Биатлон. Мои крылья под прицелом (СИ) - Разумовская Анастасия - Страница 42

— Приветствую тебя, Аратэ, сын твоего отца, — церемонно объявил Эрсий. — И тебя, Иляна, дитя рода твоего.

Мне показалось, что я попала в какую-то старинную легенду, навроде тех, которые любила рассказывать ээжа. Она меняла голос и говорила нараспев красивыми старинными словами. А ещё принц был так потрясающе хорош во всём этом великолепии! Даже серебряный обруч со свисающими хрустальными висюльками не портил его вид.

— И мы приветствуем тебя… — начал было Аратэ, но Росинда внезапно вмешалась в церемонию:

— Ты не мог найти своей любовнице более нарядное платьице? — едко и презрительно спросила она.

И вся красота сцены тотчас разбилась вдребезги. Почувствовав, что лепрекон взаимно сейчас скажет какую-нибудь гадость, я сжала его ладонь и вмешалась:

— Добро пожаловать на праздник моей родины — Зул. Рада видеть и приветствовать вас всех.

— Аратэ сказал, ты хочешь что-то обсудить? — уточнил Эрсий.

— Да.

— Мы готовы.

— А мы — нет, — рассмеялся Аратэ. — Эрсий, сын твоего отца, прежде чем войти, заявите об отсутствии угрозы для нас с вашей стороны. Как положено: о намерениях, действиях, словах и помыслах.

А так можно было? Я удивилась. А вот наши гости — нет, они восприняли требование Аратэ как нечто, само собой разумеющееся. Только сердитая Рос громко фыркнула.

— Я, Эрсий Ариссарх, Тёмный принц, чью мать и чьего отца ведают ясные фениксы, даю своё слово, добровольно и без принуждения, что, переступив порог, не причиню вред хозяину сих комнат и их обитателям ни намерениями, ни действиями, ни словами, а также не стану выносить в уме моём злых намерений против хозяина комнат сих и их обитателей.

Вот, значит, как надо было… Я покосилась на улыбающегося Аратэ. Надо будет взять как-нибудь и с него такую клятву… Не то, чтобы я как-то уж очень не доверяла лепрекону, но лишним не будет, думаю.

К моему удивлению, следующей клятву дала Валери, повторив слово в слово то, что сказал Эрсий, и даже не попыталась возразить. Должно быть, они заранее это предположили и согласовали. Впрочем, не удивительно. Думаю, в этом мире такое традиционно, и лишь я не знала о подобных нюансах.

— Я не буду, — внезапно заявила Росинда. — Вот ещё! До сих пор не понимаю, почему согласилась на этот визит. А тут ещё и клятва…

— Тебе не надо, тюленька, — ласково шепнул Аратэ.

Девушка подозрительно уставилась на него:

— Это ещё почему?

— Я верю в твоё благородство, милая, — с лёгкой пренебрежительностью в голосе ответил лепрекон.

Прозвучало как «ты не опасна». Роана вспыхнула. Я снова тайком пожала руку Аратэ. Вот уж… любовь зла. Думаю, лепрекону в самом деле нравится его невеста, раз он так триггерится на неё. Рос закусила губу. Харлак принёс клятву, и мы все вошли в мою комнату, в которой уже был накрыт стол, и повсюду горели разноцветными огоньками лампады.

— Аратэ, сын твоего отца, помоги мне вынуть выпечку, — попросила я, потянув рыжика за рукав на кухню.

Он послушался.

— Ты что делаешь? — зашептала я ему на ухо. — Ты должен помириться, а не поссориться с Росиндой!

— Кстати…

Он отстранился, прищурившись, посмотрел на меня.

— Я, Аратэ, сын своего отца, даю право тебе, Иляна, дочь своей матери, называть меня по одному лишь имени. Согласись, так будет проще.

— Спасибо, но…

Лепрекон подошёл, открыл духовку, достал жаркое, запах которого мгновенно заполнил кухню и потёк в комнату. Обернулся.

— Знаешь, в чём ты не права, Лясенька?

— Иляна, — устало поправила его я. — Терпеть не могу, когда моё имя искажают. И в чём же?

— Во всём, — отрезал он и вернулся в комнату.

Я последовала за ним.

Аратэ поставил жаркое на стол и быстренько рассадил всех. Я не стала вмешиваться, понятно же, что у них свой какой-то этикет. Меня посадили во главе стола, справа от меня — Эрсия, слева — Аратэ. Девушки разместились рядом с женихами, а Харлак — напротив меня.

— С днём рождения вселенной всех нас! — торжественно заявил лепрекон и поднял кружку с калмыцким чаем.

— День рождения вселенной? — фыркнула Росинда. — И кто же видел, когда она родилась?

— Когда-то да родилась. Почему бы и не сегодня?

Аратэ повторил мои слова, нимало не смущаясь плагиата. Я мысленно посмеялась. Ну ладно, всё с вами понятно, товарищ лепрекон. Пока все не перессорились, надо брать инициативу в свои руки.

— Дорогая команда, — я долила чай Харлаку и уселась на место, — я сразу скажу по-быстрому кое-что, а потом мы будем просто есть, пить и веселиться. Хорошо? Вот что я подумала: нас шестеро. Четверо будут играть, двое запасных. Два этапа: соревнование между командами и соревнование внутри команды. И если с первым этапом всё понятно, то от второго возникает ощущение, что мы должны уничтожить друг друга, так?

— Мы обязаны ей отвечать? — поинтересовалась Валери у Эрсия.

— Вообще-то, — ответил принц задумчиво, заглянул в кружку, повертел её в руках, а потом посмотрел на невесту, — это правило хорошего тона. Мы ведь у неё в гостях.

— Тогда отвечу. Нет, тхаргица, мы не должны уничтожить друг друга…

— Но каждый сам за себя, не так ли?

— Ты не находишь, что она сама нарушает законы вежливости, перебив меня? — уточнила банши у жениха.

Это было… обидно. Даже отвечая, Валери умудрялась игнорировать меня. Но… а не пофиг ли? Я решила действовать аналогично и уставилась на принца, словно разговаривала именно с ним.

— Однако это ошибочно. Смотрите, каждый знает, что если на турнире победишь ты, то вытащишь из опалы и свою невесту. А если прекраснейшая Росинда, то она вытащит своего жениха, так?

— К чему она говорит эти банальности? Ей кажется, что это интересно?

На вопрос невесты Эрсий не ответил. Он продолжал разглядывать чай в кружке, медленно вращая её туда-обратно.

— Таким образом, команда распадается, а, значит, вам всем будет тяжелее справиться с мортармышами. И это нечестное состязание.

— И что ты предлагаешь? — Эрсий вдруг поднял взгляд, и я словно захлебнулась в его глазах-озёрах синих.

Как же он всё-таки красив! Поразительно для парня, и при этом не гламурно. В Эрсии не было самолюбования, ему плевать было, хорош он или нет. Я впервые видела перед собой именно аристократа, чистокровного, да ещё и обладающего безграничной властью. И поняла, что все фильмы лгут: актёры не в силах изобразить подлинного прирождённого вельможу.

Кое-как собрав мысли обратно в черепную коробку, я выдержала взгляд, облизнула пересохшие губы и ответила:

— Я предлагаю честное. Мы все отбиваем друг друга от мортармышей и боремся за то, чтобы никто не погиб. А победит быстрейший. Победит лучший из нас.

— Тебе не кажется, что тхаргица глупа? — спросила Валери у принца. — Что это бессмысленная, тупая идея. Для чего сильнейшему, по её мнению, сражаться за слабейшего?

Эрсий не отвечал, он продолжал задумчиво смотреть на меня.

— Вместе мы сильнее. Сильный за слабого, слабый за сильного — эта формула усиливает каждого. Ведь даже сильнейший может промахнуться.

Валери фыркнула, глотнула чай и сморщилась:

— Что за бурда⁈ Какая гадость.

— А мне нравится, — ухмыльнулся Аратэ, — есть что-то в этом сочетании необычное. Но вот что, прелесть моя, мне непонятно всё же: если, положим, я отстреливаю мортармыша, нападающего на… тебя, а ты потом побеждаешь, как мне отделаться от привкуса упущенных возможностей? Зачем мне, положим, помогать другому победить?

Это был очень меткий вопрос. Я перевела взгляд на лепрекона. Тот улыбался и смотрел весело.

— Потому что прямо сейчас мы все дадим клятву вытащит друг друга. Кто бы из нас ни победил, получив награду Мёртвого бога, он вытащит всех остальных из опалы.

— Иными словами… — Росинда нервно выдохнула, сглотнула и прошептала: — Иными словами, ты предлагаешь…

Я посмотрела на неё.

— Да. Я предлагаю победу для всех. Для всей команды. И жизнь для всех. Потому что настоящий спорт не про смерть.