Хозяйка проклятой таверны (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 18

Глава 18

Дорогу к дому Рахшары все же сделали. Не знаю, что говорил мужикам Оутор, какие доводы приводил, а все же сегодня утром я шла по ровной, вымощенной досками тропке.

Пока для начала посевной было слишком холодно, мужчины охотно занимались благоустройством поселка, прокладывая такие вот недолговечные тропинки по всем улицам, расходясь от центра поселка. Все работники могли прийти на обед в таверну, где их кормили совершенно бесплатно, тем самым повышая мотивацию.

Мне на ум пришел один занятный суп. Овощной. Густой. С тем самым овощем, который Оутор из Райвенрога привез — со свеклой. Накануне попросила женщин сварить побольше мясного бульона, а сама с утра занялась подготовкой остального.

Нарезала кубиками земляные клубни, несколько целиком в бульон забросила. Моркву со слезянкой обжарила, туда же яркую свеклу, нарубленную соломкой. Пока зажарка готовится, капустой занялась. На такой котел ее нужно много. Показала Брите, как резать, вместе быстро управились. Целые земляные клубни достала, размяла в небольшом количестве бульона и снова обратно забросила. Это для густоты.

Теперь очередь зажарки, а после и капусты. Закипало все долго, ну да и немудрено, казан огроменный. Из зелени у меня только перо луковое. Снова пришлось все срезать. Нарубила мелко и на столе оставила с наказом добавлять прямо в миску непосредственно перед подачей, в казан не сыпать.

Красный суп удался на славу. Разве что выглядел настолько необычно, что чтобы его попробовали даже кухонные работницы, пришлось их уговаривать. К счастью, у меня был вечно голодный Жарих, который забежал с улицы, смёл предложенное за считанные мгновения и попросил добавки.

— Это что ж за похлебка такая мудреная? — шмыгнул он, вытирая нос рукавом.

— Борщ, — вырвалось само по себе. — Борщ, — повторила уже увереннее. — А красный, потому что овощ такой в составе есть.

Реакцию первых столовавшихся я успела оценить, как раз перед тем, как к Рахшаре идти собралась. Походы к старухе стали для меня чем-то обыденным. И дело уже даже не в том, что я носила ей продукты, мне и самой требовалось общение с ней. После посещения ее неприметного домика словно легче на душе становилось.

Вот и сейчас сменила домашние туфли на уличные сарьи, набросила теплую накидку, на голову платок, подхватила корзину со снедью и отправилась знакомым маршрутом. По дороге у меня было время подумать, поразмышлять.

Оутор все меньше времени проводил в таверне, занимаясь благоустройством поселка, нашел в обязанностях старосты и хорошие моменты, иногда мне даже кажется, стал наслаждаться тем, с каким повышенным уважением к нему обращались местные, как считались с его мнением. А еще он все чаще уезжал на сход в Райвенрог, торгуя новым изобретением — нашей стиральной бочкой. Он даже оплатил постоянное место на рынке и нанял помощника. Бочкари Райвенрога передавали готовые изделия сразу помощнику, Оутор хвастал, что люди уже заказывают нашу стиральную бочку заранее, на рынке долго готовые не залеживаются.

Андрек с отцом захотели свою долю, что вовсе не удивительно. Однако Оутор с обоих сбил спесь, показав документы на изобретение. А то, что Андрек первым смастерил, так не сам же придумал, по моему рисунку делал. Так что пришлось местным бочкарям довольствоваться оплатой за работу. Как они с Оутором договорились, мне неизвестно, в вопросы оплаты я вообще не вмешивалась. Я только попросила такую бочку для Рахшары. Старой женщине со стиркой и вовсе самой не справиться. Да и носить белье стиральщицам не слишком легко.

Наконец-то Оутор стал выглядеть и ощущать себя счастливым! — улыбнулась своим мыслям. Правильно Дараха говорит, не харчевник он, а торговец. А вот Дараха в качестве хозяйки таверны чувствовала себя органично. Женщина не сразу, но сумела все-таки научиться не хвататься за все сама, а раздавать поручения и следить за их исполнением.

Мне тоже заметно полегче стало. Ларижа, сестра Дарахи, приехала из Райвенрога, когда снег уже полностью сошел. Немолодая женщина с уставшими глазами, внешне чем-то похожая на Дараху, но вместе с тем другая. Ларижа работала в такой же таверне кухаркой, только одинокой женщине приятной внешности трудно. Хозяин стал к ней приставать, Ларижа терпела сколько могла. Она не хотела уезжать из города, только потому и не торопилась брать расчет. Однако терпению женщины все же пришел конец, и она согласилась на предложение сестры.

По приезду Ларижа только день отработала на кухне и слегла. Простудилась в дороге. Дараха ухаживала за сестрой, как могла, от Рахшары принесли травок целебных, женщина скоро должна пойти на поправку.

Слушая рассказы Ларижи о Райвенроге, ее и Оутора, мне тоже непременно хотелось там побывать, посмотреть, как живут люди в большом городе. Возможно, я уже и была, и видела, только не помню.

Достигнув крыльца приземистого строения, коротко стукнула, толкая дверь. Рахшары в домике не оказалось. Вышла, оглядываясь. Неужели в лес пошла? Честно говоря, это и представить-то сложно, учитывая уровень сырости вокруг. Еще не одна неделя пройдет, прежде чем земля вокруг хоть немного протряхнет и высохнет.

В домике, пока искала Рахшару, заметила стиральную бочку небольшого размера. Видимо, Андрек привез и оставил, тоже не застав хозяйку дома. Замешкавшись на пороге, все же вошла, оставляя дверь открытой. Рахшару ждала уже около получаса, когда заметила за порогом темное марево. Полупрозрачное облачко чернильного цвета, привлекшее мое внимание.

Медленно ступила в ту сторону, следя за тем, как облако приобретает человеческие черты, становясь похожим на молодого мужчину. Не веря своим глазам, я следила за полупрозрачным, нервно-озирающимся мужчиной. Не знаю, дышала ли я в те минуты, наверное, нет, настолько обомлела от увиденного.

Появление Рахшары пропустила. Не знаю, откуда появилась старуха, а только приблизилась она стремительно, двигаясь легко, едва ли не пружиняще, совершенно не так, как обычно.

Рахшара бросила на меня короткий взгляд, бросаясь к полупрозрачному мужчине. Он смотрел на нее широко раскрытыми от ужаса глазами. Клянусь, волосы Рахшары развевались, хотя ветра я не ощущала. Глаза горели, а сама она словно помолодела. В руках старухи мелькнула коса на длинной рукояти. Взмах! И мужчина исчез.

Я и не поняла, что осела прямо на мокрые ступени, не моргая следя за вернувшей прежний облик Рахшарой. Коса из рук старухи пропала, словно и не было, а сама она сгорбилась сильнее прежнего. Шагнула в мою сторону. Тяжело присела рядом, растирая грудь суховатой скрюченной ладонью.

— Не должна ты была видеть то, что для чужих глаз не предназначено, — спустя время, проскрипела она. — Но теперь уж ничего не изменишь. Зайдешь? — повернулась, в выражение лица, глаз всматриваясь. — Или бояться станешь? Сторониться, как все?

Дорогие читатели, не стану нарушать возникшую традицию. Всех, оплативших дальнейший доступ, сегодня ждет еще одна глава! Приятного чтения!

Глава 19

— Ты правда невеста Бога смерти? — выдавила сипло, будучи уже в домике.

— Проводник, — поправила Рахшара. — На невесту зим триста как не тяну! — скрипуче рассмеялась она.

— И что, все могут видеть то, что я видела?

— Куда там! Айшалис только, да и то не все!

— Какие? Такие, как ты?

— Таких поблизости нет! — махнула рукой старуха. — Поначалу и я думала, что ты на смену мне пришла, но нет. — Она тяжело осела на низкий табурет. — Не пришло мое время еще, не пришло. Устала, — протянула старуха тоскливо. — Никто не знает, как я устала жизни собирать…

— Этот мужчина… он умер?

— Отправился в чертоги Ахора, — кивнула Рахшара.

— И что дальше? Что его ждет?

— Ничего, — удивилась старуха. — Ничего его уже не ждет. Конец. Отжил свое.

— Но он еще так молод.

— И что с того? Так и младенчики умирают, не только старцы.