"Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аквила Люцида - Страница 22

Люциан смотрел на невесту и не видел в ней ничего подозрительного. Это была Амели, его Амели – девушка, которую он выбрал, которую так долго знал.

– Я люблю тебя, Люциан, – повторила она, и легкий румянец тронул ее щеки. – Ты… любишь меня?

– Я…

– Люциан! – Голос Кая прогремел в зале, как лавина, сошедшая с горы.

– Я…

– Достань кнут, – снова перебил темный принц. – Достань! Свой! Кнут! Иначе я убью здесь всех!

– Кнут? – удивился Люциан.

– Да! Кнут!!!

«Кнут…»

«Достань кнут».

«Достань. Свой. Кнут…»

– Люциан, ты же любишь меня, докажи это… – шептала Амели, крепче сжимая пальцы жениха.

– Люциан, бларг тебя за ногу, кнут! – Кай почти захлебывался от жажды убийства.

– Кнут… – недоуменно повторил Люциан, в последний раз цепляясь за скользкие камни. Его запястье окружил золотой свет.

Он, сам того не ведая, занял сторону Кая.

Амели резко отдернула руки, словно могла обжечься, и отступила на шаг назад.

– Люций, что ты делаешь? – потрясенно спросила она.

В руке Люциана материализовался кнут, и его божественная сила вмиг развеяла морок. Люциан по-прежнему был во сне, но теперь воспринимал его иначе: он будто находился за витражным стеклом, которое искажало мрачную реальность.

– Наконец-то. – Раздался облегченный, но в то же время недовольный выдох. – Может, поможете, Ваше Владычество?

Люциан обернулся и увидел, что плотная толпа напирала на Кая, собираясь того заколоть. Люциан взмахнул кнутом и ударил им по своим соклановцам, друзьям и родственникам. Те не пали жертвой божественного оружия – лишь развеялись словно туман.

Люциан ахнул, но Кай остался непоколебим.

– Спасибо, – сухо сказал он и в мгновение ока преодолел расстояние, разделявшее их с Люцианом.

– Как ты… можешь быть здесь?

– Поговорим об этом, когда выберемся, а сейчас вы мне мешаете. – Кай притянул Люциана к себе. – Я не могу убить вас здесь, поэтому извините.

Люциан не успел ничего спросить. Он лишь открыл рот в немом вопросе и сразу закрыл, почувствовав чужое тепло на губах. Воздух начал покидать его легкие, будто переходил к кому-то другому. Люциан стал задыхаться то ли от шока, то ли сам по себе. Сердце забилось, норовя выскочить из груди, разорвав грудную клетку и Кая заодно. Он в ярости попытался оттолкнуть темного принца, но руки утонули в пустоте.

Он распахнул глаза и обнаружил, что находится в темной комнате постоялого двора. Все еще в деревне Юнан. Там, где уснул.

– Что?.. – одними губами проговорил он. Бешеный стук в ушах мешал думать. – Не может быть, – пробормотал Люций, увидев нависающего над ним… Кая? Или нет? – Морион! – гневно прошипел юноша. Он перевернул руку ладонью вверх и призвал светящуюся сферу, которая устремилась к потолку, тускло озаряя комнату.

У изголовья спального места и впрямь сидел Морион, поджав под себя ноги. Его голова была опущена так, что подбородок почти касался груди, и Люциан мог смотреть ему в лицо. Только сейчас он ощутил, что не может пошевелить ничем, кроме ладоней и ступней, и осознал, что руки Мориона прижимаются к его вискам.

– Что происходит?

Люциан осмотрелся по сторонам, заметив, что Эриас и Абрам все еще спят. Он прислушался к своим ощущениям и почувствовал потоки темной энергии, которые заполоняли комнату. Мысленно проследив за ними, Люциан понял, что заключен в круг – в магическую печать.

– Морион, – снова позвал владыка Луны, но человек над ним даже не шелохнулся. – Абрам, Эриас, Сетх! – выкрикнул он, но друзья продолжали мирно сопеть.

«Не я один угодил в демонический сон? – подумал Люциан. – Если это демонический сон, я должен был пообещать свое тело и свою… душу? Был ли это демон, пожирающий души и овладевающий телом после согласия? Морион вторгся в мой сон при помощи темной печати? Он ее начертил или печать создана демоном? Нет… демоны снов не чертят печати, а значит, она принадлежит Мориону. – Люциан еще раз прислушался к своим ощущениям. – Что это за заклинание? Он сам его выдумал? Я не знаю ни одной печати, которая позволяет проникнуть в чужой сон».

Люциан нахмурился. Ему хотелось знать, что происходит, почему Морион и товарищи не приходят в сознание, но в сложившейся ситуации он был бессилен. Из-за рук, накрывающих виски, он не мог двигаться, не мог освободиться, чтобы хоть что-то выяснить.

Он вздохнул и уставился в потолок, но лицо Мориона закрывало вид.

Этот бессмертный и правда был похож на Кая, хотя черты его лица казались острее и жестче, словно перед ним сидел не девятнадцатилетний принц из сновидений, а человек, повидавший нелегкую жизнь.

Люциан почувствовал, как кончики пальцев начало покалывать. Он хотел ткнуть в чужое лицо, чтобы убедиться, что оно настоящее. Однажды он уже видел сон во сне, во сне, во сне и еще несколько раз во сне, и невольно задумался, что, может быть, не проснулся и сейчас.

Люциан хотел материализовать кнут, но сил на повторный призыв не осталось, как и возможности сделать что-то еще. Лицо Мориона нависало над ним, и Люциан вынужденно сфокусировал взгляд на его губах, отчего гнев снова охватил душу. Он не мог вынести этого чувства и покосился влево.

Чтобы пробудить человека, требовалось повергнуть его в шок, не сравнимый ни с чем другим, и обычно этого добивались убийством внутри сна. Но никому еще не приходило в голову целоваться ради этого. «И ведь он был уверен, что я приду в ужас», – подумал Люциан, не зная, смеяться ему или плакать над столь ненормальным поступком. Он сделал глубокий вдох и попытался отречься от мирских сует, иначе ему станет тошно.

«Хватит переживать. Это случилось во сне, и это был самый быстрый выход из ситуации. Мне гораздо интереснее, почему Морион вытолкнул меня, но остался сам? Что он делает там так долго и без меча?»

Люциан снова нахмурился.

Когда бессмертный очнулся, он разглядывал его в лицо. В полутьме глаза Мориона казались полностью черными, а лик его остался равнодушным, будто ничего странного не произошло.

Морион убрал руки с висков, и Люциан почувствовал, как прохладные пальцы коснулись затылка, после чего по телу прошла легкая дрожь, и вернулась подвижность.

– Меня учили искусству акупунктуры, – сухо пояснил бессмертный и поднялся на ноги. Он провел сапогом по линии на полу, разрывая печать. Магия рассеялась, но ни демона, ни каких-либо изменений не последовало.

Люциан сел и потер затылок в попытке отогнать ощущение чуждого прикосновения.

– Что это было? – спросил он, обернувшись на друзей. – Что с ними?

– Спят, но скоро пробудятся, – ответил Морион, подойдя к двери.

– Э-э… подожди. – Люциан протянул к нему руку. – Это не ответ!

Но бессмертный уже выскользнул за порог комнаты. Люциан схватил сапоги и, на ходу натягивая их, побежал за Морионом.

Никогда еще он не следовал за кем-то, только выбравшись из постели. Прямо в нижних одеждах! А все потому, что Люциан не мог оставить все это без объяснений. Как Морион посмел взять и уйти? После того как они столкнулись с демоном снов.

– Подожди, – снова сказал Люциан, когда они выскользнули на улицу и отошли от постоялого двора на приличное расстояние.

На десятый зов Морион наконец-то остановился. Люциан не ожидал этого и врезался в его спину, крепкую, точно камень. Столкновение с ней оказалось весьма неприятным.

– Что? – с нотками раздражения в голосе спросил Морион, медленно повернувшись.

Люциан отступил назад, чтобы держать дистанцию.

– Я требую объяснений.

Бессмертный посмотрел на него так, словно видел перед собой человека, который меньше всех заслуживал объяснений.

Это задело гордость Люциана. Морион был копией Кая, что и так сбивало с толку и вынуждало думать, будто они знакомы многие годы, однако на деле он говорил с чужаком, который не был настроен на дружбу. Может быть, Морион и спас Люциана в прошлый раз – и в этот, похоже, тоже, – но они не стали приятелями, и бессмертный не был обязан отчитываться перед ним.