Драконьи чары для попаданки (СИ) - Абиссин Татьяна - Страница 12

Сев в кровати и подоткнув под спину подушку, я смотрела в окно. Ночь выдалась лунной. Сквозь щель между шторами лился поток света, придавая предметам в комнате фантастические очертания.

«Я не дома, — напомнила я себе, — точнее, не на Земле. Я в Ристании, и зовут меня Мирабель Ренси».

Имя отозвалось в сердце глухой тоской. Неужели мне придется всю жизнь притворяться другим человеком? Скрывать правду и бояться разоблачения?

«Нужно выяснить все о путешествиях между мирами», — решила я.

«Родителей» спрашивать бесполезно. Господина Ренси не волнует ничего, кроме собственного спокойствия, а Айрин поглощена выдуманными болезнями и страданиями, и заботой о муже, конечно. Целитель Лорес… Слишком опасно. Он хорошо ко мне относится, но только потому, что считает Мирабель Ренси. Самозванка, занявшая место пациентки, его точно не обрадует.

«А я? — промелькнула в голове горькая мысль. — Кому нужна я? Обычная, не слишком умная и красивая девчонка из другого мира?»

По комнате пронесся легкий ветерок. Шторы едва заметно колыхнулись.

«Ты нужна мне, — внезапно вспомнила я голос из сна. — Очень нужна. Как глоток свежего воздуха…»

Незнакомцу хотелось верить, несмотря на то, что я его не видела. Его голос — негромкий, хрипловатый и пробирающий до глубины души какой-то отчаянной болью — мне хорошо запомнился. Он говорил так, словно у него разбито сердце. Или потерял нечто очень важное.

Я отбросила мысль о том, что это — всего лишь сон, навеянный усталостью и рассказами Лореса. Кто-то знал о моем существовании. Кто-то хотел встретиться именно со мной.

Но, кто? И могу ли я доверять этому человеку? Я уже столько раз ошибалась.

Мой отец — не Дир Ренси, а настоящий — говорил, что любовь и зависимость от человека не имеют ничего общего. Блохи, живущие в собачьей шерсти, погибнут без своего хозяина. Они питаются его кровью, но разве любят его?

Или вспомнить Илону. Её нежный голос, ласковый взгляд, вкрадчивые манеры. Идеальная жена и мать. А на деле — притворщица и убийца, готовая на всё ради денег.

И, если предают самые близкие, как я могу верить какому-то незнакомцу? Мало ли зачем я ему потребовалась. Во сне люди становятся уязвимыми, так считалось в моем мире. Вдруг из меня хотят вытянуть силу, или продлить свою жизнь за счет моей.

«Но ты легко сбежала, — напомнила я себе. — То ли маг оказался недостаточно сильным, то ли не хотел удерживать тебя против воли».

Так ничего и, не решив, я опустила голову на подушку и не заметила, как задремала.

Утром меня разбудила Лита. Девушка принесла горячей воды для умывания и читстые полотенца.

— Как вы себя чувствуете, госпожа? — спросила она, раздергивая шторы и впуская в комнату солнечный свет.

— Неплохо, — зевнула я, поднимаясь с кровати.

После того, как я умылась, Лита помогла мне одеться, а затем усадила перед зеркалом и стала расчесывать волосы. Слуги бывают очень навязчивыми. Я бы с удовольствием одевалась сама, но понимала, что это удивит Литу, и не понравится госпоже Ренси. А вызывать лишние подозрения не хотелось.

— Вы чудесно выглядите, госпожа, — улыбнулась Лита, закалывая шпилькой длинный локон.

Я машинально взглянула в зеркало. Честно говоря, я отношусь к тем редким женщинам, которые не тратят кучу времени, любуясь собой. Не покупают гору косметики, не экспериментируют с цветом и длиной волос, потому что это бессмысленно.

Я была гадким утенком, который так и не превратился в лебедя. Бледная кожа, узкий рот, близко посаженные глаза, негустые волосы. На фоне ослепительно прекрасной мачехи я полностью терялась.

В подростковом возрасте я сильно переживала из-за этого, но потом смирилась. Не всем же быть красавицами. Возможно, мне помогла бы пластическая операция, но ложиться под нож хирурга не хотелось.

Я видела светских «львиц», которые были очень привлекательны… восемь лет назад. А теперь не могут жить без инъекций или мучительных процедур. Стоит ли красота таких жертв?

Но сейчас, взглянув небольшое зеркало, стоявшее на столе, я увидела свежее и чистое личико, без малейшего изъяна. Волосы, темные и блестящие, зачесаны назад с высокого лба. Глаза кажутся больше и выразительнее, они не бесцветные, а темно-серые, как осенняя вода. Маленький нос и очаровательная ямочка на правой щеке.

— Лита, ты просто волшебница, — выдохнула я.

— Но, я ничего не сделала, госпожа, — возразила девушка. — Только уложила вам волосы. Но вы действительно изменились. Говорят, такое случается после несчастного случая: тому, кто выжил, даруется новая внешность и новая судьба.

«Судьба, действительно, новая», — хмыкнула я. Девушка в зеркале казалась милой, но мне хотелось бы знать, в чем причина таких изменений. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Лита, вспомнив о своих обязанностях, протянула мне шкатулку с драгоценностями.

— Выбирайте, госпожа.

Я принялась рассматривать украшения. Ничего особенного — несколько серебряных цепочек, пара браслетов с затейливым рисунком, золотые кольца, броши… Вещи казались старинными и, скорее всего, передавались в семье из поколения в поколения. Или же, господин Ренси был не так богат, чтобы покупать дочери новые украшения.

Палец что-то кольнуло. Я ожидала вытащить брошь или сережку, но в моей руке оказался осколок фарфора, тускло блеснувший в солнечном свете.

— Откуда это? — удивилась я странной находке.

— Не знаю, госпожа, — растерянно пробормотала служанка. — Я не трогала шкатулку. Давайте выкину?

Но я уже почувствовала в осколке нечто необычное. Словно уже держала его в руках. И рисунок казался знакомым.

Вздрогнув всем телом, я машинально сжала фарфор в ладони. Острый край поцарапал кожу, но я не обратила на это внимание, на мгновение, вернувшись в прошлое.

…Я в своей комнате, читаю письмо тети Оли. Рассматриваю её подарок — фарфоровую статуэтку в виде девушки и дракона…

«Разбить фигурку в трудную минуту, когда не будет другого выхода…»

Илона, стоящая в шаге от меня, с железным прутом в руке. Фарфоровая фигурка, оставив кровавый след на её лбу, падает на землю и разбивается…

И я прихожу в себя уже в Ристании.

Я погладила большим пальцем осколок фигурки. Вот, значит, как всё произошло. Подарок тети Оли спас мне жизнь.

Но, почему перенес меня в другой мир? Или, так и планировалось изначально?

Немного подумав, я поняла, что не ошибаюсь. Недаром статуэтку советовали разбить в случае тяжелой болезни или потери близких. То есть, тогда, когда не жаль расстаться с привычной жизнью.

А я использовала фигурку для самозащиты.

Жалко, что я не знала об её свойствах раньше. Может, не стала бы разбивать? Или, все же, рискнула? Новое имя, новая жизнь в другом мире лучше, лучше, чем смерть в песчаном карьере.

Лита что-то говорила, размахивая руками, но я не слышала, ни слова. Я снова перенеслась в ту страшную ночь, когда узнала об измене Макса и планах мачехи.

Интересно, что с ними случилось после моего исчезновения? Макс, скорее всего, принялся искать другую богатую невесту. А Илона? Вернулась в дом моего отца?

Я очнулась, почувствовав, как по руке течет что-то теплое. Оказалось, кровь: я порезалась осколком статуэтки.

— Госпожа! — девушка протянула мне чистый платок, чтобы перевязать ладонь.

— Спасибо, Лита.

— Давайте я выкину эту дрянь. Не представляю, как она попала в шкатулку.

— Нет! — я сама удивилась своей горячности. Не знаю, почему, но мне не хотелось выбрасывать фарфоровый осколок. Словно он был последней ниточкой, связывающей меня с домом.

С другой стороны, стоит ли разбрасываться артефактами, пусть и поврежденными? Статуэтка перенесла меня в этот мир. Логично предположить, что и дорогу назад можно найти с её помощью. А вдруг фарфор обладает другими необычными свойствами? Ведь осколок как-то попал в шкатулку?

Я напрягла память. Нет, статуэтка разбилась в песчаном карьере. Я не касалась осколков, да и зачем? Тогда я считала, что всё для меня кончено.