Сорок третий 4 (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 26

Он закрыл глаза ладонью, потом убрал руку и посмотрел на Гарлу.

— А ты, стало быть, всё это оформляла?

— В рабочем порядке, господин граф.

— Боги. Меня окружают страшные женщины.

— Ну хоть сейчас заметил, — сухо сказала Альда.

Он сел, подумал, и повернулся к Альде, справедливо считая её зачинщиком всего.

— Зачем?

— Потому что я тебя люблю. Потому что не могу быть рядом всегда. Моё рабочее место в столице, а твоё везде где стреляют, и Марсана в этом смысле очень редкое место для военных действий. А ещё потому что вокруг тебя будут работать — через светских блядей, слухи, слабость и усталость. И я не хочу однажды узнать, что рядом с тобой окажется очень красивая дрянь с прописанной кем-то задачей. А если с тобой всё равно должна быть женщина, я предпочту, чтобы это была Лиара.

Лиара тоже не стала врать.

— Потому что ты мне нужен. Потому что я уже здесь — в твоём доме, в твоих днях, в твоей работе, в твоих ночах. Делать вид, будто всё это случайность, уже смешно. И ещё потому, что после разговора с Альдой я поняла, что если сейчас сбегу, то всю жизнь буду ненавидеть себя за трусость.

Ардор встал, подошёл к окну, постоял спиной к ним и спросил.

— Альда. Тебе это больно?

— Да, — сказала она. — Очень.

— Тогда зачем ты, чёрт возьми, делаешь это?

— Потому что ещё больнее будет потерять тебя по глупости. Ты живой, Ардор. И я люблю тебя живого. Не витринного. И то, что я предлагаю, это часть нашей будущей крепости.

Потом он спросил то же самое у Лиары.

— Больно. И унизительно. И страшно. Но, к сожалению, для приличий, я люблю тебя сильнее, чем правила хорошего тона.

Он хмыкнул.

— Вот это уже похоже на мой любимый тип правды. Отвратительный на вид, но крепкий. — И вот теперь, — когда обе выложили мне сердце на стол, а я в ответ вынужден признать, что люблю вас обеих, мы подходим к главному. Если мы на это идём то идём честно. Втроём. Без лжи, без игр и без права потом делать вид, будто кто-то ничего не знал.

— Хорошо.

— Не хорошо, — возразил Ардор. — Тяжело. Но правильно.

— И что теперь? — спросила Лиара.

— Теперь мы не делаем из этого тайный цирк, но и не бежим с трубами на площадь. Сначала — дом. Порядок. Бумаги. Границы. Потом уже всё остальное.

Потом он посмотрел на неё и добавил:

— И теперь ты перестанешь смотреть на меня так, будто я вот-вот исчезну, как только за Альдой закроется дверь.

Лиара вспыхнула.

— Я так не смотрю.

— Врёшь.

Альда тихо спросила:

— А мне что теперь делать?

Он подошёл к ней, взял за руку.

— Для начала перестать держать лицо так, будто тебя сейчас поведут на расстрел с оркестром. Потом — поесть. Потом — отдохнуть. Потому что сегодня ты сделала больше, чем я вообще вправе был от тебя ждать.

Вот тут Альда дрогнула по-настоящему.

— Я боялась, что ты меня возненавидишь.

— Я сейчас, скорее, восхищён до лёгкого ужаса. Это совсем не одно и то же.

Гарла, решив, что мир всё же нуждается в возвращении к делам, негромко заметила:

— Раз уж все основные боевые действия на сегодня временно завершены, позволю себе напомнить, что у нас ещё есть чистовой пакет по Канралу, распоряжения по дому и три человека в коридоре, сгорающие от любопытства, но пока делающие вид, что воспитаны.

Ардор посмотрел на неё через плечо.

— Гарла.

— Да, господин граф?

— Ты невозможна.

— Зато незаменима.

Лиара, окончательно приходя в себя, спросила:

— Кто именно будет сообщать в доме, что я теперь не просто секретарь?

Ардор на секунду задумался.

— Думаю, дом уже сам всё понял, но для формальности скажу я.

— Великолепно. Значит, мне ещё предстоит пережить взгляд старшего дворецкого.

— С этого момента его взгляд будет отличаться повышенной почтительностью.

И тут засмеялись уже все.

Он посмотрел на них обеих — Альду и Лиару — и понял, что впереди их ждёт ещё много сложностей, ревности, боли, смешных ссор и неудобных объяснений.

Но это будет их собственный порядок, не навязанный никем, а принятый ими.

— Так, — сказал он наконец уже почти деловым тоном. — Сейчас обед. Потом бумаги. Потом вы обе отдыхаете. Гарла — тоже. А вечером я хочу поговорить с каждой отдельно.

— Со мной первой, — тут же сказала Альда.

— Почему это? — вскинулась Лиара.

— Потому что я прилетела устраивать тебе жизнь и имею моральное право на приоритет.

Лиара набрала воздух, но неожиданно улыбнулась.

— Ладно старшая. Он твой.

Глава 10

Альда пришла к нему поздно, когда весь день уже закончился. Бумаги подписаны, люди устроены на этаже, где жил Ардор, благо что оставались свободными квартиры для съёма, лишние свидетели разогнаны по делам и щелям, и усталость наконец сморила всю команду.

Ардор успел только сбросить китель и налить себе солго, когда в дверь постучали.

— Входи.

Она вошла одетая во что-то очень воздушное и текучее одновременно при этом собранная и напряжённая словно на экзамене, ожидая всего что угодно, после всего, что сама же сегодня и устроила.

Несколько секунд они молчали.

— Ты злишься на меня? — спросила она наконец.

— Нет.

— Совсем?

— Не злюсь, нет. Я скорее привыкаю к мысли, что меня окружают женщины, способные за двое суток пересобрать мою личную жизнь и оформить это в такую странную конструкцию, что берёт оторопь.

Она коротко усмехнулась.

— У меня не было выхода, Ардор.

— Я знаю.

— Нет. Ты понимаешь это головой. А я говорю про ту необходимость, где одновременно хочется и залезть к тебе под крыло, и спрятать от всего мира. И всё равно я сделала бы то же самое ещё раз. Потому что альтернативы просто нет.

Он подошёл ближе, и Альда опустила взгляд.

— Я не хочу, чтобы ты принимал это как жертву.

— И не принимаю. — Он взял её за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Я принимаю это как решение сильной женщины, которая видит мир таким, какой он есть. И именно за это я тебя люблю.

Она закрыла глаза на секунду, потянулась вверх словно цветок, втягивая в себя его запах, коснулась губами его губ и замерла, не дыша наслаждаясь близостью и оторвавшись через несколько минут тихо спросила:

— Ты не жалеешь?

— Нет. — Ардор усмехнулся. — У жизни весьма сложное чувство юмора и, если мы не смеёмся — это наши проблемы.

Он приобнял её, сначала легко, затем более крепко, и склонив голову коснулся её губ.

Прощались все в растрёпанных чувствах, а Альда ещё и в помятом состоянии, так как сама не спала и не дала ни секунды отдыха Ардору, навёрстывая разницу между тем что представляла себе в воображении и реальностью.

Утром на площадке уже стоял её воздухолёт, Гарла держала в руках папки, юристы торчали поодаль с прилично-слепым видом. Альда подошла к Ардору первой, жарко поцеловала его, и с трудом оторвавшись повернулась к Лиаре.

— Береги нашего мужа.

Та лишь молча коротко кивнула, Альда коротко кивнула в ответ, ещё раз посмотрела на них обоих и сказала:

— И ты береги её.

Потом резко повернувшись взбежала по трапу, и через десять минут туша воздухолёта уже таяла в небе.

Лиара стояла рядом молча, пока он не повернулся.

— Господин граф, — сказала она, наконец совладав с комом в горле. — У вас через сорок минут связь со штабом бригады и доклад по укомплектованию батальона.

Он кивнул.

— Спасибо, малышка.

И они пошли обратно.

Мысли о сложившейся ситуации настигли его уже позже, когда на стол лёг официальный приказ, доставленный курьером.

Батальон выдвигался на боевую службу в Серединные Пустоши, пункт постоянной дислокации — крепость «Талинвал» — залуженный ветеран пограничных войн.

И лишь тогда, когда карта района уже лежала перед ним, когда в голове начали щёлкать маршруты, сроки, снабжение и развёртывание, в полный рост встала другая мысль.