Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович - Страница 615

— Базы больше нет? — спросил Лекс. — Взорвали?

— Не, это вертолёт подбили, — равнодушно ответил Андерс.

— Кто?

— Не знаю.

— Может, наши? — предположила Лиска.

— Там нет наших, — ответил Андерс. — Наши — это я, ты и Лекс. И ещё Индевять. Все остальные — вражины.

Вертолётный гул снова стал нарастать. Обратно действительно летел только один вертолёт.

— Ждём немного, потом двигаемся, — отдал Андерс новый приказ для всех.

Никто и не собирался оспаривать его слова.

— Я смотрю, для тебя такие приключения не в новинку, — негромко заметил Лекс.

— Приходилось бывать в переделках, — уклончиво ответил Андерс.

— Ты и места эти знаешь… бывал здесь?

— Не, здесь не бывал. Но карту изучил.

— Карту? Где?

— На локалке нашёл старые гугловские карты. Прикинь, тут за несколько лет вообще ничего не изменилось…

— Гугловские карты? На локалке?

— Ну да, архив… А что?

— Да нет, ничего. Стреляешь, по картам ориентируешься, на лиспе кодишь. Ты прям и чтец, и жнец…

— И дудки курю. Всё, пора двигать.

— Куда?

— Дан приказ ему на запад… — напел Андерс.

— Я серьёзно.

— И я. Двигаем в сторону запада, дружище. В Сербию.

— В Сербию? Зачем?

— У Индевять там знакомые контрабандисты, помогут передислоцироваться. Пошли. Потом поговорим. Go, go!

Последние слова предназначались для всех. Группа выползла из своих укрытий и снова двинулась в путь.

Но до Сербии они не добрались. Строго говоря, они даже не добрались до ближайшего населенного пункта.

Пройдя лес, они вышли к полю, где наткнулись на развалины старой конюшни, расположившейся на окраине поля. Всё заросло травой и бурьяном, здесь явно давно не ступала нога человека, тут они и обосновались, чтобы передохнуть.

Расположились кто где — на старых ящиках, бочках, охапках сена. Всё ещё напуганные, хотя уже не так сильно, как несколько часов назад. Индевять стал что-то рассказывать всем, одновременно рисуя на земле какие-то полоски и кружочки. С грехом пополам Лекс догадался, что он показывал всем их дальнейший путь и пытался начертить карту этого пути.

Андерс был единственным, кто не стал садиться и отдыхать, а курсировал между стенами из прогнивших досок с широкими, в палец, щелями.

Лиска села рядом с Лексом. Заметив, что он наблюдает за Индевять и пытается разобрать, что тот говорит, Лиска сняла и протянула ему свой наушник.

— На, возьми мой, — сказала она. — Я всё равно по-английски понимаю.

Почему-то это разозлило Лекса. Наверное, потому что он почувствовал себя беспомощным в этот момент. Хотел было сказать в ответ что-то резкое, но не успел.

— Три человека, в штатском, автоматы. Двое остановились, один идёт, подняв руки, — сказал Андерс, прильнув к щели. — У него какой-то ящик в руках.

Все повскакивали было, готовые бежать отсюда подальше, но Андерс велел всем успокоиться. Подошёл к двери, держа наготове пистолет. Индевять держался рядом.

Это были люди Эйзентрегера. Тот, кто пришёл в конюшню, принёс с собой портативный голограф. Он нещадно глючил и тормозил, и тем не менее перед беглецами появилось изображение самого Эйзентрегера.

Он начал что-то говорить, но связь постоянно обрывалась.

Андерс снял свой наушник, протянул Лексу.

— Немецкий я знаю, так что можешь послушать.

— Ты и армянский знаешь, и английский… — пробормотал Лекс, беря наушник.

— Я полиглот, дружище.

Лиска, конечно же, обратила внимание на то, что Лекс взял у Андерса переводчик.

В этот момент голос Эйзентрегера наконец прорвался сквозь помехи.

— …были наняты Синдикатом. Вас занесли в их чёрный список, и на вас открыты контракты. На каждого из вас. Оставаться здесь вам опасно. Мои люди переправят вас на нашу основную базу.

— Куда? — спросил Индевять.

— Туда, где вам ничего не будет угрожать, — ответил Эйзентрегер. И что-то добавил про север.

Глава 20

Ндрангета

— Здесь русские недавно появились. Несколько лет всего. До этого здесь немцы тусили, французы иногда. А потом какой-то бум, и внезапно все кинулись скупать здесь недвижимость. Дерипаска, Абрамович, потом этот, как его, губернатор Московской области…

В Италию они прилетели утром по местному времени чартером. Приземлились в Пизе, оттуда тридцать пять километров до Форте-дей-Марми добирались на «Фиате» приятеля Хохла, который представился как Карлито. Пока ехали, Карлито изображал немногословного гида-путеводителя. Рассказывал всё, что знал про Италию и Форте-дей-Марми в частности.

— Этот городок не зря называют итальянской Рублёвкой. Глянь на дорогу, две из трех нормальных машин с московскими номерами.

Он был прав. Всю дорогу Ник глазел в окно и если поначалу считал, сколько ему попадётся «нормальных» машин — «Феррари», «Ламборджини», «Бентли», — то очень скоро стал считать, сколько им встретилось машин с российскими номерами.

И, надо заметить, встречалось очень много. В основном московские номера, но попадались и другие регионы.

— Знаешь, что самое смешное? Они сюда приезжают и сразу начинают болеть за местные команды. В прошлом году, в июле, тут такой ад был, когда сборная на мундиале выиграла. Всё побережье гуляло, а русские пуще всех. Ха! Знаешь, Хохол, любой русский, который приезжает в Форте-дей-Марми, пока здесь находится, перестаёт даже думать по-русски. Уж поверь, я знаю, что говорю.

Он совсем не походил на итальянца. По-русски говорил с акцентом, но было такое ощущение, что этот акцент наигранный.

— Треть всех домов здесь принадлежит россиянам. Сейчас, говорят, решается вопрос, чтобы ограничить продажу недвиги русским, но это ерунда. Тут такие люди в теме, что этого никогда не будет. Не хочешь прикупить тут, кстати, домик, а, Хохол? Хорошее вложение капитала. Это же итальянская Ривьера. Гарантирую, что через пару лет цены раза в полтора, а то и в два вырастут. Ты посмотри, какие тут дороги, ни одной ямы. Здесь люди для себя живут, а не для жуликов и воров, понимаешь?

— Дорого тут, наверное… — вздохнул Хохол.

— Ну, уж точно дешевле, чем у Батуриной. Если брать не в городе, а рядом, в посёлках вроде Чинквале или Каррара, можно по приемлемой цене что-нибудь подыскать. Поверь, к две тысячи десятому году здесь только миллиардеры недвигу купить смогут. У меня, если что, есть знакомые риэлторы.

— Чёрные? — гыгыкнул Хохол.

— Нет, итальянцы, местные.

— Я другое имею в виду. Ну, чёрные маклеры.

— А! — догадался Карлито. — Не, всё по закону, купи-продай-отдай налоги. Я их давно знаю, много им клиентуры подогнал, так что скидку для тебя пробью со всей уважухой.

— Карлито, извини, что перебиваю… — произнёс Ник, которого стал утомлять этот беспредметный разговор. — Ты уже выяснил, сколько будет встреча с папой стоить?

Они так и не договорились о цене, которую Ник должен будет заплатить за пятиминутную аудиенцию у папы римского. Вчера по скайпу Карлито после почти целого месяца бесплодных переговоров наконец сказал, что вопрос решаемый и что цену назовёт, когда они прилетят сюда.

Деньги были — за этот месяц Ник заработал на модификациях «Стакса» достаточно приличную сумму. Но всё-таки количество денег было ограничено, и их было гораздо меньше, чем у многих обитателей этого небольшого тосканского городка. Поэтому Ник и торопился уточнить детали, которые на самом деле были самыми главными.

— Да, почти всё утрясли, — кивнул Карлито. — Тебе надо будет поговорить с людьми…

— С какими людьми?

— Ты вообще понимаешь, с кем ты хочешь встретиться? — спросил Карлито.

— Да. С тем, с кем ты уже не раз организовывал аудиенции, — сказал Ник. — Ну, если верить твоим словам.

— А ты что, не веришь? — недовольно спросил Карлито. Акцент его при этом куда-то пропал.