Жертва и другие - Леонов Николай - Страница 3

– Понятно, – сказал Шубенков и посмотрел на следователя. – Ну, и что вы на все это скажете, Марк Борисович?

– Примерно то же самое, что и вы, – задумчиво ответил следователь. – Пока сплошные загадки, на которые не предвидится отгадок… Мне думается, что это еще не все загадки. Вы можете сказать, когда наступила смерть? И по каким причинам она наступила? – Эти два вопроса, само собой, адресовались эксперту.

– Терпение, мой друг, терпение… – рассеянно ответил эксперт.

Он был занят тем, что внимательно осматривал тело убитой женщины – насколько это было возможно в столь неподходящих условиях.

– Значит, так, – наконец сказал эксперт. – Предположительно смерть наступила двадцать четыре часа назад. Плюс-минус два-три часа…

– То есть сутки тому? – уточнил оперуполномоченный Шубенков.

– То есть сутки тому, – подтвердил эксперт. – Что же касаемо причины смерти, то, разумеется, в точности я пока вам сказать ничего не могу. Могу лишь предположительно. Не исключено, что она была застрелена.

– Вот как – застрелена? – спросил Шубенков. – И откуда же это известно?

– Извольте взглянуть сами, – сказал эксперт. – Видите – на левом виске небольшая дырочка? Вот тут, под запекшейся кровью… Увидели?

– Увидел, – хмуро произнес Шубенков.

– Очень хорошо, – академическим тоном произнес эксперт. – Не исключено, что это – входное отверстие от пули. Девяносто девять процентов гарантии, что так оно и есть. Оттого-то несчастная и умерла… Хотя, конечно, и не факт, что именно от этого. Потому что остается еще один процент сомнений…

– Понимаю, – сказал Шубенков. – В нее могли выстрелить уже после смерти. Так сказать, для страховки. Или для отвода глаз…

– Вот именно, – сказал эксперт. – Точнее я могу вам сказать чуть позже. Когда доберемся до лаборатории.

– Угу… – мрачно произнес Шубенков. – Марк Борисович, а вы что скажете?

– Примерно то же самое, что и вы, – сказал следователь.

– И все же?

– Насколько я понял, входное отверстие от пули имеется, а выходного – не имеется? – сказал следователь.

– Так и есть, – подтвердил эксперт.

– Из чего следует вывод, что пуля застряла где-то внутри, не так ли? – сказал Марк Борисович.

– Да, наверное, – подтвердил эксперт.

– Очень, знаете ли, хотелось бы взглянуть на эту пулю, – сказал Марк Борисович. – Не столько взглянуть, сколько ознакомиться с ее характеристиками.

– Да, не мешало бы, – подтвердил Шубенков. – Хотя кое-что известно уже и сейчас.

– И что же именно? – спросил следователь.

– Входное отверстие совсем небольшое, – сказал Шубенков. – Похоже, стреляли из пистолета. Знать бы еще, из какого именно.

– Извлеку пулю, тогда и узнаете, – сказал эксперт.

– Ладно, – сказал Шубенков. – С этим ясно. А вот со всем остальным – сплошная непроницаемая тайна. Главное – нам неизвестна личность убитой. А без этого никак. Это – дело наипервейшее. Что, уже можно пошарить по ее карманам?

– Уже можно, – разрешил судебно-медицинский эксперт.

Карманов у покойницы было не так и много – всего четыре. Два по бокам джинсов и еще два сзади. Ничего, кроме небольшой флеш-карты, в карманах обнаружено не было.

– Хм! – многозначительно произнес Шубенков. – Ничего, кроме флешки… Интересно знать, для чего покойница таскала ее с собой, эту флешку? И есть ли что-нибудь на ней? В лесу – и с флешкой в кармане… И ничего больше, кроме флешки. Еще одна загадка…

– Ну что, подведем итоги? – спросил больше сам у себя, чем у кого-то еще, Марк Борисович. – И зафиксируем их в протоколе. Значит, так. В лесном овраге, примерно в трех километрах к юго-востоку от города Новореченска был обнаружен труп женщины. Лицо женщины обезображено до полной неузнаваемости, одежда – легкая рубашка и такие же легкие туфли. Одежда, скажем так, не соответствует тому месту, где мертвая женщина была обнаружена. В лесу в такой одежде обычно не разгуливают… Впрочем, последние слова – это вывод, стало быть, в протокол они внесены не будут. А вот то, что на левом виске мертвой женщины обнаружено отверстие, по всем приметам напоминающее входной канал от пули, – это дело мы в протоколе зафиксируем в непременном порядке. Зафиксируем также и то, что никаких иных следов при осмотре места происшествия обнаружено не было. Кажется, ничего не упустил…

Пока Марк Борисович писал протокол, к Шубенкову пришла внезапная идея.

– Ведь вот что получается! – оперуполномоченный хлопнул себя по лбу. – Ведь если в женщину стреляли, то не исключено, что именно здесь? И что из этого следует? А следует из этого то, что стрелять могли и здесь, на этом самом месте! А почему бы и нет? А коль оно так, то где-то поблизости вполне может валяться гильза. Гильза – это улика. Важная улика! Надо бы нам ее поискать. А вдруг найдем?

В поисках гильзы, помимо самого Шубенкова, приняли участие оба сержанта и вдобавок томившийся бездельем вожатый-кинолог. Даже его собака – и та приняла участие. Но найти небольшую гильзу в лесном овраге не так-то и легко. Можно даже сказать, что это дело почти безнадежное. Оттого ее и не нашли, хоть и искали весьма целеустремленно и тщательно.

– Ладно, – сказал Шубенков и махнул рукой. – Отбой. Может, ее тут и вовсе нет, этой проклятой гильзы… Зато у нас имеется пуля. А она куда как надежнее гильзы. Разберемся… – Он выдохнул, подумал и добавил: – А еще у нас есть флешка. И общее представление о том, что случилось. Для начала не так и мало. В общем, грузимся, да и поехали отсюда. Будем отталкиваться от того, что имеем. А, Марк Борисович?

– Будем отталкиваться, – флегматично согласился Марк Борисович.

Глава 3

Расследовать загадочное происшествие было поручено сотруднику уголовного розыска Геннадию Шубенкову и следователю Марку Борисовичу. Марк Борисович отнесся к этому с присущим ему философским спокойствием, а вот Шубенков, наоборот, запротестовал.

– Это что же, – спросил Шубенков у начальника уголовного розыска майора Степанищева, коему подчинялся по службе, – я буду распутывать эту загадку один?

– Почему же один? – возразил Василий Сергеевич, крепкий невысокий мужичок с угольно-черными глазами и седыми волосами. – Вместе с Марком Борисовичем. – На возмущение своего подчиненного он внимания не обратил – в его отделении царили нравы не то чтобы вольные, но вполне свободные. Главное, чтобы дело делалось, на субординацию порой и рукой можно махнуть.

– Ну да! – скептически покривился Шубенков. – С Марком Борисовичем! Он – следователь, а следователь – это преимущественно кабинетная должность. А носиться по окрестностям в поисках убийцы буду я один…

– А может, тебе в помощь вызвать спецбригаду из МУРа? – ехидно поинтересовался Василий Сергеевич. – Помощников, видишь ли, тебе подавай! Будто не знаешь, какая у нас оперативная обстановка. Вот только за минувшую ночь случилось три квартирные кражи и четыре ограбления. И все это удовольствие на данный момент не раскрыто. Плюс к тому же хулиганство, которое, между прочим, также совершено в условиях неочевидности. Какие-то уроды устроили потасовку в ресторане «Три кедра». Все там перевернули вверх дном и благополучно скрылись. Ищи их теперь… А нас, оперов, наперечет. Так что действуй.

– Так то хулиганство, а у меня – убийство, – уныло произнес Шубенков. – Несоизмеримые понятия.

– Не действуй мне на нервы своими высокоумными выражениями! – скривился Степанищев. – Несоизмеримые понятия, видишь ли! И где ты только набрался таких слов? Сказано тебе – действуй, значит, действуй. Рой землю на три метра вглубь. А вот если до чего-нибудь дороешься, тогда поговорим и о помощниках. Все, ступай. И держи меня в курсе.

Шубенков махнул рукой и вышел из начальничьего кабинета. Первым делом он решил пообщаться с Марком Борисовичем. Именно Марк Борисович должен был поддерживать контакт с судебно-медицинским экспертом. А судебно-медицинский эксперт, между прочим, должен был установить, из-за чего произошла смерть женщины. И извлечь пулю из головы убитой. И отдать эту пулю экспертам-баллистикам, дабы они определили, что это за пуля, из какого именно оружия она выпущена и не числится ли это оружие в полицейских списках.