Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович - Страница 616

— Верю. Поэтому хочу узнать, сколько это будет стоить.

— Сначала с тобой поговорят.

— Кто?

— Слушай, Хохол, объясни своему клиенту, что это папа римский. Парень, ты вообще знаешь, сколько людей хотят встретиться с ним?

— Кто со мной будет говорить?

— Нет, погоди. Ты знаешь, сколько людей хотят встретиться с папой римским?

— Много? — с издёвкой предположил Ник.

— Очень много. Невероятно много. А знаешь, сколько среди этих людей психов? Тебя ни за какие деньги не подпустят к нему, если не будут уверены в том, что ты не собираешься напасть на него.

— Это что, будет какая-то проверка?

— Да, вроде того. Это же Ватикан, государство в государстве. С тобой поговорят из службы безопасности папы, зададут несколько вопросов, и если убедятся, что с тобой всё в порядке, то…

— Назовут цену? — продолжил за него Ник. — Сотрудники службы безопасности?

Ему с самого начала не очень верилось, что этот вопрос можно будет решить так просто, с помощью денег. Но Карлито целый месяц убеждал Ника, что вопрос решаемый, и только вот цену никак не мог сложить.

— Да, назовут цену. Что тебя смущает? Это же религия, такой же бизнес, как и любой другой.

— Ясно. И когда мы будем говорить?

— Сегодня вечером. Рядом с моим домом есть небольшой ресторанчик, в восемь там назначена встреча. Пока отдохнете с дороги. Не суетись, парень. Ты в Европе, здесь ничего не делается наспех. Хохол, так вот, насчёт того, чтобы купить тут дом. Здесь до сих пор можно найти особняк с видом на море, который будет стоить дешевле, чем такая же халупа где-нибудь в Лазаревской. Вопрос с гражданством решаемый, у меня тут есть ходы в администрацию Берлускони и…

Дом у Карлито оказался небольшой. Одноэтажный, с полуподземным гаражом и участком в три сотки, на котором едва поместился бассейн, стоявший без воды, но с мусором.

— Фильтр забился, — пояснил Карлито. — Всё времени нет мастера вызвать.

Судя по мусору, бассейн не работал года два или три.

Вида на море не было. Окна выходили на небольшую улочку, а с другой стороны на забор соседей, обросший какими-то вьющимися растениями.

Внутри дом оказался уютнее, чем снаружи. Позже Ник понял почему: там бывала домработница, которая поддерживала порядок.

— Ты тут надолго вообще? — спросил Хохол. — На родину не тянет?

Услышав про родину, Карлито нахмурился.

— Ты знаешь, почему я из России свалил? — спросил он.

— Ну… ты по скайпу вроде говорил, у тебя какие-то тёрки были с банкирами, — вспомнил Хохол. — Если я правильно понял.

— Терки… ну да, терки. — невесело усмехнулся Карлито. — Можно сказать и так. Мы под Ростовом элеватор строили, финансировал стройку один московский банк. Объект построили, всё отлично, а когда сдача была, приехал от москвичей представитель банка. Я его сразу узнал. Представляешь, эта тварь в девяносто четвёртом в Чечне меня в плену держала. В яме. А теперь он зам председателя инвестиционной комиссии банка. И весь банк ихний — это тот самый сброд, который в первую чеченскую наших похищал и выкуп требовал. На те деньги, что они тогда получили, теперь банк сделали, в Москве. Землю скупают под Воронежем, под Орлом, Кубань подгребают… колхозы, совхозы, сотни гектаров полей… Ещё платят проституткам-правозащитникам, чтобы те им задницы вылизывали… Короче, не выдержал я. Понял, что или эту тварь надо валить, или самому… валить.

— И ты решил сам? — догадался Хохол.

Карлито тяжело вздохнул.

— Ну… я же не ты… в смысле, я не наёмник. Я в первую чеченскую в стройбате служил, мы туда приехали сразу после войны, чтобы город отстраивать… я и стрелять-то толком не умею. В общем, да, решил сам свалить. Поначалу сложно было, пару лет пришлось в пекарне поработать, а тут пекарни — это адовый труд по ночам, каждый день, без выходных. Потом, наши когда стали сюда подтягиваться, появились темы, в общем, сейчас всё в поряде. Только вот тварь ту из банка никак забыть не могу. Иной раз так и хочется бросить всё, вернуться в Россию, найти его и…

Карлито замолчал, махнул рукой, вроде как с отчаяния.

— А что за банк-то был? — вроде как равнодушно поинтересовался Хохол.

Карлито назвал банк, и Хохол важно кивнул.

— Пробью у наших, — сказал он, не став, впрочем, уточнять, про каких «наших» шла речь. — Зло безнаказанным не останется, братан.

Карлито оживился.

— Если накажешь их… ну, хотя бы этого гада… Хохол, ты же знаешь, я в долгу не останусь. Мне просто надо знать, что эта гадина… ну ты понимаешь.

— Конечно, понимаю. Порешаем, ты меня знаешь. Слушай, у тебя пожевать есть что-нибудь? И расскажи, а лучше покажи, как тут с пойлом.

Наскоро перекусили бутербродами с сыром и колбасой, после чего Карлито и Хохол отправились дегустировать содержимое бара.

Ник расположился на диване перед телевизором. Пролистав пультом с десяток каналов и не найдя русскоязычного, незаметно для себя Ник задремал.

Проснулся около девяти от громкого разговора. Спорили два человека — Карлито и какой-то черноволосый мужчина лет сорока, явный итальянец, с перепаханным лицом, похожий на колоритного Денни Трехо.

Громко спорили, на смеси итальянского и английского языков. Причем «Денни Трехо» не скрывал своего агрессивного настроения.

Хохол наблюдал за ними, устроившись в кресле с бокалом чего-то многослойного и разноцветного. Он не очень понимал, о чём речь, и просто слушал, не вступая в беседу.

Когда Ник подал первые признаки просыпания, оба спорщика замолчали, уставились на него. Потом Карлито повернулся к Хохлу и сказал:

— В общем, так, Хохол. Надо ехать.

— Там всё будет чисто? — спросил Хохол, рассматривая второго, итальянца, сквозь стекло бокала. — Проблем не будет?

— Хохол, это серьёзные люди. Если бы нам хотели создать проблемы, они бы у нас уже были. Это очень могущественная организация. Это тебе, блин, не какая-нибудь «Армада». Если и есть в этом мире какая-то сила, равная масонам, то это те люди, с которыми мы сейчас должны…

— Костян, ты мне не вешай, йопт, — угрюмо пробубнил Хохол. — Я тебе задал простой вопрос, постарайся ответить на него как можно короче. Проблем не будет?

— Нет, — твёрдо ответил Карлито.

Мнение Ника, судя по всему, тут никого не интересовало.

— Далеко ехать? — спросил Хохол.

— Примерно четыреста. Кэмэ, не миль.

— Поехали. — Наёмник поднялся и махнул Нику, словно тот был его подчиненным.

Ник не совсем пришёл в себя после сна, и ехать ему никуда не хотелось, особенно с довольно страшным итальянцем. Но, взглянув на трёх человек, ожидавших его, Ник решил, что лучше не спорить.

На ночной улице их ждало две машины. Чёрные микроавтобусы, похожие на мини-вэны, в которых любили передвигаться дашнаки.

Они покинули Форте-дей-Марми и несколько часов мчались на огромной скорости по ночной автостраде. Трасса, можно сказать, была идеальной. Хорошая дорога, освещение на всей протяжённости автострады, только дави педаль в пол да кайфуй от скорости. Но Нику было не до кайфов. Беспокойство одолевало его с каждым километром всё сильнее и сильнее.

Вскоре они въехали в небольшой городок, не очень богато выглядящий. Старые дома, покосившиеся заборчики, фонари горят не везде… точнее, везде не горят. Темень, мрак, жуть — ну прям как в каком-нибудь частном секторе на окраине Ростова.

Машины остановились возле одного из таких старых домов с покосившимся забором. Из калитки сразу же вышел человек, посмотрел по сторонам и скрылся во дворе.

«Денни Трехо» что-то гортанно сказал на итальянском, показывая в сторону дома.

— Пошли, — скомандовал Карлито, вылезая из машины.

Во дворе их встретил охранник, выходивший на улицу. Он провёл гостей в дом, где их уже ждали.

Зал, слабый свет, стол. С одной стороны несколько человек, с другой — свободные стулья. Говорил только один из присутствовавших. Со шрамом на нижней губе, который в тени смотрелся особенно зловеще.

Он представился как Маттео Гарроне, хотя почему-то слабо верилось в то, что он назвал себя настоящим именем.