Кающаяся (ЛП) - Абнетт Дэн - Страница 41

— Нет.

— Тогда кто?

— Я не знаю.

+ Ты сказал другие. Другие стороны. Что ты имел в виду? +

Труп издал еще один странный дребезжащий звук. Спустя мгновение я с отвращением поняла, что это был смех.

— Практически каждая группировка, каждая фракция, каждая сила в галактике противостоит Желтому Королю, — произнес шепот. — Конечно же, не у всех один и тот же мотив, но все они хотят остановить его. Здесь, на Санкуре, собираются и другие силы, стремящиеся уничтожить Короля в Желтом.

— Вроде легиона-предателя, известного как Несущие Слово? — поинтересовалась я.

— Ох, да.

— Они так жаждут этого, что готовы объединиться с Экклезиархией?

— И наоборот? — добавила Кара.

— Да.

— И Дети Императора? — спросила я.

— Они тоже, да. Улыбчивый и его чудовищно прекрасные воины. Столь многие стремятся ко двору Желтого Короля, чтобы свергнуть его, остановить или заключить союз, дабы разделить с Королем его грядущий триумф. Не допустили никого. Ко многим здесь мы могли обратиться для достижения общей цели, но с большинством слишком опасно вести дела.

— А Эйзенхорн не опасен? — поинтересовалась я.

— Относительно. Моя госпожа рассматривала его и другую фракцию, но последние оказались не очень открыты для сотрудничества.

+ Кто это был? +

— Я не назову их имени.

+ Тогда назови свое. Каково твое истинное имя? +

— Я не скажу его.

+ У тебя нет выбора. +

— Вернер Чейз.

Затем труп начал всхлипывать, и мне было тяжело слушать эти влажные звуки.

+ Чейз? Родственник? +

— Да. Лилеан Чейз – моя бабушка.

— Где она? — спросила Кара.

— Я не знаю.

+ Это Чейз твоя госпожа? +

— Нет! Нет.

— На каком языке твоя бабушка вела свою общую тетрадь? — задала я вопрос.

— Что?

Теперь Тимурлин говорил так, словно находился в замешательстве.

— Ее общие тетради, дневники, которые она хранила, — напирала я, придерживаясь нашего предположения о том, что нумерованная книга являлась лишь одной из многих. — Какой личный шифр или язык она использовала?

— У нее было много записных книжек, — ответил он. — Я не знаю.

+ Знаешь. +

— Хекс! — крикнул труп. — Хекс, это все, что я знаю. Она писала на тайном хексе.

Хекс. Так говорил мой ангел.

— Что это значит? — спросила Кара. — Хекс?

— Они никогда не рассказывала. Полагаю, что-то вроде заклинания, какое-то искусство заговора. Магический алфавит.

+ Что означает число 119? +

— Оно мне ни о чем не говорит.

— Кто твоя госпожа? — задала я вопрос.

— Даже в смерти я оберегаю ее имя и жизнь. Я не скажу.

— Где ее найти?

— Я не скажу.

— Вернер, в данных обстоятельств, — начала Кара, — советую тебе уступить. Если она готова сотрудничать с нами так же, как с Эйзенхорном, то Инквизиция обойдется с ней справедливо. Если твоя госпожа поделится своими знаниями, то мы можем стать ее союзниками, как бы странно это не звучало. Где ее найти?

— Я не скажу и уберегу её. Вам, убийцам Ордо, нельзя доверять.

+ Кто другая сторона? +

— Нет!

— Как ее зовут? — спросила Кара.

Труп вновь начал противиться. Теперь я увидела технику стандартного допроса Ордо. Допрашиваемый слабел, а его отпор сходил на нет. Кара и Рейвенор стремительно меняли типы вопросов, чтобы Тимурлин не смог возвести крепкого барьера против какого-то из голосов. Они прощупывали его слабеющий разум разнообразными ударами и выпадами, поэтому мертвец не мог защититься или блокировать их все. Это походило на то, как два фехтовальщика загоняли в угол одного.

Третий ослабит Тимурлина еще сильнее.

— Как зовут твою госпожу? — спросила я.

— Нет–

— Говори! — рявкнула я.

— Зоя Фарнесса!

+ Ее истинное имя. +

— Я не скажу!

— Где она? — задала я вопрос.

— Я не отвечу!

+ Кто другая сторона? +

— Вам не захочется, чтобы я говорил это. Клянусь, вам не захочется!

— Каково ее истинное имя? — спросила Кара.

— Кто убил Эйзенхорна? — задала я следующий вопрос.

+ Где ее найти? +

— Хватит! Прекратите это!

— Каково её истинное имя? — спросила я.

— Кто другая сторона? — рявкнула Кара.

— Умоляю вас, прекратите!

+ Кто убил Грегора Эйзенхорна? +

— Прошу!

— Кто другая сторона? — задала я вопрос.

— Коллегия! — раздался ломкий шепот. — Имматериальная Коллегия!

Затем шепот утих, а воздух стал холодным и спокойным. Пламя свечей поникло и едва не потухло, и вверх начали подниматься ленточки дыма.

+ Он ушел. Я не смог удержать его. +

Я слегка согнулась. Казалось, будто из нас выжало всю энергию, а комната – и ночь за окнами – выглядела еще темнее, чем прежде.

— Что за Имматериальная Коллегия? — спросила Кара. — Никогда не слышала о ней. Что это значит?

+ Не знаю, Кара. +

— Ты в курсе, Бета? — поинтересовалась Кара, переводя на меня взгляд. Я уже открыла рот, чтобы ответить ей отрицательно, но меня оборвал Рейвенор.

+ Постойте. +

ГЛАВА 18

Мы больше не одни.

Хоть в помещении с задернутыми занавесками и царила темнота, в окнах, судя по всему, мелькнула тень. Я даже представить себе не могу, как можно вообще заметить тень в подобных условиях, но она была здесь и теперь скользила рядом с торцовым окном. Я услышала один или два шага, после чего тень остановилась, словно бы пытаясь внимательно рассмотреть нас.

Мы ждали. Прошло мгновение, и тень прошла мимо бокового окна. Поначалу я ощущала, как тень кружит вокруг нас, рыская в окрестностях дома, но затем возникло чувство, словно что-то продолжало смотреть на нас через торцовое окно. Значит, две тени. Два шныряющих снаружи визитера.

В комнате для хранения документов стояла гнетущая тишина. Кара сильнее сжала рукоять мерцающего меча, а я потянулась к запястью.

— Манжет? — прошептала я.

— Пока нет, — очень тихо ответил Рейвенор через транспондеры Кресла. — Мы защищены. Посмотрим, кого мы приманили к себе.

Казалось, тени снаружи успокоились. Я предположила, что это всего лишь обман зрения, но тут одна из них вновь шевельнулась, потом вторая, и, возможно, третья. Спустя мгновение кто-то легонько побряцал наличником торцового окна, словно пытался проверить, не открыто ли оно.

— Оставайтесь внутри внешнего круга, обе, — сказал Рейвенор.

Тело Тимурлина лежало на полу в центре начерченного мелом и песком круга, но была и более широкая окружность, практически доходившая до стен комнаты. Ее мы нарисовали, рассыпав соль. Послушав Рейвенора, мы остались внутри. Воздух вдруг стал холодным, отчего еще не до конца исчезнувший запах шэлла казался затхлым и резким.

Вновь раздалось бряцанье окна, а затем что-то постучало по стеклу. Тап-тап-тап. Не отрывистый стук костяшками, как это сделал бы подошедший к двери гость, нет, сейчас кто-то будто бы тайком барабанил кончиками пальцев. Словно тайный любовник тихо постукивал по створному окну спальни.

Тап-тап-тап.

— Не отвечайте, — произнес Рейвенор.

Вновь раздался стук. Три свечи вокруг трупа Тимурлина погасли и испустили тонкие нити дыма.

— Они проверяют наши удерживающие заклинания, — сказал инквизитор. — Кара?

Та кивнула и быстро подошла к потухшим свечам, чтобы зажечь их. Как и я, она сильно волновалась. Неуклюже обращаясь со своим небольшим огнивом, Кара высекла сноп искр и зажгла восковую свечу. Пламя угасших свечей вновь разгорелось, но теперь их огонь, как и у всех остальных, стал слабым и бледно-желтым, словно воздух вокруг становился все более разреженным.

Когда снова раздался стук, я оглянулась вокруг. Теперь звук доносился от другого оконного стекла. Оно выгнулось в своей раме, будто кто-то давил на него руками и пытался приподнять защелку.

Потом опять наступила тишина.