Не продавайся 2 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 7

— Ты смелый, Дёмин. Я думал, не выйдешь.

— А я думал, ты сам придёшь говорить, — ответил я. — А не приведёшь с собой полрынка.

— Это ещё не полрынка, — хмыкнул Жила.

Тот, что с трубой, чуть переступил с ноги на ногу.

— Слышь, хорош ломать комедию. Тебя сюда не шутки шутить звали. Слушай сюда, ты в последнее время слишком резко начал мелькать. Там, где тебя не спрашивали. И не с теми людьми, с кем тебе бы стоило.

— Это ты сейчас про кого? — я медленно перевёл взгляд на пацана.

Жила, и так возбуждённый, начал зло шипеть:

— Ты не путай, слышь⁈ Ты влез не в своё.

Я ничего не ответил. Пусть раскроются. Жила сплюнул в сторону и продолжил увереннее, потому что молчание всегда кажется таким людям уступкой.

— Ты тут, я смотрю, резво побежал. Людей трогаешь, рамсы двигаешь, по рынку шныряешь, в чужие дела нос суёшь. А потом удивляешься, что тебя позвали сюда.

Жила начал расходиться.

— Я тебе сразу пояснил, что далеко не уедешь. В детдоме можешь хоть царя из себя строить. Здесь не детдом.

— А что здесь? — спокойно спросил я.

Жила на секунду сбился, но быстро продолжил.

— Здесь место, где за косяки платят. А ты косяков наделал уже на хороший счёт.

Базар пошёл по делу. Я молча ждал. Жила даже палец загнул, будто вёл бухгалтерию.

— Первое. Руки в крысу распустил толпой! Второе. В рынок полез! Третье. Детдомовских своих распустил так, будто вам теперь всё можно. Четвёртое. Из-за тебя люди время потеряли, суету подняли и нормальный расклад поломался.

Пацан с цепью усмехнулся:

— Короче, ты сейчас либо понимаешь, что попутал, либо мы тебе по-простому объясним, сколько это стоит.

— И сколько же? — я перевёл на него взгляд.

Жила назвал сумму. Типичный заход: зарядить такие бабки, которых у тебя по определению нет, а потом уже из этого долга лепить всё, что удобно — беготню, унижение, вину навсегда. Он криво усмехнулся, явно довольный, что разговор наконец пошёл по старой знакомой колее.

— Это только за начало. А там, если по уму считать, у тебя и побольше набежит, и на счётчик я тебя поставлю!

— За что такие бабки-то, пацаны?

— В смысле?

— В прямом. За что конкретно бабки?

С цепью хмыкнул, будто я туплю специально.

— Тебе только что объяснили.

— Нет, — сказал я. — Мне только что перечислили, что вам не понравилось. Это не одно и то же.

— Ты умного не включай, слышь!

— А я и не включаю. Я интересуюсь, за что должен вам платить. За то, что Жила полез туда, куда его не звали? У меня, так-то, и у моих пацанов вокруг ситуации свой расклад был.

Слева кто-то тихо цыкнул. Жила тотчас вскинулся.

— Ты базар-то фильтруй.

— А ты слова подбирай, когда в счёт лезешь, — ответил я. — Ты сейчас на что бабки вешаешь? Это ты ко мне пришёл, а не наоборот. Или ты пацанам ситуацию до конца не обозначил?

Жила вздрогнул, я заметил, как на него начали коситься его же пацаны. Думаю, что ситуацию он им действительно не рассказывал в таком виде, в каком она была на самом деле. Он тотчас понял, куда я веду, и подался ближе.

— Ты, по ходу, не понял, с кем базаришь.

— Нет, это ты не понял, с кем говоришь, — сказал я. — Ты пришёл мне предъявлять. Так предъявляй по-людски. Сначала пацанам объясни, вокруг чего рамс пошёл.

Цепной перестал качать железкой — держал её в руке и смотрел внимательнее. Здесь и была слабая точка их захода. По факту они лепили «долг» с потолка. И только сейчас до босяков начало доходить, что суть предъявы они, походу, не знают до конца.

Жилу это не могло устраивать.

— Слышь, ты меня толпой прессанул, — начал заводиться он.

— Так было за что?

У Жилы аж глаз дёрнулся.

— Слышь…

Я видел, что ему надо срочно меня заткнуть, но прежде, чем он сорвётся, я продолжил:

— Нет, это ты слышь, — перебил я. — Ты пацанам пояснил расклад? Что ты ко мне в детдом своих послал, что мелкого у меня избили? Или, по-твоему, я глаза на это закрою⁈

Я специально давал информацию дозированно. Шёл ли я на риск? Да, если бы сказал основную причину разлада — волка, лежавшего в сарае в детдоме. Но я понимал, что Жиле качать в эту сторону тоже не с руки.

— Ты вообще попутал! — рявкнул Жила. — Ты кто такой, чё ты моросишь? Последний раз по-хорошему говорю! Либо признаёшь, что попутал, и встаёшь на счёт, либо дальше уже без разговоров!

— Тогда давай последний раз по-хорошему, — ответил я. — Вы сейчас разворачиваетесь, а Жила включает башку и до вас ситуацию доносит как она есть, а не как хочется.

Я не договаривал сознательно. Такая туманность оставляла отличный оперативный простор и нагоняла жути.

— А там вы уже сами решите — стоит в такую тему впрягаться, на которую вас Жила повёл. И стоит ли это того, чтобы потом проблемы разгребать.

— Жила, чё он говорит? Слышь, поясни? — последовали вопросы из толпы.

— Да он херню несёт… я ж сказал, что он меня толпой в крысу мочканул, пацаны…

Я понимал, что аргументов у него нет. Сейчас ему надо либо вскрываться, либо срывать базар. Моя тактика начала работать верно. Из-за того, что я пришёл на пустырь один, базар в принципе стал возможен, и только из-за этого драка не началась сразу. А именно на это — на мгновенную драку — Жила и рассчитывал.

И вот теперь, когда базар свернул не туда, Жила занервничал — по сути, у него остался один-единственный вариант. Развязать драку прямо сейчас.

Сдавать назад он уже не мог. Слишком много глаз вокруг.

Жила тотчас рванул на меня, пытаясь пробить нежданчик. Я ждал именно этого.

Я шагнул навстречу раньше, чем Жила успел закончить свой разгон, подбил его руку снизу и сразу врезал кулаком в подбородок. Голова у Жилы дёрнулась, он сбился, и я тут же добавил коленом, укладывая его на землю.

Жила рассчитал верно. Сейчас, когда началась драка, никто бы уже не стал выяснять никаких первопричин.

— Ты чё, сука⁈

Пацан с цепью рванул почти одновременно. Я успел увидеть, как железо блеснуло в сером свете, и сместился ровно настолько, чтобы цепь прошла мимо, только чиркнув воздух у груди. Не давая ему второго замаха, я ударил ногой ему в колено. Он матюкнулся, качнулся, и в этот момент слева уже летел пацан с трубой. Остальные тоже не собирались долго думать — вся толпа рванула на меня, как стая разъярённых собак.

Я не собирался размазывать сцену в махач на полпустыря, вставать «по-честному», мериться с ними хоть чем-то и доказывать, кто жёстче.

Это была бы их игра. А мне надо было сломать именно темп. Поэтому всё должно было случиться быстро. Настолько быстро, чтобы даже свои не успели толком вдохнуть.

О том, что случилось дальше, я даже своих не предупреждал…

От автора:

Теплое ламповое ежедневное чтиво про жизнь попаданца в нашем мире. Читайте: https://author.today/reader/509103/

Глава 4

Я не стоял там, где они рассчитывали меня зажать. Сразу попятился вбок, на короткую и неудобную для них дистанцию, чтобы они не успели снова сложиться полукругом и навалиться разом, а краем глаза уже ловил момент.

Они ещё думали, что всё идёт по их сценарию, где толпа всегда сильнее одного. Именно поэтому, когда с двух сторон от пустыря в них одновременно полетели две заранее приготовленные дымовухи, у них на полсекунды просто выключилась картинка. Одна шарахнулась о землю возле Жилы, вторая — ближе к цепному, с сухим хлопком и густым, едким выхлопом.

Дым пополз быстро, низко, по пыли и щебню, сразу съедая ноги, ломая обзор и превращая их красивую кучность в кашляющую, матерящуюся свалку.

— Чё за херня⁈ — рявкнул кто-то из рыночных, отскакивая назад.

— В стороны! В стороны! — крикнул другой.

Жила дёрнулся влево, цепной — вправо, пацан с трубой вообще шарахнулся назад, и ровно в этот момент с края пустыря ударили фары. Свет резанул сквозь дым, выхватил из него спины, локти, вытаращенные глаза и злые кашляющие рожи, а я уже вытащил ствол, который забрал у татарина на рынке.