Потерявший солнце. Том 3 - "FebruaryKr" - Страница 3

Из-за осторожно приоткрытой двери повеяло холодом.

Принцесса стояла на коленях, прямая и строгая. Волосы ее были заплетены в тугие косы и короной уложены вокруг головы, и ни единый камень или жемчужина не оскорбляли их гладкой темноты. Строгое синее платье казалось ученическим, придавая ей вид покорный и бледный.

Тонкая струйка сквозняка заставила огни свечей трепетать.

– Войди и закрой дверь, – нетерпеливо приказал Юкай откуда-то из глубины комнаты. Голос его прозвучал глухо и раздраженно.

Кот опустил уши и проскользнул внутрь. Поймав заинтересованный взгляд одного из охранников, мальчишка с невинным видом показал ему язык и захлопнул дверь.

– Я отвечу так, как посчитаю нужным, – продолжил Юкай и проводил взглядом взъерошенного Кота.

Мальчишка мигом осмотрел всю комнату, сморщился при виде Фэн Жулань и забился в большое кресло, блестящими глазами наблюдая за происходящим.

Принцесса склонила голову.

– Я должна была предупредить, – просто ответила она. – Не знаю, хватит ли у вас сил справиться с мощью моего отца, но я готова помочь вам и провести к Сибаю. Границу врагам не пересечь, однако корабль с наследницей пройдет без помех. Если справитесь с Волной и сумеете ее отразить, я помогу вам уничтожить отца и того монстра, которого он мнит богом. Пока хоть один из них жив, покоя вам не будет – обид не спустят ни один ни другой. Это и было моей целью с самого начала, однако я не имею возможности собрать войско или отдать приказ. Кровная клятва не даст мне напрямую навредить правителю, но она не помешает мне встать за вашей спиной.

– Сказки о богах? Я чуял пару богов в степях, но они не показались мне серьезными противниками. Мощь вашего отца существует на самом деле – или только в ваших фантазиях?

– Мне незачем врать, – отрезала Фэн Жулань. – Ничего не знаю о других богах, но монстр, обитающий в наших пещерах, никогда не чурался крови. Его сил хватает, чтобы отрезать Сибай от всего мира, а каждого жителя сдерживать клятвой. Я не знаю пределов его мощи.

– Переворот моими руками? – Юкай подошел ближе.

Невзирая на поздний час, он был полностью одет, и даже истрепанный доспех занял свое место. Волнистые, коротко обрезанные пряди завивались сильнее, едва касаясь плеч.

– Не переворот. – Фэн Жулань подняла голову, снизу вверх глядя на императора. В глазах ее плескалось спокойствие, одним коротким шагом отделенное от безумия. – Уничтожение. Уничтожение ради свободы. В награду вы получите покой, море и острова, а то и благодарный народ в придачу – разве этого мало? Я не стану ни на что претендовать, я просто хочу увидеть их крах своими глазами.

– Вы казались мне женщиной, которая выживет вопреки всему. Что изменилось? – В глазах Юкая медленно разгоралось серебристое пламя.

Заметив смутные тени, мелькающие вокруг высокой фигуры императора, Кот свалился с кресла и перебежал ближе, бесшумно фырча на шарахнувшихся призраков. Плечи Юкая немного расслабились, а лицо стало спокойнее. Не глядя, он протянул руку в сторону и опустил ладонь на пушистую макушку между ушей.

Туманная фигура призрака зло оскалилась, блеснув серебром глаз, но не исчезла; Кот показал ей средний палец и испуганно замер под тяжелым взглядом.

– Что это означает? – спросил Юкай, приподняв бровь. Отвернувшись от Фэн Жулань, он словно позабыл о ее присутствии.

– Это… крайнее неуважение, – путано объяснил Кот. Хвост его неспокойно задергался из стороны в сторону. – Хотите, научу? Будете врагам показывать.

– Вам ли не знать, куда исчезает желание жить, – сумрачно отозвалась Фэн Жулань. Она с недоумением наблюдала за поведением Кота, но не посмела сказать ничего лишнего. – Вам ли не знать… Однако свою жизнь я тоже надеюсь выкупить.

– Зря, – равнодушно отозвался Юкай и почесал указательным пальцем основание серебристого уха.

Кот блаженно зажмурился.

Принцесса неопределенно улыбнулась.

– Поверьте, за эту информацию вы согласитесь на все. – На щеках ее появились ямочки, а в глазах зажегся лукавый огонек. – Принесите мне клятву на мече, а я принесу свою. Я знаю, как карают орудия. Вы отпустите меня и брата и не будете преследовать, а я открою вам правду. Обнажите свое оружие, господин. Оно уже давно не проливало кровь. Вы чуете его голод?

Юкай секунду рассматривал хрупкую фигуру девушки.

– Пока ваша жизнь не стоит ничего, – лениво произнес он. Темный меч покинул ножны, и тихий гул прошелся по комнате, вызывая невольную дрожь. – Каким способом вы пытаетесь сделать ее ценнее?

Зрачки принцессы расширились. Она безотрывно смотрела на острие меча, ощущая поднимающийся из глубин души ужас. Пальцы ее повлажнели, но она резким движением вытерла их о подол и положила ладонь на лезвие.

– Я клянусь, что больше не совру вам ни единым словом. – Голос девушки сорвался, и она с трудом вернула себе самообладание. – Я проведу вас на Сибай, и вы должны будете победить и лишить жизни моего отца и бога, прячущегося в пещерах центрального острова. После этого я расскажу вам, что случилось с вашим наставником. Сообщу, как он выжил и где его найти. Я могу показать вам на карте то место, где он живет до сих пор. Он уверен, что вы мертвы, – и представить не могу его страдания. Вы готовы обменять свою клятву на такую цену, император?

Алая капля из порезанной ладони скользнула по темному металлу и впиталась внутрь; само же лезвие медленно опустилось к полу и тихо звякнуло, оставив на плите глубокую зарубку.

– Если вы попытаетесь силой вытянуть из меня информацию, то ни слова не услышите. Никакие пытки не заставят меня заговорить. Я боюсь боли и умру сразу, а вы останетесь в незнании. – Фэн Жулань спокойно смотрела на окаменевшую фигуру императора. – Жизнь вашего наставника – моя последняя надежда, мой отравленный клинок. Вы принимаете цену, господин?

Глава 2

Низкорослая, пегой масти лошадка косила испуганным глазом и нервно всхрапывала, пытаясь увернуться от узкой ладони.

Звери вечно чуяли в Мастере родство и вместе с тем опасность. Тело его казалось человеческим, но запах заводил животных в тупик: для них он был таким же зверем, только в неподходящей оболочке.

Благо, хоть люди ничего странного не ощущали и проблем не доставляли. Смирно соглашались на все: хоть деньги свои отдать, хоть жизнью пожертвовать, хоть разваливающуюся прибрежную посудину отправить сквозь шторма к далекому северному берегу. Всего-то и расплаты, что слабость да алая капе́ль под носом.

Мастер только скривился и сильнее сжал бока лошади. Ветер пробрался под слишком легкие одежды и ледяными пальцами касался кожи, выдавливая остатки тепла. Лицо и руки казались чужими.

Дорогу наверх замело. Ни одного отпечатка не пятнало ровной, искрящейся белизны свежевыпавшего снега.

Ши Мин не беспомощный мальчик и не юная дева. Он спасался из разных ловушек и ускользал от опасности множество раз, несмотря на раны; выберется и сейчас. А если не сможет, значит, так распорядилась судьба.

Метку опалило жаром. Нарастающий приступ боли скрутил все тело, выворачивая суставы наизнанку. Скорчившись и опустив голову на грудь, Мастер тихо зашипел. Крупные капли пота скатывались по его лицу и замерзшими в полете бусинами падали на снег, окутанные едва заметным паром.

Испуганная лошадь дернулась и попыталась скинуть своего странного наездника.

Тот выпрямился и прикусил губу. Даже перед никчемным животным нельзя показывать слабости, а уж перед людьми и подавно.

Что-то огромное происходило с миром, меняло местами восток и запад, кровавым пятном растекалось в небесах. Непостижимое, таящее в себе погибель и заставляющее не бояться смерти, а идти ей навстречу; что-то, названия чему Мастер не знал и не хотел знать.