Торговец будущим 2 (СИ) - "Мархуз" - Страница 17

Я безусловно рад, но вида не подаю. Мало ли как моё неприятие ещё одного цареубийцы скажется, неохота за базар в косяк въезжать. Поэтому вполне толерантно поинтересовался.

— И кто же вместо него возглавит Коллегию?

— Сводится лишь к двум кандидатурам: или князь Куракин, или граф Кочубей. Более некому, дабы в авторитете у государя был. И оба сейчас важные переговоры ведут. Один с англичанами, другой с французами. Ходят слухи, что английского посланника будут нового запрашивать. Этот, как сказывают, совсем неправильно себя ведёт и провоцирует разрыв отношений между нашими странами.

Эх, знать бы где правда зарыта, да кто мне её скажет? Иной слух твёрже алмаза будет, ибо правда обычно мягкая, как пластилин. Из неё что хочешь слепить можно, была бы фантазия и руки умелые (имею в виду, что язык, её трактующий, из нужного места растёт). Хотя лучше ничего не знать, целее буду.

— А как долго будут принимать решение о смене посланника?

— Запрос уже ушёл в Лондон, так что через пару недель узнаем что к чему.

Вот оно, начало девятнадцатого века, когда телеграфа ещё нет, по крайней мере, электрического. Отсюда вывод, что ко времени которое потребуется англичанам для принятия решения, следует добавить и тайминг в который уложится судно (рейс Петербург-Лондон плюс рейс Лондон-Петербург). Быстрее никак не получится.

— Надеюсь, что с французами никаких накладок не происходит на переговорах, Степан Сергеевич?

— Слава богу, нет. Мало того, что обе стороны вполне дружески выверяют статьи пакта и торгового договора, так ещё и Александр на днях хочет приватно встретиться с Иосифом Бонапартом.

— Наверное будут какие-то тайные договорённости, я правильно понимаю?

— Куда же без них, Денис Дмитриевич, — снисходительно улыбнулся Ланской, — без такого договоров не бывает.

Согласен, соглашение без секретных дополнений и выглядит как филькина грамота, и вряд ли долго будет валидным, обязательно какая-нибудь из сторон его нарушит. Чего-то я молюсь на этот пакт, как на панацею от будущего Великого Похода Великой Армии. Понятно, что мы победим, но как дорого (в людях и крови) это встанет.

Я ещё не знал каким боком мне эта приватная встреча встанет. Понятно лишь одно — сближение двух держав однозначно вызовет критику евростран, якобы русские монархисты-абсолютисты вступили в сговор с революционерами (по сути с дьяволом), чем предали интересы всей Европы. То, что австрийцы уже заключили мирное соглашение, никто не будет выпячивать, как и то, что англичане тоже ведут свои переговоры с Наполеоном. Мол, мы все были вынуждены, а Россия обязана. И за это нас опять не примут в дружный коллектив цивилизованных стран, как бы мы не раздвигали ноги.

Европа кончается там, где начинается Россия…

Глава 11

/ В реальной Истории 18 мая 1801 года было отменено эмбарго с британских торговых судов. Впрочем ГГ об этом не знал в силу своей малообразованности в сфере исторической науки /

В нашей истории такого почему-то не случилось пока, а впрочем никто оного и не ждал. События шли каким-то своим чередом, а я шёл за ними. С утра прибыл неожиданный гость из Венецианской Республики в сопровождении переводчика, синьор Вертуччи (или Бертуччи, я не расслышал толком).

— Ваша светлость, позвольте вручить вам приглашение в город Тревизо. Его светлость, Эрколе III Ринальдо д'Эсте, герцог Бресгау и Ортенау был бы рад если вы найдёте время навестить его…

Дальше последовало слегка сумбурное разъяснение, более-менее расставившее точки над некоторыми «i». Оказывается герцог Модены и Реджо из дома д'Эсте потерял свои фамильные земли, но по Люневильскому договору получил взамен герцогства Бресгау и Ортенау. Однако в те края не переехал, предпочтя перебраться в венецианский Тревизо. Узнав от русского императора о необычном маркизе д'Эсте о котором никогда ничего не слышал, хотел бы повидаться с ним.

— Увы, его светлость стар, ему 73 года. Поэтому он просит вас при возможности посетить его, так как вы более молоды и поездка для вас не будет столь трудна.

Я объяснил что сначала мне нужно получить разрешение и кроме того у меня куча забот по строительству промышленного городка. И сразу дошло, что такие откоряки в нынешние времена не катят. Если уж человек титулованный дворянин или таковым называется, то и крякать должен, как утка, и переваливаться соответственно. А делами ему заниматься негоже, для этого есть управляющие.

— Я должен согласовать столь дальнюю поездку и лишь потом смогу её спланировать. Как долго вы предполагаете находиться в Петербурге?

Гораздо легче, когда разбиваешь одно большое на составляющие, да и отбрыкаться от нежелательного проще становится.

— Мой синьор поручил мне дождаться вашего окончательного ответа, синьор маркиз. Я оставлю вам адрес по которому проживаю и буду ждать вашего ответа столько сколько вам понадобится.

Ну что же по крайней мере у меня есть цель, которой могу достигнуть. Император мне откажет в выезде за границу и не нужно будет отвлекаться на всякую малопонятную фигню. Дело в том, что породниться с Эрколе Третьим всё равно не получится, как и оттяпать хоть что-нибудь от него в наследство. Представитель в общих чертах рассказал о герцоге у которого есть сын от морганистического брака, правда тот помер в 1795 году. Зато живёт и здравствует дочь Мария Беатриче, наследница сразу четырёх герцогств. Она замужем за эрцгерцогом Фердинандом, сыном австрийского императора Франца Первого.

Прикольно, но все её наследные герцогства сейчас находятся вообще в составе некоей Второй Цизальпинской республики, которую в данный период курирует Наполеон. Тягаться же с австрийским императором и Францией у меня нет никакого желания. Проще у израильтян отобрать ту часть обратной стороны Луны, которую они объявили своей.

После того, как итальянец убыл к себе, ко мне на доклад о вчерашнем подошли мои «макаровцы».

— Ваше сиятельство, мы выяснили место, где второй топтун встречался с контрагентом, — идут мои выражения в народ, — правда там мы встретили своих с которыми раньше служили вместе.

Оказывается неофициальные люди Макарова тоже вычислили адрес, но уже по своим наводкам. И быть бы возможмой стычке, если бы они друг друга не знали в лицо.

— Я понял, мне нужно будет встретиться с Александром Семёновичем, чтобы согласовать план совместных действий. А что там с первым топтуном, которого в плен брали? Он куда привёл и с кем встречается?

— Он пока из дому от страха не показывается и никто к нему в гости не захаживал. Так что определить Джона, который масон, не удалось пока.

— Ладно, не будем торопить события, никуда они от нас не денутся, так как всё равно все нити приведут в английскую дипломатическую миссию. Вполне возможно, что и масоны тоже завязаны на барона Сент-Хеленса. Или наоборот он на них работает.

Понедельник — день специфический и я его не люблю. Всё движется вокруг да около и нет чего-нибудь толкового, чтобы не впустую был день прожит. Разве что пришло приглашение к Ланским на ужин, но я ещё даже не обедал.

Зато обедали в Зимнем, хотя и не там где положено. Члены Негласного комитета решили прерваться, дабы вкусить пищу и не помереть с голоду. И делали это в своём любимом потайном кабинете.

— Господа, что мы будем делать с князем Чарторыжским? — задал вопрос царь, которого уже забодала неопределённость.

С бывшим лучшим другом явно следовало поступить так как он того заслуживает, но чтобы не мог навредить при случае.

— А что если отправить Адама в Вену или Берлин, — предложил Кочубей, — пусть рассказывает немцам о свободе для поляков и дружбе с англичанами.

— Интересное предложение, я пожалуй обдумаю его. Хотел вернуть в Сардинию, но опасаюсь что сбежит в Париж и тогда с бывшими варшавскими друзьями чего-нибудь организует.

— Ваше величество, так в Париже идёт переход от революционности к монархии, пусть и в новой ипостаси, — отметил Строганов, — как бы польские революционеры не прозевали момент и их не арестовали за революционную деятельность.