Император двух миров (СИ) - Горин Александр - Страница 56

Я осторожно выглянул из-за валуна. Внизу, по тропе, шла колонна людей. Я насчитал тринадцать, нет, четырнадцать фигур в тёмно-синей форме. На рукавах у каждого — эмблема: раскрытая белая книга на синем фоне. Институт магии, точно.

У большинства за спинами объёмные рюкзаки защитного цвета, у некоторых в руках — приборы, похожие на те, что были у Виолы: И-векторы, стабилизаторы, ещё какие-то коробочки с мигающими лампочками.

Двое впереди держали в руках длинные тонкие палки с набалдашниками — похоже на жезлы или что-то вроде детекторов. Они водили ими из стороны в сторону, как будто сканируя пространство.

Я затаил дыхание. Наши поля спрятаны, но если у них чувствительные приборы…

— Аномалия, — сказал вдруг один из держащих жезл. — Слышь, командир, детектор показывает нестабильность поля.

— Что именно показывает? — спросил другой, явно старший — коренастый, с короткой стрижкой, на поясе ромовик и здоровенный нож.

— Не пойму. Может, проход в другой слой. Может, место силы, но оно как бы спрятанное. Показания очень странные, дерганные. То пусто, то всплески очень малые. Проверить бы.

— Аномалия подождёт, — сказал старший. — Идём по графику. Нам нужны ядра, а не твои эксперименты.

— Но, командир…

— Я сказал — идём!

Группа двинулась дальше. Они проходили прямо под нами, и я слышал каждый шаг, каждое слово.

— Слушай, — сказал вдруг один из институтчиков. Голос молодой и, похоже, что он остановился и высматривает что-то. Я вжался в камни, чувствуя, как сердце забилось чаще. — Я чувствую что-то.

— Что именно? — спросил старший, тоже останавливаясь.

— Не знаю. Кажется… будто кто-то смотрит. Сверху.

Твою дивизию! Я замер, даже дышать перестал. Захар рядом со мной тоже напрягся, а вот Амату лежал неподвижно, как изваяние. Его лицо было спокойным, глаза закрыты. Он вообще не дышал, кажется.

— Показалось, — сказал другой институтчик, помоложе. — Дождь, ветер. Тут любое движение кажется чужим взглядом.

— Нет, я серьёзно, — настаивал первый. — Я чувствую…

— Хватит, — оборвал старший. — Никого там нет. Сканеры чисты, детекторы молчат. Идём, не задерживаемся.

Молодой помялся, но спорить не стал. Я почти физически ощутил, как его взгляд скользит по валунам, по кустам, по мне. На секунду мне показалось, что он меня видит — что сейчас он поднимет руку, крикнет «там кто-то есть!», и они полезут наверх, и тогда…

— Ладно, идём, — буркнул он.

Группа двинулась дальше и мне было видно, как они удаляются, как их тёмно-синие спины становятся всё меньше, как их голоса стихают в шуме дождя.

Я выдохнул, чувствуя огромное облегчение.

— Ушли, — сказал я, чувствуя, как губы сами расползаются в улыбке. — Едрит твою в институт магии, они ушли.

Захар сел рядом, обхватив колени руками.

— Я думал, всё, — сказал он, улыбаясь во весь рот. — Думал, сейчас полезут сюда и… И этот мужик что-то чувствовал, но не понял что.

— Повезло, — кивнул я, садясь на камень и подтягивая к себе рюкзак. — Повезло, что дождь сильный, что поля глушит. И что ты свои эмоции и мысли спрятал.

Я повернулся к Амату — тот сидел, скрестив ноги, и смотрел на нас с лёгкой, едва заметной улыбкой.

— Спасибо, друг, — сказал я, чувствуя, как чувство благодарности переполняет меня. — Научил и прикрыл нас.

Амату кивнул, его лицо было спокойным, но я чувствовал, как его ментальное поле всё ещё было вытянуто в нить — похоже, что он провожал группу, чтобы убедиться, что они уходят.

По моей команде мы спустились с уступа на тропу и двинулись дальше на север. Дождь стал менее интенсивным, но, похоже, заканчиваться не собирался.

Что же будет, когда вологодские встретятся с институтчиками? С одной стороны — ментальный маг высокого уровня с двумя помощниками. С другой — двенадцать вооружённых магов с приборами. Кто кого?

Шансы пятьдесят на пятьдесят, наверное. Институтских больше, но Григорий — монстр. Он может вырубить половину отряда одной ментальной волной, а остальных сжечь. Но и институтчики не лыком шиты — у них есть артефакты, может, даже боевые маги в составе. Если они сцепятся, то надолго.

А если просто разойдутся? Если институтчики не захотят связываться? Тогда вологодские продолжат погоню, и час-два будут здесь. Так, время возможного контакта слишком расплывчато, нужно знать более точно.

Я на ходу вытянул из эфирного тела тонкую нить, протянул её поперёк тропы и дал команду сознанию держать с ней связь. Теперь, когда кто пересечёт её, то я это почувствую. Мы шли дальше и я чувствовал, как нить пульсирует на границе восприятия, готовая послать сигнал.

Пока мы шли, я думал о том, что узнал от Амату. Мы не разговаривали — я просто отправлял ему мысленные вопросы, а он отвечал образами.

Я спросил про материализацию клинков. Амату показал мне пустоту, в которой постепенно проступал контур оружия — сначала размытый, потом всё более чёткий. Я так понял, что нужно представлять предмет до мельчайших деталей, каждую царапину, каждый изгиб, и вкладывать в этот образ всю свою волю. Потом — наполнять его эфирной энергией, уплотнять до состояния металла. Это оказалось невероятно сложно, он тренировался годами.

Потом я спросил про способности других ирийцев и Амату показал мне целую галерею способностей. Я увидел ирийца, который бежал по горному склону быстрее лани — его ноги мелькали так, что я не успевал следить. Другой парил в воздухе, поднимаясь над скалами без всяких крыльев, просто за счёт какой-то внутренней силы. Третий сидел у костра и смотрел сквозь скалу — его взгляд проходил через каменную толщу и упирался в долину с другой стороны. Четвёртый мог слышать разговор за три километра.

Вот это да! Просто целый набор суперспособностей. Я пересказал всё Захару коротко, без лишних слов, и у того глаза загорелись.

— Это невероятно, — сказал он. — А Амату? Что умеет он?

Я снова обратился к ирийцу. Амату чуть улыбнулся и показал свои способности. Первую я вообще не понял — он показал мне, как проходит сквозь камень — не раздвигая его, а как будто становясь частью скалы на мгновение. Второй его способностью было становиться почти невидимым для глаз и для магического сканирования. Третья способность оказалась самой странной — в череде картинок, которые он мне послал, он мог передвигаться с неестественной для человека быстротой, как будто замедляя для других время. Четвёртая — он чувствовал пустоты в горах, под землёй, как будто у него было эхолокационное зрение. Пятый — дар лечения, шестой — видение через птиц, а седьмой — материализация металлических предметов.

Я пересказал это Захару, и тот аж подскочил на месте.

— Он что, призрак? Сквозь камни ходит? И время замедляет? Яр, это же невероятно! Мы сможем так же?

Я посмотрел на Амату. Ириец покачал головой и отправил мне мысль: «Это дар крови. Не каждый ириец умеет всё это. Я тренировался двадцать лет. Вы — люди из другого мира. Ваши тела слабее, ваши поля тоньше. Но кое-чему я могу научить».

— Он говорит, что всему не научит, — перевёл я Захару. — Это долго, и не всё нам подойдёт. Но основы покажет.

— Здорово… — протянул он и глубоко задумался. Видимо, представлял как он может использовать эти способностей, если они у него вдруг появятся.

Я тоже был бы рад порадоваться таким суперспособностям, но ментальное общение довольно сильно меня истощило энергетически. На ходу я достал из рюкзака фрукты, поделился с Захаром и Амату и начал усиленно поглощать еду в надежде восполнить энергетическую недостачу.

Когда почувствовал сытость, я по максимум наполнил эфирное тело и стал качать магию воды — пока ещё шёл дождь, я решил воспользоваться этим усилителем. Вологодские — огневики, против них нужна магия воды. Ударное оружие у меня есть — ромовик, эфирка, огненные шары. А вот защита слабовата — только кривой, слабый и нестабильный огненный щит, который против магов огня будет у меня не о чём.

Через пару часов усилий и эмоциональных консультаций Захара, у меня стало получаться делать сначала водную пелену, а потом и небольшой водный щит. Правда, он держался всего несколько секунд, был размером метр на два и толщиной около сантиметра, но я был рад и этому. Тем более, что я, по-моему, понял, как из водного щита можно сделать ледяной, а значит и увеличить его бронебойность против огненных шаров.