Бумажная империя. Гепталогия (СИ) - Жуков Сергей - Страница 298

Угу. Особенно, когда тут ошивалась половина бандитов города и это тихое и спокойное место старались объезжать стороной.

– И нас крайне беспокоит производимый вами шум. Мы настоятельно требуем прекратить эти катания немедленно! – топнул он ногой и несколько женщин одобрительно закивали. – В противном случае… Почему вы улыбаетесь? Здесь нет ничего смешного! Мы крайне возмущены и будем действовать решительно! Такие соседи нам тут не нужны.

Матерь божья, да они же просто завидуют! Видя лица детей, стоящих за их спинами, я мгновенно понял причину этого визита. Отроки богатых и успешных людей захотели также и уважаемые люди были оскорблены тем, что дети простолюдинов имеют что‑то, чего нет у их благородных наследников и наследниц.

– Может быть вы хотите тоже покататься? У нас много горок, и есть даже для совсем маленьких, – нежно сказал я, обращаясь не к аристократам а к детям, стоящих у них за спинами.

– Мы не маленькие, – хмыкнул один из парней, которому на вид было лет девять.

Я примирительно поднял руки и рассмеялся:

– Тогда полагаю тебе разрешат скатиться с самой высокой и быстрой горки.

Глаза детей просияли, чего не скажешь об их родителях.

– Не смейте разговаривать с детьми! – заявила одна из мамаш. По другому её и назвать сложно. Жаль мне ребёнка, который растет под её присмотром.

– Мои дети не будут играть вместе с простолюдинами, – презрительно произнёс мужчина в бордовом полушубке и, демонстративно развернувшись, схватил за руку парнишку лет двенадцати. – Пойдём, Арсений, нечего нам тут делать.

Глаза ребёнка наполнились слезами, но он не стал плакать. Увлекаемый отцом, он лишь смотрел мне за спину, откуда доносился детские крики и смех.

– Да, мы все уходим. Ждите проблем, – задрала нос та самая мамаша и пошла следом.

Вот только через пару метров она остановилась и обернулась:

– Господа, ну же, идём, тут всё ясно, – сказала она, видя что остальные соседи не последовали за ней.

– Екатерина Геннадьевна, мы пожалуй посмотрим на горки, – смущённо улыбнулся один из мужчин. – Я слышал, что у барона есть диковинные надувные сани.

Понимая, что наличие такого огромного количества простолюдинов является серьёзным препятствием, я сразу же взял слово:

– Дорогие соседи, вечером, с наступлением темноты, все люди уедут и горки будут пусты. Я попрошу своих рабочих оставить стойки освещения, а также ватрушки не запертыми и вы сможете прийти сюда вечером, когда никого не будет, включить свет и насладиться катанием в аристократическом обществе друг друга.

Дети тут же просияли и раздались робкие перешёптывания:

– Ма‑а‑ам, давай придём, пожалуйста!

Многие аристократы тут же позволили себе чуть улыбнуться.

– Да кому нужны ваши простолюдинские развлечения, – нарочито громко сказала мамашка, которая так и стояла, ожидая что все остальные уйдут с ней.

– Даниил Александрович, а позвольте пройти сейчас с вами и посмотреть на место, где будут лежать санки и освещение, – вежливо попросил один из мужчин, демонстративно проигнорировав склочную женщину.

Зимний дворец

– Что слышно от наших островных «партнёров»? – спросил Император у прибывшего во дворец Меньшикова.

– Слышен вой на их болотах, – не смог отказать себе в удовольствии пошутить светлейший.

Александр Пятый довольно улыбнулся, но быстро спрятал улыбку:

– Твои люди смогли узнать про похищенного Долгопрудного?

– Лишь неофициальные слухи о том, что именно он – человек в железной маске, заключённый в лондонском тауэре, – ответил тот. – Ничего, что можно было бы предъявить международной общественности.

– Плохо, Гриша, – покачал головой Император. – Наши дипломаты не могут действовать решительно, пока у нас на руках нет веских доказательств. А возвращение подданного – дело чести лично для меня.

Меньшиков коротко кивнул и собрался уже уходить, когда в зал вошла Анастасия:

– В этом году просто сказочная масленица получилась. Впервые за последние года можно свободно гулять по праздничной ярмарке на Дворцовой площади.

– Анастасия, я ведь тебя предупреждал, чтобы ты не вздумала появляться на ярмарке, – строго повернулся к ней Император. – Присутствие представителя императорской семьи может вызвать ажиотаж и лишние волнения в праздничной толпе. Там гуляют простой люд и нахождение там даже с охраной может быть опасным.

– Дядя, не волнуйся, в этом году ярмарка практически пуста и наконец‑то можно насладиться ей, не опасаясь за безопасность, – просияла девушка. – Утром я даже смогла прокатиться на ледянках с горки, ведь на ней не было ни одного человека!

Она светилась от счастья, но Император не разделял её радости. Он понимал: что‑то не так.

Он вопросительно посмотрел на Меньшикова, вышел на балкон и взглянул на праздничные ларьки и павильоны, раскинувшиеся прямо на дворцовой площади.

– Что происходит? – удивлённо спросил он у стоящего рядом светлейшего князя.

– Не имею ни малейшего понятия, – спокойно ответил он.

И в этот момент раздался звонкий голос Анастасии:

– Со вчерашнего дня людей стало очень мало.

– Но ведь сегодня конец масленичной недели и вечером будет сжигание чучела. Почему люди не пришли? – не понимал Император, смотря на полупустую ярмарку.

– Выяснить в чём дело? – спросил Меньшиков.

– Да. Разберитесь с теми, кто в этом виноват и верните сюда людей, – грозно приказал Александр Пятый и вернулся во дворец.

Глава 15

Офис агентства Уваров и Распутина

Наивно было полагать, что сегодня я буду избавлен от решения многочисленных проблем, связанных с внезапным ватрушечным курортом у себя в поместье.

Так что, едва приехав в офис, мне стали поступать многочисленные звонки от Михаила.

– Ты уже уходишь? – удивилась Алиса, видя как я пошёл к лифтам.

– Похоже что так, – хмыкнул я.

– Мы пойдём на ярмарку на Дворцовой? Там будут сжигать Масленицу вечером, – спросила она.

– Мы? – поднял я одну бровь.

– Так ты идёшь? – сложила она руки на груди.

– Боюсь что нет, мне нужно проследить, чтобы сжигание чучела не превратилось в сгоревшее поместье, – устало хохотнул я и пошёл к лифту.

Но сделать я этого не смог, потому что на моём предплечье сомкнулась железная хватка Алисы:

– Уваров, ты что, будешь сжигать чучело у себя в поместье?

Я кивнул.

– И меня не позвал⁈ – воскликнула она.

– А тебе это интересно? – удивился я.

– Шутишь? Меня хлебом не корми дай посмотреть на видео пожаров, – с лёгким безумием в глазах произнесла она.

– Женщина, я тебя боюсь, – тихо произнёс я, когда она, цокая каблуками, убежала за своим пальто и сумочкой.

Поместье Уварова

– Дань, там похоже что‑то случилось, – взволнованно сказала Алиса, когда мы встали в пробку, которая начиналась за километр от поместья.

– К сожалению да, – громко выдохнул я, выезжая на заснеженную обочину.

Через пять минут безудержного бездорожья мы доехали до въезда на территорию.

– Почему все эти машины стоят на дороге рядом с твоим поместьем? – заворожённая увиденным, девушка не сводила взгляда с множества машин, буквально перегородивших небольшой загородное шоссе.

Но я не успел ничего ответить, потому что в моё окно постучался Михаил, явно карауливший мой приезд.

– Даниил, там, там, приехали, ищут, я не знал что ответить, – путался в словах испуганный прораб. Дальнейшие объяснения были излишни потому что рядом стояло несколько полицейских машин и фургон для перевозки задержанных.

– Лейтенант Василий Голованов, – представился мне подошедший полицейский. – К нам поступили сведения о незаконном митинге и несогласованном массовом мероприятии.