Скандальный развод. Ты пожалеешь, дракон! (СИ) - Винсент Юлианна - Страница 4

«Я бы не была так уверена, — с сомнением в голосе отозвалась девушка. — Вольган хоть и граф, но графского в нем только чрезмерно выпяченное чувство собственной важности. Боюсь, что жить нам с вами придется в разрухе».

— Ну, это мы ещё посмотрим! — воинственно ответила я и не заметила, что сказала это вслух.

— Куда посмотрим, миледи? — встрепенулась Эмма, которая к этому моменту уже успела задремать.

— На окружающую действительность трезвым взглядом, Эмма, — улыбнувшись, ответила я.

Не до конца сообразивши, что я имею в виду, девушка кивнула и, закрыв глаза, задремала обратно. А я поправила юбку своего черного платья, в карманах которой зашуршала еще одна компенсация за нанесенный мне, точнее Марианне, психологический ущерб.

«Когда Аластор это обнаружит, — с предостережением в голосе сказала Мари. — Он убьет нас обеих!»

«Ты слишком сильно его боишься, — отмахнулась я. — Если бы он хотел тебя убить, он уже давно бы это сделал и был бы счастливым вдовцом, а не заморачивался с разводом. Так что, не дрейфь!»

«Ну, да, вы правы!» — согласилась Мари и умолкла.

А я впервые за время, проведенное в чужом теле, задумалась о себе и своем состоянии. Слова про кротость и смирение отозвались в моей душе неприятным скоблящимся ощущением. Словно крыска изнутри царапала мне душу маленькими лапками, пытаясь выбраться.

Я ведь тоже всю жизнь была такая. Рожденных в СССР с младенчества учили не высовываться.

«Все должно быть, как у людей! — твердила мама. — Школа на отлично, университет с красным дипломом, приличная работа, муж — достойная партия, из интеллигентной семьи».

В принципе, у меня было все, кроме мужа. Я отучилась и пошла преподавать на кафедру. Но ни один достойный мне не встречался. И вот только после смерти матери, я разрешила себе закрутить роман с, как мне тогда казалось, «достойным», но он был младше меня на пятнадцать лет.

Ближе к моим сорока, мы поженились и прожили вместе почти тридцать пять лет, а потом я ему резко наскучила.

В какой-то момент поймала себя на мысли, что мне даже захотелось погоревать на тему разрушенной идеальной жизни советского человека. А потом подумала: да кому это нужно? Мне выпал второй шанс, словно вселенная предложила прожить жизнь по другому сценарию и уж, поверьте, я этот шанс точно не упущу.

«А этот Вольган… — ядовито улыбнулась я своим мыслям. — Он еще пожалеет, что связался со мной! Я ему устрою такую жизнь, что он взвоет, вернет меня обратно Дракмору еще и приплатит, чтобы тот меня забрал! Ха-ха! — мои мысли оборвал резкий толчок кареты. — Приехали, что ли? Ну, здравствуй, новая жизнь… и новый старый муж!»

Глава 5

Марианна

То, что предстало нашему с заспанной Эммой взору по прибытии, не то чтобы оставляло желать лучшего…

Хотя нет, оставляло! Сильно. Так, что хотелось остаться жить в экипаже. Или вернуться обратно к самовлюбленному Дракмору. Хотя нет, лучше в экипаже!

Некогда ослепительно-белые стены, словно холст, испещренный морщинами, теперь демонстрировали неровные заплаты отвалившейся штукатурки, обнажая кирпичную кладку, будто кости, проглядывающие сквозь иссохшую кожу.

Сад буйствовал дикой, неуправляемой жизнью: сорняки и лианы оплетали статуи с отбитыми носами, живые изгороди превратились в колючие лабиринты, а фонтан, служивший центром притяжения, молчаливо ржавел, испуская лишь редкие, болезненные вздохи.

«Питцжеральд — игрок, — раздался в моей голове голос Мари. — Он проиграл почти все свое состояние и сейчас, получив отступные за нас, сделает то же самое».

— Это же ж, где вы так нагрешили, миледи? — даже не стараясь спрятать ужас во взгляде, протянула камеристка.

— В смысле, вы? — удивленно спросила я, глядя на девушку недовольным взглядом. — Ты свою часть греха-то не умаляй. Кто с конюхом переобщался?

«Да-да, — добавила я про себя, глядя, как меняется лицо камеристки. — Мне про тебя все рассказали».

Эмма уже хотела было праведно возмутиться, как тут нам на встречу из этой дыры выкатился запыхавшийся граф Свин и сверкнув омерзительной улыбкой, сказал:

— Как неожиданно скоро вы прибыли, душа моя! — с трудом переставляя ноги, он подошел ко мне, чтобы поцеловать мне руку в приветственном жесте.

— Ох, дорогой граф, — вместо того, чтобы подать Вольгану руку, я подняла ее ко лбу и картинно закатила глаза. — Мы так устали с дороги. А меня, кажется, еще и укачало, я ведь впервые так далеко выехала из дома.

А про себя отметила наличие признаков гипертонии у ушлого графа. Да и в талии он явно не первый день подраспух, а это значит, что особой прыти от него можно не ждать, но и расслабляться тоже не стоит.

— Понял, понял, голубушка, — чуть прищурившись, но решив мне подыграть, произнес Свин. — Сейчас же прикажу набрать для миледи горячую ванну и проводить вас в хозяйские покои.

Меня чуть всю не передернуло от такой перспективы, но делать было нечего. Не на улице же нам спать.

Натянуто улыбнувшись и продолжая изображать полуобморочную, я слегка кивнула и дала повести себя в дом.

Хотя домом это было трудно назвать.

Внутри сквозь мутные, запыленные окна проникал бледный, скудный свет, едва освещая остатки былой роскоши. Потрескавшийся паркет, давно не знавший лоска, вздыхал под каждым шагом.

Мебель… Да на дачу мебель и то лучше увозят.

Повсюду чувствовался запах сырости и заброшенности, перемешанный с тонким ароматом увядающих цветов, последним отголоском былого великолепия.

— Дорогой граф, — не сдержавшись, обратилась я к Свину.

— Да, душа моя, — продолжая улыбаться во весь рот, отозвался Вольган.

«Интересно, когда он устанет притворяться радушным хозяином?» — задалась я мысленным вопросом.

«Когда Аластор перестанет ему платить», — подсказала Мари.

— Простите меня за нескромный вопрос, но как вы тут живете? — сделав себе мысленную пометку о деньгах, спросила я у графа.

Питцжеральд скорчил грустную физиономию, но все же ответил:

— Поместье стало увядать после того, как моя дорогая супруга оставила этот мир. Ему не хватает женской руки. Надеюсь, ваши нежные ручки смогут вдохнуть жизнь в этот кусок серого камня.

«Ишь, как заливает! — мысленно поаплодировала я. — Прямо соловей курский!»

«Леди Питцжеральд умерла десять лет назад при странных обстоятельствах, — заполнила Мари мои пробелы в знаниях. — И сразу же этот монстр прибежал свататься ко мне, аргументируя это тем, что маленькой Урсуле, ей тогда было семь лет, нужны материнская забота и тепло».

«Почему при странных?» — уточнила я про себя.

«Потому что у нее остановилось сердце, — добавив в голос драматизма, ответила Мари. — А ей всего тридцать три года было».

«А вы, оказывается проказник, граф Свин, — не смогла я сдержать мысленного подкола. — Любите девочек помоложе? Вот только потянете ли?»

И тут у меня созрел коварный план.

— Все может быть, дорогой граф, — улыбнулась я настолько приторно, насколько могла это сделать. — Только у меня будет несколько условий.

Глава 6

Марианна

На словах про условия Вольган тут же оживился, но я решила поиграть с ним в игру: «Как заинтриговать идиота?» и немного потомить любителя чужих жен.

Вновь приставив тыльную сторону ладони ко лбу, я сделала тяжелый вздох и громко выдохнула:

— Здесь так нестерпимо пахнет сыростью, — обмахивая себя свободной рукой, проговорила я. — Мне сейчас будет дурно. Еще и эта тошнота с дороги.

— Полноте вам, миледи, — возразила мне Эмма. — Тошнота уж давно пройти должна была.

Тут я краем глаза заметила, как по лестнице со второго этажа спускается та самая «новая жена» моего дражайшего супруга.