во двор.

— Нисколько. Там работы на пятнадцать минут.

Роман глушит двигатель.

— Я все равно переведу тебе деньги, — быстро произношу, чувствуя, что голос перестает слушаться. — Карточка привязана к номеру? Неудобно, ты и так потратил время, помог, а теперь еще...

Мужчина поворачивается ко мне, и от этого взгляда внутри все сжимается. Он не просто смотрит — он словно пытается добраться до самого сердца.

— Как хочешь, — сдается он.

Я отвожу глаза, стараясь открыть дверцу, царапаю ногтями кожаную обивку, не сразу поймав ручку.

— Хочу.

Он усмехается.

— Будет сложно, — бубнит под нос, активно растирая шею ладонью.

— С ремонтом?

Мой вопрос веселит его еще больше.

— С ремонтом, — повторяет за мной.

— Тогда тем боле…

— Все-все, хватит, — взмахивает ладонью, останавливая меня. — Ремонт простой. Карта привязана к номеру телефона, — добавляет так, словно он устал спорить.

— До встречи, — произношу я, дергаясь на сиденье и тут же понимая, что не отстегнула ремень. Как же я спешила покинуть тесный салон автомобиля…

Роман слегка наклоняется вперед, опирается рукой о руль. Мышцы на предплечье под тканью рубашки напрягаются, нажимает кнопку, ремень скользит по моему плечу.

— Ты торопишься, — говорит, глядя на мои губы.

— Да, мне… мне нужно идти, — бормочу. — Спасибо еще раз.

Роман кивает, кладет руки на руль, крепко сжимает до побелевших суставов.

— Позвоню завтра, — говорит он. — Когда все будет готово.

Я толкаю дверь и почти выпрыгиваю наружу. Бегу от себя. От тех мыслей, что позволяю. Бегу в свой мир ответственности и безразличия.

Глава 9. Даша

Я сбегаю и даже не скрываю этого. Хочется укрыться от фантазий, от взгляда Романа, даже от желания в собственной голове переступить мораль.

Я захожу в квартиру. Дверь Лешиной комнаты прикрыта. Так даже лучше, не хочу вновь ссориться. Я разуваюсь, ставлю сумку у тумбы и, не включая свет, прохожу в ванную.

Там по-прежнему остается сладковатый запах чужого геля для душа. Флаконы стоят иначе, чем я оставляла: мой шампунь сдвинут вглубь, чужая баночка ближе к краю. Полотенце на крючке влажное, словно его только что мяли в руках. Я задерживаю ладонь на ткани и тут же отдергиваю.

Снимаю одежду как броню, слой за слоем. Открываю воду на полную. Струи бьют по плечам и затылку, горячий пар заполняет легкие, и на несколько минут становится легче. Я мою волосы своим шампунем. Травяной аромат глушит сладость чужого. Пена стекает по ключицам, спине, животу. Жаль, что вода не смывает напряжение, что сидит глубоко, внизу живота. Тугой комок, который не растворить.

Я закрываю горячую воду и подставляю лицо под прохладную струйку. После заворачиваюсь в чистое полотенце и со злостью сдергиваю влажное с крючка. С размаха закидываю его в барабан стиральной машинки, желая как можно быстрее избавиться от приторной вони. Присаживаюсь и начинаю забрасывать грязное белье из корзины. Делаю это машинально и не сразу замечаю, что рядом с ногой что-то упало.