Скрипка. Я не буду второй (СИ) - Хеппи Катя - Страница 27

— Что? — гневно отпихиваю руку парня, который явно оказался не готов к моему сопротивлению. — Хочешь прокатиться? Без проблем! До кабинета лучшего уролога Москвы, который снимет болевой синдром и даст тебе рекомендации по лечению ушибленной области.

Не знаю, то ли этот дом, то ли эти пафосные гости заставили меня вспомнить наставления мамы о правилах общения в высшем обществе. Но не вспомни я их, и этот fool уже лежал бы на полу, держась за яйца.

— А знаешь, оказывается, в тебе есть что-то, — откровенно ржёт урод. — Не зря, Белов загнул за тебя такую высокую цену.

— Я не продаюсь…

— А я реально задумываюсь над тем, чтобы подойти к твоему отцу и остановить аукцион. Цену только собью немного и изменю условия. Прости, но не дотягиваешь ты до идеальной жены, так развлечение на несколько ночей.

Мне приходится опереться рукой о стену, чтобы удержать равновесие. Но испепеляющих глаза отца, которые следят за каждым моим движением, становится достаточно, чтобы восстановить душевные силы и осознать причину моего присутствия здесь.

— Ты решил продать меня? — кричу, игнорируя то, что глаза отца наливаются кровью.

— Удачно выдать замуж, — басит, глядя куда-то вбок. Скорее всего, на моего недавнего собеседника. Согласно кивает и уже более ровно добавляет: — Я выполняю свои родительские обязанности, Анна. И ты послушно…

— Я больше не буду послушной… — чеканю, резко разворачиваясь, чтобы покинуть место, которое за время моего отсутствия здесь, превратилось к змеиное гнездо. Гадкое, скользкое и опасное.

Дергаю ручку входной двери, намереваясь уже самолично исчезнуть из жизни Игоря Александровича Белова.

Сегодня я оценила свою ценность для отца.

— Не любит…

А значит, не имеет смысла гнаться за любовью. Значит, можно больше не быть удобной и послушной. Наконец-то, можно стать действительно той, кого так сильно ненавидят.

— Анют, мне приказано не выпускать тебя до конца мероприятия. Прости… — друг преграждает дорогу своей широкой грудью.

— Сень… — прошу, но парень лишь отрицательно качает головой.

Еще одно осознание и, к сожалению, снова печальное. Чувствую себя отвратительно. Но если еще и он подведет меня, то я, наверно, совсем перестану верить в людей.

— Мне очень срочно нужно, чтобы ты приехал… — кричу, лишь на том конце провода смолкают гудки. — Помоги мне, пожалуйста…

Глава 34

Дан

— Мне очень срочно нужно, чтобы ты приехал… Дан, помоги мне, пожалуйста…

Еще раз смотрю на имя, выбившееся на экране.

— Скрипка, — читаю, но до конца так и не верю своим глазам.

— Дан, я знаю, что ты сейчас хочешь послать меня куда подальше. Но мне нужно… — голос дрожит. Не хочу соврать, ведь Белова очень сильная и обычно не показывает прилюдно слезы, но я почти уверен, что она плачет. — Дан, пожалуйста…

— Я буду, Энн. Только скажи, куда приехать… — чеканю, подрываюсь с места.

Мозги заклинивает даже от моего имени на ее устах, не говоря уже о мысли, что я тот, кто ей нужен, тот, к кому она обратилась за помощью.

— Дан, кто это был? — разгоряченно спрашивает Лола, останавливаясь напротив.

— Ты слышала, Ло… — перевожу взгляд на девушку, всем своим видом приказывая ей отойти. Нервы и так ни к черту, поэтому очередная перепалка добром точно не закончится. — Ложись спать. Я вернусь как обычно…

- “Как обычно” — это под утро? Дан, тебе не кажется, что не мешало бы объясниться? — произносит истерично, в который раз поражая меня своей наглостью.

— Лола, я так и не услышал объяснений, касающихся твоего исчезновения с концерта, но уже в тысячный раз ты требуешь объяснений от меня, — руки слегка подрагивают, злость затапливает. Еле сдерживаюсь, чтобы не отшвырнуть от себя девушку. Беспокойство о Скрипке затмевает все вокруг, плещется через край. — Я еду к Беловой, потому что для всех она моя девушка и рядом с ней я должен проводить вечера, а не с тобой. А почему это произошло, спроси у себя самой.

— Ты к ней ездишь каждый вечер? От нее возвращаешься под утро?

— Нет. Я просто гоняю на тачке по городу, — цежу недовольно, а в мозгу всплывают картинки, на которых Белова и Манаев мило гуляют по парку рядом с кампусом. Она с букетом цветов, а он с похотливым взглядом на нее. А я в отдалении от них охреневаю от того, что еще не иду их убивать. — Проблемы со сном возобновились, поэтому…

— Не прикасаешься ко мне тоже из-за проблем со сном? Дан, признайся, что трахаешь кого-то на стороне? Ты не можешь долго без секса… Ты променял меня на эту сушеную безвкусную новенькую? Не хочу в это верить… — уже вовсю истерит девушка. — Блядь, Дан, посмотри на меня. Я ведь только ради тебя нацепила на себя это белье…

Шелковый халатик плавно соскальзывает с обнаженных плеч и летит на пол. Замираю на несколько секунд и просто не дышу, потому что внутри все сжимается. Я уже офигеть сколько времени без секса, но меня даже не ведет от полуголой девушки, которая с придыханием закидываем мне на шею руки. Не скидываю сразу, терплю. Считываю реакцию на наш телесный контакт. Ло умело прижимается к моему паху бедрами, страстно царапает ногтями разгоряченную кожу. Целует. А меня лишь дико мутит. А фантазия по-своему реагирует на происходящее, рисуя мою маленькую Энн у меня на коленях. Как же нестерпимо хочется уткнуться носом в ее золотую макушку, ощутить ее робкое прерывистое дыхание на своей шее, коснуться ее тоненьких ножек, затянутых в белые гольфики, даже зная, что под ними шрамы и рубцы. Прикрываю глаза и полностью теряю власть над собой, растворяюсь в иллюзиях. Протягиваю руку и начинаю перебирать пряди. Люблю волосы Скрипки. Мягкие, невесомые пружинки. Хочется легонько дёрнуть и притянуть ярко-розовые губы Энн к себе. Поцеловать. Долго-долго. Ощутить, как с каждым новым соприкосновением языков я отвоевываю место в сердце Энн.

Кончики пальцев горят от… густых, тяжёлых волос. Не её… Одергиваю руку, сглатываю, отстраняюсь.

Противно до рвоты…

Не то от того, что на мне почти не Энн. Не то от того, что я рядом с Ло мечтаю о Скрипке.

— Давай потом. Мне пора, — чащу я, отворачиваясь от девушки.

Отхожу, неловко стирая её поцелуй со своей кожи.

Не могу иначе. Сплошное отвращение…

— Думаешь, я тебя отпущу к ней… — замолкает, очевидно, видя, как меня трясет всего.

Пиздец, как я себя хреново контролирую. Аж в глазах темнеет от того, как хочу свалить отсюда и никогда не возвращаться. Потому что уже знаю, о чем сейчас начнётся скулеж.

— Скажи это, Дан! Скажи, что тебе плевать на данное тобой обещание. Скажи, что клятва, которая была последним, что услышали наши родители, утратила для тебя всякую значимость. Скажи, что готов стереть счастье в глазах и предсмертную улыбку с лиц наших родителей. Скажи! И завтра же мы поедем к ним на могилу и скажем, что все их мечты и планы на нас счёт ты разбил из-за девицы, которая в действительности лишь использует тебе, чтобы пробиться повыше. Дан, да открой же ты глаза! Белова — пиявка, которая присосалась к тебя лишь из выгоды. Совместный дуэт — и её имя рядом с твоим на первой строчке рейтинга. Клип и фотосессия с тобой — и вас приглашают в качестве амбассадоров бренда парной одежды. Я не вышла тогда на сцену, потому что гордость не позволила. Я хочу завоевать себе имя своим трудом, а не статусом “девушка Пантеры”. А твоя Скрипка…

— Она не моя. Потому что я твой… — перебиваю и пошатываясь возвращаюсь в объятия “любимой”.

Током пробивает. Я совсем, блядь, заигрался… Совсем расхреначил свою жизнь… Ведь с самого начала я знал, что Энн будет моей проблемой. Проблемой, которая проникла в кровь, которая сладкой отравой струится по моим венам, превращая меня в мразь.

Хватит с меня. Я и так на грани. И если сейчас взорвусь и брошусь к Скрипке, то окончательно и бесповоротно разрушу себя… Я не выстою перед этим вызовом судьбы. Сломаюсь, выверну свою жизнь и жизнь окружающих наизнанку, сгорю заживо ради мизерного шанса быть с Энн.