Торговец будущим 2 (СИ) - "Мархуз" - Страница 16

— Но это неправда, ваше величество, — возмутился Панин, — я хорошо знаю английского посланника, он порядочный и покладистый человек. И радеет за мир между нашими странами, поэтому во всём идёт навстречу, ибо для него это дело чести.

В голове у императора сразу стала создаваться схема. Если граф «хорошо знает» посланника Аллейна Фицгерберта, то значит общается с ним гораздо чаще, чем положено. И где, спрашивается, у них сии встречи проходят? О чём они говорят и что задумывают?

— Успокойтесь, господин граф, и не забывайтесь, проявляя горячность в моём кабинете. В конце концов, пусть в Англии решают по поводу барона, приемлемо ли его поведение в Петербурге или нет. А вам пока не следует вступать с ним в контакт ни под каким предлогом. Вы меня поняли, господин граф?

До Панина дошло, что за ним будут следить, а значит следует поберечься. Но тогда это будет воспринято англичанами, как неисполнение договорных обязательств и дело может кончиться плачевно для графа. Воистину: куда ни кинь — всюду клин. Впрочем имеются доверенные слуги, один из которых может доставить записку о случившемся, оправдывающую невозможность исполнения порученного. Поэтому, сразу после аудиенции, глава Коллегии иностранных дел, вернувшись домой практически сразу отправил донесение. И не его вина, что сообщение было перехвачено людьми Макарова.

Руководитель могущественной Тайной экспедиции поступил разумно после её закрытия. Он, конечно же, передал часть своих сотрудников в Сенат, как было затребовано, но и сохранил некоторых, наиболее опытных, для своих нужд. А то вдруг секретная служба будет воссоздана, пусть и под другим названием, как это иногда бывало, и где тогда брать специалистов? Вот отныне они и пригодились. Заодно и за бывшим пленником Оленина послали двоих «топтунов», дабы потоптались за ним. Вдруг он приведёт их в какое-нибудь интересное, пусть и потайное, место.

Александр Семёнович не видел ничего предосудительного в действиях маркиза д'Эсте, а наоборот предполагал действовать иногда с ним на пару. Уж слишком продажное общество собралось в Петербурге, да и дипломатические службы обнаглели в своих действиях. Так что активный и явно опытный в сих делах партнёр не помешает. Тем более, что ещё и разгрузит, снабжая время от времени информацией.

В общем, графу Панину не повезло в очередной раз и в воздухе теперь запахло его отставкой. Государыня-императрица Мария Фёдоровна просила сына «избавиться от негодяя» и вот, по всей видимости, сей момент уже близок. А ведь Никита Петрович от всего сердца желал помогать России и даже подправлять лёгкими точными движениями её политику, если видел ошибки, которые именно он знал как исправить. Ну почему же нет пророка в своём отечестве? Должны же звёзды привести к справедливости, когда важные страны помогают не настолько пока развитым, а монархи начнут прислушиваться к своим советникам?

Неправильность, да что там говорить, неразумность в восприятии Англии и её наставнической роли по отношению к России, беспокоила графа больше, чем его собственная судьба. И никто во всём мире не хочет этого понять.

Чехарда происходящих событий, столь стремительно набежавших, меня раздражала. Встречи с исполнителями моей воли перемежаются с долговременными периодами (порой по полдня) ничегонеделанья. Кулибин выбрал на плане место для своего полигона и теперь там пропадает вместе со строителями. Нашёл себе напарника, некоего Алексея Гладкого (выковырял оного с какой-то мануфактуры) и совсем про меня позабыл. Сам он объясняет это тем, что пока занят обустройством, а затем отработает. Ну и фиг с ним, пусть хоть в чём-то организует своё творчество, мне пока всё равно не до него.

Вон, мальтийцы припахали ещё одно судно вместе с капитаном и затребовали ещё пару сотен тысяч ассигнациями. Такие самостоятельные перцы, что даже страшно становятся. Сами шлындают по городу, сами находят сырьё для перепродажи, сами же отправляют корабли. Мало того, ещё и аванс вытянули, так как где-то за бугром уже сговорились перехватить заказ на одно судно. Заказчик вроде не осилил платежи, вот кто-то из них подсуетился, перехватив транспортное средство которое сойдёт на воду в ближайшие месяцы.

Юрист Одиноков уже формирует офис, а кого-то из нанятых отправил в Золинген, дабы провести первичные исследования на предмет изготовления пил и прочих острых инструментов, необходимых для переработки леса в более удобные в пользовании стройматериалы. Ещё одного он запулил в Лондон, чтобы тот порылся в патентном бюро (или что у них там имеется) и регулярно, хоть и морем, присылал нам те или иные сведения. Ну и, ясен перец, помог Егору Францевичу протолкнуть документы на банк. Иван Порфирьевич, получив дополнительные «подарочные», двигает бумаги через своих знакомцев.

Пятьдесят тысяч луидоров оказывается равны полумиллиону рублей ассигнациями, так что запас капиталов у меня имеется. Ну и Строганов поблизости вертится, чтобы враз подкинуть полляма в спекуляции сырьём, коли свободное судно найдётся, а то и два сразу. Кстати, намекнул при случайной встрече, что Демидовы заинтересовались нашим подходом и готовы за солидную сумму спихнуть часть своего временно застрявшего чугуна. А то, мол, им сам император сделал заказ на листовое железо и некоторое количество нелужёной жести для каких-то экспериментов. Вот у них и нет времени заниматься чугуном.

— Павел Александрович, сейчас не до чугунины. Другое дело, что солидные объёмы могут понадобится впоследствии, а пока сало и пенька важнее.

— Я также подумал. Они всё больше придворными делами занимаются и в свете вращаются, а железо само собой идёт. Как бы совсем от дел не удалились.

— Так вроде кто-то свою долю продал, как мне помнится, и купил себе княжество в Италии, чтобы на племяннице Наполеона женится?

Граф удивился и резонно возразил.

— Денис Дмитриевич, а какие у Наполеона племянницы чтобы женихаться? Он вроде один из самых старших в семье, но по сути молод, а значит другие братья и сёстры помоложе будут.

Вот она, ловушка для попаданцев, видимо это произойдёт в будущем, когда и сам Наполеон будет императором. Иначе зачем становиться князем Демидову, коли пока сейчас корсиканец и его близкие родственники лишь граждане Франции?

— Признаю, что плохо знаю Историю. По всей верятности это произойдёт в будущем.

— А с кем из Демидовых именно? — сразу полюбопытствовал Строганов.

— Да кто же их всех упомнит, Павел Александрович, их столько было, как прямых, так и ответвлённых, — даже гыгыкнул, хотя это наверное не принято.

В общем жизнь превращается в хаотический набор ситуаций, как всегда бывает в определённый период развития бизнеса. Стартаперы обычно продумывают лишь вступительную часть, допуская ошибку класса «дальше само пойдёт». Увы, дальше, как раз-таки и начинается период становления, когда нужно устоять, невзирая на все проблемы. Да ещё и финансово это сказывается. Начинашка, посчитав что для первичной раскрутки ему нужен «миллион», даже не ищёт сразу второй, который понадобится для того, чтобы удержаться на плаву несколько месяцев. В результате доходит порой до шваха, когда он погрязает в долгах «на скорую руку» так, что вынужден продать свеженькое дело за гроши и всё равно должен останется. Небось в Перестройку таковых сотнями тысяч насчитывали, потому-то и назвали тот период «катастройкой».

Длинный день довелось закончить на ужине у Ланских (они сами пригласили через курьера).

— Денис Дмитриевич, как-то разошлись наши пути, — сразу отметил гофмаршал аки сидячий капитан Очевидность, — а у нас во дворце такое творится. Граф Пален отстранён от всего, да ещё и Петербург сегодня покинул.

— Может это к лучшему, Степан Сергеевич, уж очень он чёрная фигура в Истории.

— Абсолютно согласен с вами. Теперь ещё один кандидат на государеву немилость. Это граф Панин, которого отстранили от дипломатической деятельности. Или послом куда-нибудь отправят, или губернатором пристроят в провинцию.