Уберите этого рогатого! (СИ) - Платунова Анна - Страница 13

Хорошо, что мама не знала, что в моем случае «вместе» означало она, я и Дейм на хвосте.

— Никак не могу, мамуля. Завтра важный семинар, надо готовиться!

Мама обернулась на меня с видом: «Не верю, но спорить не стану». На самом деле мама планировала стратегический ход: оставить папу с Деймом наедине, чтобы они поговорили по-мужски и папа разузнал все подробности об этом студенте по обмену.

— Ладно, готовься, — вздохнула она, от дверей крикнула: — Мальчики, не скучайте!

Ну и утречко, скорей бы оно закончилось. Я вытащила из рюкзака первую попавшуюся тетрадь с конспектами и вернулась на кухню, где шумела вода. Оказалось, что Дейм стоял у раковины и мыл посуду. Я втиснулась в укромное местечко в уголке между плитой и стеной, раскрыла тетрадь, отгородилась ею от внешнего мира как щитом.

— Дейм, играешь в осаду? — спросил папа. — Иви, у тебя ведь где-то оставалась доска? Я привозил.

— Раньше не играл, но готов попробовать, если вы объясните мне правила, — ответил Дейм.

Мой фамильяр всегда за любой кипеш, кроме голодовки! Но лучше пусть играют, чем продолжат сидеть в гнетущей тишине, изредка разбавляемой папиным задумчивым «Хм».

Я вытащила из-под дивана пыльную доску, сложенную пополам, внутри перекатывались и гремели деревянные фигуры. Надеюсь, я ни одну из них не потеряла, иначе папиного скорбного взгляда не избежать. Он вот уже двадцать лет играет на любительских турнирах, выписывает журнал «Вестник осады» и рад бы усадить за доску каждого, кто выразит хоть малейший интерес к игре. Он и мне ее купил в надежде хотя бы иногда разыграть партейку. Ну держись, Дейм!

С появлением доски папа заметно оживился и потер руки.

— Сейчас я расставлю фигуры и объясню тебе основные правила, — сказал он. — Это стратегическая игра, здесь думать надо. Существуют тысячи комбинаций. Конечно, я не обучу тебя всему за час, но хотя бы попробуешь!

Судя по заинтересованной физиономии Дейма, он сел играть в осаду не потому, что исполнял свой долг фамильяра: он и сам был не прочь.

Первую партию папа выиграл на десятом ходу. Торжествующе размял плечи и снисходительно посмотрел на соперника.

— Опыт. Двадцать лет в игре, — пояснил он.

Дейм не выглядел приунывшим, наоборот, глаза зажглись азартом, еще чуть-чуть — и начнут светиться желтым сиянием.

Вторую партию Дейм проиграл на двадцать четвертом ходу. Он подался вперед, следя за всеми перемещениями фигурок по полю, а папе, судя по напряженным плечам, пришлось не просто их переставлять, размазывая новичка, но включить голову и думать.

— Твой маг повержен! — сообщил он и с явным облегчением расхохотался.

Я уже и думать забыла про конспекты: следить за этой парочкой было куда интереснее.

— Еще раз! — воскликнул Дейм.

— Давай!

Они в четыре руки расставили свои фигуры и застыли над доской. Теперь игра шла медленнее, папа не торопился, щурился, заносил руку, собираясь переставить фигуру, но замирал.

— Ваш маг убит, — спокойно сказал Дейм на двадцать восьмом ходу.

— Как? — взвился папа, не веря своим глазам, но поверить пришлось: лучники и башни окружали мага со всех сторон, не оставив ему ни единой возможности спастись. — Да это… Невозможно! Объясни!

— Ничего сложного. Я внимательно наблюдал за вашей стратегией. Вы строите защиту из центра — это надежно, но предсказуемо. — Дейм говорил и быстро расставлял фигуры на места, чтобы наглядно продемонстрировать разыгранную комбинацию. — Я решил зайти с флангов, это долгий путь, но обычно сильные противники не обращают внимания на такие перемещения фигур…

Дейм показал, что именно он сделал, а папа качал головой и ерошил волосы. Я аж за него разволновалась: как он переживет поражение? Однако папа не выглядел сломленным, он выглядел… довольным!

— Продолжим? — воскликнул он, потерев руки, и оглянулся на меня. — Иви, да где ты откопала это дарование?

Откопала! Папа-папа, ты и не знаешь, насколько близок к истине.

— Я прибыл из дальних краев! — глубокомысленно заявил Дейм, будто все и без того уже не знали его легенду. — Из академии Векны. По обмену.

— Да я помню, — отмахнулся папа, уже поглощенный разворачивающейся на поле битвой. — Это просто такое выражение.

В этот раз победу одержал папа. Вырвал в последний момент. Он провел рукой по лбу, стирая капли пота. Расплылся в улыбке. У него был вид человека, совершившего невозможное. Давно я не видела папу таким счастливым. Но он тут же подозрительно прищурился.

— Ты не поддавался?

— Нет. Вы повели себя непредсказуемо на восемнадцатом ходу, я не успел перестроиться. Пожертвовали советником ради лучника, я думал, вы будете его беречь.

— Ха! — сказал папа и победоносно отсалютовал сжатым кулаком.

Я прыснула и спрятала лицо в раскрытую тетрадь. Папа вспомнил, что он находится в доме дочери и играет в осаду с ее то ли парнем, то ли подопечным, к которому вообще-то собирался присмотреться, но увлекся игрой.

— Хм, значит, живешь здесь, — посерьезнел папа.

— Временно, — напомнил Дейм.

Он помолчал и добавил, глядя папе в глаза:

— Я ее не обижу. Рядом со мной ей ничто не угрожает. Обещаю.

Папа размял переносицу и сказал:

— Она такая хрупкая, моя Иви.

— Пап! — возмущенно пискнула я, заливаясь краской и ощущая себя младенцем.

Дейм посмотрел на меня и сказал:

— Вот и нет. Она сильная. Умная. И справится с любыми сложностями. Сама.

«Правда, что ли? — испуганно подумала я. — А если не справлюсь? Вдруг я правда просто маленькая и глупая неудачница? И так будет всегда?»

— Хм-м, — пробормотал папа, на несколько секунд погрузившись в размышления. — Думаю, ты прав. И пора нам, наверное, домой, да, Иви?

— Да? — прошептала я.

— Да. Позвоню маме, заберу у нее пакеты и сразу поедем.

Совершенно неожиданно — раньше такого никогда не случалось — полчаса спустя родители укатили. Не задержались до вечера, как бывало обычно. И мама не дала мне десяток ценных советов, не разложила сама продукты и не вздыхала ежеминутно: «Сердце кровью обливается, как ты тут одна без меня!»

— Ничоси, — выдохнула я, когда за родителями закрылась дверь.

Я и правда ощущала какую-то неведомую ранее уверенность в себе.

— Спасибо, Дейм, — сказал сам себе Дейм тоненьким голоском, изображая меня, и сам себе ответил: — Не за что, Веснушка.

— Пф-ф! — буркнула я. — Ты просто фамильярничаешь. Ну, в том смысле, что исполняешь свои обязанности фамильяра. Ты не можешь иначе! А так ты коварное создание. Может, слопал бы меня. Или, не знаю…

— Забодал? — предположил Дейм, наставляя на голове рожки указательными пальцами. — Кстати, ты держала конспекты вверх ногами. Пойдем есть мороженое в парке?

— А пошли!

Глава 17

Промелькнула еще одна учебная неделя. Признаться, я уже не могла вспомнить, как прежде жила без Дейма. Он всегда был рядом. Помогал готовить завтрак, смешил, таскал мой рюкзак. Стоило мне оглянуться, как я видела его высокую широкоплечую фигуру за своим плечом. Он стоял нерушимой стеной, оберегающей меня от косых взглядов и насмешек. Впрочем, они и раньше в основном исходили от Беки и ее компании, а теперь троица притихла. Я не тешила себя надеждой, что Бека так быстро оставила в покое желанный трофей, — она затаилась на время. Пусть злопыхает, не видать ей Дейма как своих ушей.

Иногда я ловила себя на мысли, что не хочу отпускать фамильяра. Пусть ректор дал мне на поиск решения две недели, но я честно скажу: «Не смогла». И что он сделает? Да ничего!

Для всех однокурсников Дейм оставался студентом по обмену, и он всем нравился. Сложилось общее мнение: этот парень из Векны немного странный, но все-таки славный!

— Вы такая красивая пара! — заявила мне однажды утром Регина, умильно глядя на Дейма, который в это время раскладывал мои учебники на столе перед началом занятия.

— Что? — Ее признание застало меня врасплох. — Нет-нет, мы не пара! Я его куратор, и все.