"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Басловяк Иван - Страница 495

Я не помню, кто из нас первым сделал следующее движение. Кажется, мы оба. В один миг она оказалась в моих объятьях. Я отпустил мечи, и они исчезли так же бесшумно, как и появились, вернувшись в глубины души. Мои руки обвили ее талию, прижимая к себе, а ее руки требовательно впились в мои плечи, цепко, почти больно.

И мир замер. Боясь нарушить хрупкий момент единения двух тел, двух душ, нашедших друг друга среди хаоса и смерти. Ее губы были прохладными, с привкусом дыма и крови, но в них была вся жизнь, вся надежда, все будущее, за которое я был готов сражаться.

Мы стояли так, слившись в поцелуе среди пепла и руин поверженного ада, и в этом поцелуе было больше силы, чем во всей моей возвращенной магии. Это была не страсть отчаяния. Это было обещание. Начало новой битвы. И новой жизни.

И когда тишину разорвал первый стон боли, быстро сменившийся стонами наслаждения, время будто остановило свой ход, подарив двум глупым людям возможность впервые никуда не спешить…

Тимур Машуков

Мстислав Дерзкий часть 3

Глава 1

Право древней крови

Часть 3

Глава 1

Кабинет в родовом поместье Шуйских дышал спокойной, уверенной мощью. Глубокие кресла из карельской березы, тяжелый стол, на котором в идеальном порядке лежали кипы документов, глобус в медном обруче, где владения Российской Империи были залиты густым, самоуверенным багрянцем. Воздух был плотным, насыщенным запахом старой кожи переплетов, дорогого табака и едва уловимого аромата воска, которым натирали паркет. Здесь, в своем родовом поместье, вдали от вечного шепота и интриг столичного дворца, уже почти ставшего вторым домом, Великий князь Василий Андреевич Шуйский чувствовал себя настоящим хозяином. Не регентом при девочке-императрице, а полновластным государем.

Он сидел, откинувшись на спинку кресла, и с легкой, почти ленивой улыбкой выслушивал доклады. Дела шли. Шли ровно, предсказуемо, как хорошо смазанные шестерни часового механизма.

— Партия из деревень у Чертова Болота благополучно доставлена в Исфгастистан, Ваше Сиятельство, — докладывал один из ближников, низко склонив голову. Человек в темном, неброском кафтане, с лицом бухгалтера, а не работорговца. — Товар… То есть, люди прошли отбор. Сильные, молодые. Женщины и дети — отдельной группой, как и договаривались. Оплата поступила на указанные счета. В полном объеме.

Василий Андреевич кивнул, медленно попыхивая сигарой. Дым сизыми кольцами уплывал к резному потолку.

— А сами деревни?

— Ликвидированы, Ваша светлость. Следов не осталось. Подожгли ночью. Свидетелей… нет, — ближник чуть помедлил. — Официально — набег мертвяков из Нави. Бродячий отряд. Пограничники уже отрапортовали об «успешной операции по очистке территории».

Уголок губ Шуйского дрогнул в подобии улыбки. Чисто. Аккуратно. Никаких лишних вопросов. Мертвяки были универсальным оправданием. Дикие, неумолимые, не оставляющие свидетелей. Идеальные виновники для любых «неприятных инцидентов» на границах. Он мысленно отметил про себя необходимость подумать о новой партии. Где-нибудь на севере, в глухих деревушках, куда редко доходит рука столицы. Спрос в Исфгастистане был ненасытен.

— Хорошо, — благосклонно изрек Шуйский. — Премируйте исполнителей и проследите, чтобы лишнего не болтали. Деньги любят тишину.

Следующий докладчик, сухой, жилистый мужчина с лицом, изъеденным оспой, сообщил о прибытии делегации из империи Кёре:

— Ждут аудиенции, Ваша светлость. Настаивают.

— Пусть ждут, — отрезал Шуйский, совершая рукой легкий, отмахивающий жест. — Идут переговоры с Цинь. Наши вечные друзья, — он произнес это с ледяной иронией, — из Поднебесной прислали весьма… заманчивые предложения по разделу сфер влияния в приграничных территориях. Посмотрим, чьи дары окажутся тяжелее. А кёрийцев… помучаем. Голодный зверь на охоте проворней.

Он наслаждался этой игрой. Чувствовал себя великим стратегом, переставляющим целые империи, как шахматные фигуры. Россия была лакомым куском, и он был тем, кто решал, кому отломить от него часть.

Однако следующее донесение омрачило его благодушное настроение. Командир пограничного гарнизона с границы с Пшеским княжеством рапортовал об учащающихся вылазках мертвяков. Не диких бродячих тварей, а словно кем-то направляемых. Координированных. А в приграничных лесах его люди заметили следы посторонних — не контрабандистов, а кого-то другого. Опытных, осторожных.

Шуйский нахмурился, отложив сигару.

— Выяснить, что происходит, — его голос потерял бархатные нотки и зазвенел сталью. — Если это проделки какого-нибудь пшеского князька, ищущего легкой наживы… найди и накажи. Жестко. Если же там орудует какой-то самопровозглашенный некромант… Уничтожить. Без шума. Наши границы должны быть на замке. Я не потерплю угрозы торговым путям.

Он уже собирался перейти к следующему вопросу, как один из младших секретарей, бледный юноша с испуганными глазами, робко протянул ему сложенный вчетверо лист бумаги.

— Ваша светлость… это пришло из столицы. Из канцелярии по наблюдению за аномальными явлениями. Помечено как «срочное», но… затерялось в пути.

Шуйский с неохотой взял документ. Его взгляд скользнул по тексту, и благодушие мгновенно испарилось с его лица, словно сдутое ветром. Черты застыли, глаза сузились до щелочек, в которых заплясали злые искры. Он перечитал сообщение еще раз, медленно, впитывая каждое слово, и тишина в кабинете стала звенящей, гнетущей.

— Закрытый разрыв… Божественной Сотней… — он прошипел эти слова сквозь стиснутые зубы. Его пальцы сжали бумагу так, что она смялась. — И когда это произошло? ПОЧТИ ГОД НАЗАД⁈ — его голос хлестнул, как удар кнута, заставив всех присутствующих вздрогнуть.

Секретарь, подавший документ, побледнел еще больше, казалось, он вот-вот лишится чувств.

Гнев, горячий и ядовитый, закипел в груди Шуйского. Разрыв реальности. Недалеко от столицы. А его поставили в известность только сейчас! Спустя целых восемь месяцев! Огромный срок, когда у самого порога империи мог разверзнуться ад, выпустить орды тварей, обрушить магический хаос! А он, регент, верховный правитель, ничего не знал! Был слепцом, пока какие-то безродные маги из Божественной Сотни разбирались с проблемой за его спиной.

— Кто?.. Кто виноват в этой задержке? — его голос был тихим, но от этого еще более страшным. Он видел, как по спинам его ближников пробежала дрожь.

— Ваша светлость… канцелярия… они решили, что разрыв локализован и ликвидирован силами Божественной Сотни… Что нет необходимости тревожить вас по пустякам… — залепетал один из старших советников. — Это, в принципе, их работа…

— ПО ПУСТЯКАМ⁈ — Шуйский вскочил, с силой швырнув смятый документ на стол. — Разрыв в полушаге от Новгорода — это, по-вашему, пустяк⁈ Вы все… вы все забыли, кто здесь держит власть? Кто несет ответственность? Или вы решили, что уже можете обходиться без меня?

Он прошелся по кабинету, его тень, отбрасываемая канделябрами, металась по стенам, как хищный зверь. В голове тут же начали строиться планы чистки. Канцелярию по наблюдению — под личный контроль. Руководителя — в опалу, а то и в каменный мешок. На его место — своего, преданного человека. Того, кто будет докладывать о каждом чихе.

Но постепенно, с каждой секундой, ярость начала стихать, уступая место холодному, прагматичному расчету. Он снова взял со стола документ, разгладил его ладонью на столе. Да, почти год. Но… что из того? Разрыв был закрыт. Божественная Сотня, элита магов, состоящая из фанатиков, верных не ему, а только богам, справилась. Его вмешательство не потребовалось. Столица в безопасности. Никакой паники, никаких лишних вопросов от бояр или, не дай богиня Морана, от самой Анастасии. Эта истеричка, узнав, могла влезть туда, куда не следует.

Он медленно вернулся в кресло. Задышал ровнее. Да, его унизили этой задержкой. Но результат-то был положительным. Проблема решена без его участия. И это… это даже удобно. Не успел возникнуть кризис, как его уже устранили. Значит, система работает. Пусть и с огрехами, которые он теперь исправит.