"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Юркина Ирина - Страница 120

Первым, естественно, отметился император.

– Сим указом дарую моему верному сподвижнику и другу графу Николаеву-Уэлсли… – Николай сделал паузу, хитро подмигнул бывшему майору, после чего торжественно продолжил: – Двести пятьдесят тысяч десятин земли в Таврической губернии, расположенных по берегам рек Днепр, Кальмиус и Ингулец!

Данька аж поперхнулся и, наклонившись к государю, зло прошипел:

– Ты что, совсем охамел? На хрена мне эта земля?!

– Ничего-ничего – сам же в своих записках писал, что там залежи железной руды и угля, вот тебе и база для развития твоих любимых железных дорог.

– Да с кем мне эту базу развивать-то? – едва не взвился Данька. – Там же народу – раз-два и обчёлся! Даже завезти нельзя – кормить нечем будет…

– Ну – чем могу, – развёл руками император и, хихикая, отошёл, оставив друга кипеть от злости.

– Жаль, что вы не приняли моё приглашение, – обратилась к Авроре его супруга. Она предложила новоиспечённой Николаевой-Уэлсли место фрейлины, но Данька мгновенно встал на дыбы. Это ж ей придётся постоянно торчать при дворе – не бывать этому! И Ева Аврора с видимым сожалением отказалась от столь почётного предложения. – Я так надеялась, что мы с вами станем близкими подругами.

– Ваше величество, это является моей самой заветной мечтой, – чарующим голоском отозвалась молодая супруга бывшего майора, – но, увы, моему мужу нужна моя помощь… Но мы всегда будем счастливы видеть вас у себя в гостях.

– В Сусарах? В таком случае вам стоит выделить мне постоянные покои, – рассмеялась императрица. И, дружески кивнув новобрачным, устремилась вслед за мужем.

– Дорогой… – тихо прошептала стоящая рядом невеста, которую только что состоявшийся разговор с Николаем привёл в настоящий шок. Нет, она знала, что у её мужа с императором очень близкие отношения, но это… – мне кажется, что не стоило так разговаривать с императором.

– Да уж, разговаривать точно не стоит, – зло прошипел новоиспечённый муж, – ну ничего – я ему… – однако закончить он не успел. Потому что перед ним вырос новый «даритель». И так же ему близко знакомый.

– Ну что, Данька – поздравляю и-и-и… соболезную, – рассмеялся великий князь Михаил, прибывший с Кавказа специально на его свадьбу. – Ну хотя бы не на немке женился… – стоявшая рядом с ним супруга, урождённая Фредерика Шарлотта Мария Вюртембергская, во крещении принявшая имя Елена Павловна, услышав слова супруга, пошла пятнами. Не то чтобы для неё подобное отношение было новым и неожиданным – Мишка женился по настоянию матери, и особенных чувств к жене не питал. А ещё сказывалось влияние старшего брата Константина, который после первого неудачного брака буквально возненавидел всех немецких принцесс.

– Я женился на той, которую полюбил всем сердцем, – примирительно ответил Даниил, осторожно и нежно обнимая стоящую рядом жену рукой. – Так что соболезнования тут не нужны.

– Ну тебе лучше знать, – пожал плечами великий князь. – А мы дарим тебе выезд. Не на «конке» же этой твоей тебе по городу кататься.

Ну да – неделю назад в Санкт-Петербурге запустили «конку». Весь ноябрь ковыряли булыжные мостовые, а двадцать седьмого торжественно запустили движение. Это было обставлено, как подарок молодожёнов столице империи… Пока было проложено две линии, первая – по Невскому до Зимнего дворца, вторая – от Гатчинской отправной станции до Сенатской площади. Рельсы были проложены в одну нитку и пока по каждому маршруту ходил только один вагон пассажировместимостью двадцать четыре человека. В принципе, её можно было легко повысить, устроив на крыше «империал», то есть открытую площадку для пассажиров, но пока её решили не делать. Чай, зима впереди. Да и с окупаемостью нового вида транспорта пока всё было непонятно… Нет, на данный момент всё было хорошо – доходы в разы превышали запланированные, народ чуть ли не в очереди выстраивался, дабы прокатиться на невиданной штуковине, тем более что «конка» была с рельсами, то есть чем-то похожа на железную дорогу, но поездка на ней стоила в разы дешевле, чем по железной дороге, следовательно, она оказывалась по карману даже небогатым мещанам и крестьянам-середнякам. Но никто не мог сказать, как пойдёт дело, когда исчезнет «эффект новизны». Поэтому было решено посмотреть годик, и если дело будет пользоваться популярностью, то проложить вторую нитку рельсов, сделать разворотные круги и запустить на каждый маршрут ещё три-четыре или сколько там будет нужно вагонов.

Запуском «конки» столица Российской империи снова обогнала все остальные столицы мира, в которых на данный момент имелись разве что линии общественных дилижансов крайне ограниченной вместимости, что было воспринято обществом очень позитивно. Россиянам… ну как минимум хотя бы жителям столицы Российской империи, начало нравиться быть «впереди планеты всей». Причём это ощущение было общим для всех сословий…

– Восьмёрка упряжных липпиццанов и две кареты – парадная и летняя, – гордо продолжил Мишка. – Из Вены выписал! А убранством жена занималась, – великий князь покосился на стоящую рядом супругу. Данька воспользовался случаем и крайне тепло поблагодарил великую княжну.

– Счастливы пригласить вас посетить нашу скромную обитель, – поддержала его порыв новобрачная. Мишка, услышав подобное, скуксился, но промолчал.

Следующий гость так же был Даньке хорошо знаком.

– Вот, – Николай Никитич Демидов протянул ему красивый конверт. Большинство подарков были именно таковыми – конверт с аккредитивом. Потому что император ещё за месяц до свадьбы ясно выразился насчёт того, что дарить молодожёнам лучше именно деньги. «Всем известно, что граф Николаев-Уэлсли лучше многих знает, как распорядиться деньгами на благо себе и стране, так что незачем его нагружать всякими борзыми щенками или картинами – деньги дарите», и перечить государю осмелились немногие. – Всё, что могу – все деньги на дорогу уходят, – он потрепал по голове стоящего рядом худого пятнадцатилетнего подростка, с восторгом уставившегося на молодожёнов. – Толенька просто замучил. Уже до Челябы ветку проложили, а в следующем году до Тюмени дотянем – а ему всё мало!

Данька согласно кивнул. Он был в курсе, ему про то регулярно писал младший Черепанов. Темпы строительства после отъезда бывшего майора, конечно, заметно упали, но, к его удивлению, новые ветки всё равно продолжали строиться. Да и уже построенное совершенствовалось. Так, к текущему времени на Уральской горнозаводской дороге практически везде вместо эстакад уже были сделаны капитальные мосты, а между Екатеринбургом и Нижним Тагилом начали прокладку второго пути.

– А теперь рвётся учиться у тебя в железнодорожном училище… – продолжил между тем Демидов.

– Кхм… – Данька аж поперхнулся. – Ну-у-у… как бы… не вижу проблем, но у меня там среди учащихся дворян нет вообще. Да ещё и таких высокород…

Демидов рассмеялся и развёл руками:

– Больше никуда идти не хочет. Я уж и так, и так пытался – и Болонский университет предлагал, и Сьеннский, и Сорбонну – не хочет. Просто болен железными дорогами… Возьмёшь под крыло?

– Ну, конечно! – расплылся в улыбке Даниил. – Какие вопросы?

Все следующие дарители постепенно слились для него в одно лицо. Ну да более-менее близко он знал среди них человек семьдесят. Все остальные были представителями «высшего света», с большей частью которых он был знаком совсем шапочно, а с остальными и вообще не знаком. Хотя и с некоторыми из них у него были весьма близкие отношения. Например, с тем же князем Гагариным…

– Внедряем, внедряем потихоньку, – удовлетворённо закивал Сергей Иванович, вручая ему конверт с аккредитивом, – у меня в поместьях крестьяне уже половину печей по вашему образцу в избах перестроили или наново сложили, и пасеки на ваши ульи перевели. Кстати, не вам одному такая полезная мысль в голову пришла; мне тут давеча написал из Батурина отставной корнет Егерьского конного Прокопович – он подобные ульи пользует ещё с четырнадцатого года…

А вот Шиллинг подставил.