"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 803

По его выражению было сложно понять, как Андрей воспринял мои слова. Зато Петухов откровенно смутился.

– Теперь такие частые промывания не требуются, поэтому мои визиты сократим до раза в два-три дня. А вы, Катерина Павловна, смазывайте «дикое мясо» несолёным салом или барсучим жиром. Впрочем, я сам узнаю, что у нас есть, и приготовлю мазь.

Он откланялся и поспешил удалиться.

Я собиралась извиниться перед Андреем за свою резкость. Однако не успела.

– Не смей говорить со мной в таком тоне, – пригрозил он.

Не будь Лисовский так слаб, что не мог даже приподняться, оставаясь распростёртым на подушках, я бы вспылила. Но ругаться с беспомощным человеком, который полностью от меня зависит, это низко.

– Как прикажете, господин ротмистр, – я всё же не удержалась от язвительности.

Зато старалась сдерживать резкие движения, поправляя подушки и помогая мужу принять более удобное положение для завтрака.

Лисовский ничего не ответил. Только смотрел на меня. Пристально. Нечитаемым взглядом.

Мне стало неуютно. Я собрала бинты, бросила в таз и унесла в ванную. Там подошла к окну и уткнулась лбом в холодное стекло, унимая всколыхнувшиеся чувства.

Вот это я попала. Не зря Беззаботы показались мне ловушкой, только не той, что я думала. От Лисовского теперь никуда не деться. Он нужен мне, чтобы разобраться с моим финансовым положением, чтобы отстроить Васильевское.

И чтобы оставаться матерью Маши.

Из комнаты донеслись голоса. Значит, Машка с Василисой пришли. Я плеснула холодной водой в лицо, промокнула полотенцем и вышла из ванной.

Вася составляла с подноса тарелки. Увидев меня, она поклонилась и собралась уходить.

– Василиса, – решение пришло мгновенно, – пожалуйста, покорми Андрея Викторовича.

Удивление длилось секунду, затем Вася снова поклонилась и взяла тарелку.

– Маш, ты хочешь позавтракать с папой?

– Да! – обрадовалась малявка, уже забравшаяся на кровать и сидевшая рядом с Лисовским.

– Вась, разберёшься?

– Да, Катерина Павловна.

– Мне с тобой очень повезло, – улыбнулась я и вышла из комнаты, провожаемая взглядом Андрея, который чувствовала, даже не оборачиваясь.

Решение пришло внезапно, но виделось самым логичным в этой ситуации. Я даже удивлялась, почему не догадалась раньше.

В столовой меня не ждали. Однако Степан, повинуясь знаку хозяйки, сразу принёс стул.

– Доброго утра, – улыбнулась я сразу всем.

Уйдя от Лисовского, почувствовала, будто скинула камень с плеч.

– Мы рады, что вы выбрались к нам, Катерина Павловна, – благосклонно кивнула мне Гедеонова. – Как здоровье вашего супруга?

– Благодарю вас, Надежда Фёдоровна, гораздо лучше. Даже Мирон Потапович это отметил, – я повернулась к Петухову, желая перевести разговор и насладиться едой.

– Так и есть, Андрей Викторович идёт на поправку. Это всё благодаря внимательной заботе супруги, – лекарь тоже хотел поесть и вернул мне подачу.

– Александр Владимирович, как ваши выходы в деревню? Продолжаются? – надеюсь, молодой врач не подведёт. Он увлечён своей работой и любит о ней говорить.

Он не подвёл.

– Мы теперь ходим регулярно. Пациентов стало чуть меньше. Многие уже выздоровели. Зато начали приходить из дальних деревень. Слух далеко разнёсся, – он сделал паузу, отпивая кваса, а затем продолжил: – Как раз завтра снова идём. Не желаете к нам присоединиться, Катерина Павловна? Нам вас очень не хватало.

– С радостью присоединюсь, – улыбнулась я, испытывая ни с чем не сравнимое чувство лёгкости.

Знаю, что это недопустимо. Что замужняя женщина не должна работать. Однако сейчас мне было глубоко плевать на все эти правила приличного общества. И если Лисовского не устраивает такая жена, что ж, я ему сочувствую. Нечего было жениться, мог бы просто назначить опекуном Машки.

После завтрака я подошла к Надежде Фёдоровне и попросила о помощи.

– Моему супругу лучше, он уже не нуждается в моём постоянном присутствии. Вы не могли бы предоставить слугу для ухода за ним? Кого-то покрепче и порасторопнее.

Я надеялась, что она не откажет. Нагружать Васю не хотелось, ей тяжело с ним возиться. К тому же Лисовский её пугает.

– А я всё ждала, когда вы придёте с этой просьбой, – Гедеонова снисходительно улыбнулась и вдруг добавила: – Однако думала, что это случится намного раньше. Вы очень стойкая женщина, Катерина Павловна.

– Благодарю вас, – комплимент от хозяйки Беззабот? Какие ещё сюрпризы ждут меня сегодня? Надеюсь, они будут приятными.

– Не беспокойтесь, я велю Агате подобрать слугу для вашего мужа. Вам следовало обратиться ко мне с самого начала. Ухаживать за господином Лисовским должен кто-то покрепче вас.

– Я об этом не думала, слишком боялась, что он умрёт, – раз уж у нас выдалась откровенная беседа, можно и признаться.

– Ну и как? Супруг оценил вашу заботу? – поинтересовалась она.

– А вы очень проницательная женщина, Надежда Фёдоровна, – я вернула ей комплимент.

– Всем нам сложно быть объективными, когда дело касается нас и наших близких. Со стороны всегда виднее, слышали такую поговорку?

– Слышала, – я хмыкнула, вспоминая, как Гедеонова хлопочет вокруг своего сына.

Николеньку оберегают от всего, что может ему навредить. Только в одном случае Надежда Фёдоровна не остановила его – когда Лисовский вызвал на дуэль. Ведь это долг чести. А здесь только я не понимаю его ценности и считаю глупостью, когда два взрослых мужика палят друг в друга из-за пары слов.

Ну подеритесь, если уж вам так приспичило. Разбейте носы или выбейте зубы. Без стоматологов их потеря будет безвозвратной и очень неприятной, но человек останется жив. Пусть больше и не сможет очаровывать девушек красивой улыбкой.

– Позвольте дать вам совет, Катерина Павловна?

– С удовольствием выслушаю, – когда Гедеонова не защищала своего Николеньку, как мама-медведица, она оказалась вполне вменяемым человеком.

– Мужчины не ценят то, что достаётся им без усилий. Завоевание заложено в их природе. Тем они отличаются от нас. А наша задача – блистать и манить, вдохновляя на подвиги.

Надежда Фёдоровна озвучила мои собственные мысли. И укрепила моё намерение возводить границы.

Я ведь совсем потеряла себя. Превратилась в сиделку, прислугу для больного мужа. Когда я в последний раз расслаблялась? Выходила на прогулку без цели? Нежилась в ванне? Да я сплю на неудобной кушетке, укрываясь пледом.

У меня словно раскрылись глаза. Прежде я всё делала неправильно и сейчас была полна желанием это изменить.

– Благодарю, Надежда Фёдоровна, и за помощь, и за совет. Я его услышала, уверяю вас.

– Вот и ладненько, – кивнула Гедеонова, тоже подхватившая это словечко.

Я нашла Петухова, ещё не успевшего уйти из дома.

– Мирон Потапович, уделите мне минутку, пожалуйста. Это касается моего супруга.

– Что с ним? – доктор напрягся.

– Нет-нет, всё хорошо, как и было. Я попросила Надежду Фёдоровну выделить слугу для ухода за Андреем. Вы не могли бы его проконсультировать?

Выслушав меня, Петухов одобрительно кивнул. Похоже, в этом доме только я не понимала, что не должна сама выполнять работу прислуги.

– Я как раз хотел говорить с вами о смене питания Андрея Викторовича и необходимости массажа. Но со слугой будет даже лучше. Вы себя совсем не жалели всё это время.

– Спасибо, Мирон Потапович, – я улыбнулась.

Стоит только принять решение, как всё вокруг начинает подтверждать его правильность.

Первым делом я отправилась в Машкину комнату. Она оказалась чуть меньше моей, зато обставлена специально для ребёнка и в приятных тонах. Кровать достаточно большая, чтобы поместиться на ней вдвоём. Общежитская была куда как уже, но мы с Марусей прекрасно высыпались.

Решено! Я сегодня же переезжаю.

Возвращаться к Лисовскому не пришлось. Вскоре появилась Василиса.

– Катерина Павловна? – удивилась она.

Прежде я почти не заходила, разве что ненадолго или позвать Машу.