Вечно молодой (СИ) - Ромов Дмитрий - Страница 34

— Паша мой старый кореш, — пожал он плечами. — Человек серьёзный и справедливый.

— А будет ли он, — спросил я, — ради справедливости погонами рисковать? Или красивую картинку нарисует и отнесёт папку в архив?

— Я думаю, он помочь тебе сможет.

— А я думаю, что это он ждёт от меня помощи, — пожал я плечами.

— Господа, ничего, что я к вам спиной сижу? — напористо, с наездом воскликнул Крапивин и заржал. — Не мешаю я вам?

Мы повернулись к нему.

— Короче, — ухмыльнулся он, — я человек прямой. Как лопата. Говорю, как есть. Предлагаю взаимопомощь и поддержку. Могу сделать так, чтоб ты не сел, когда я сковырну Ширяя. Но за это ты должен будешь работать на меня. Делать, что я скажу и… и вообще многое делать. У меня есть «уши» у Ширяя. Но они далеко от стола, за которым принимают решения. Тем не менее им хватило сил, чтобы услышать, что ты вдруг оказался хоть и с краю, но за столом.

Я хмуро глянул на Чердынцева.

— Ты на Саню-то не поглядывай, — ухмыльнулся Крапивин. — Он тебе чем помочь сможет? Ничем. Он пацан верхотомский, а я центровой, столичный. Сечёшь разницу?

— Разницу я вообще-то секу, Павел Борисович. Например, между «сковырну Ширяя, чтоб он понёс наказание за злодеяния» и «сковырну Ширяя и передам активы тем, кто меня нанял». Смысл вроде похожий, а послевкусие разное. Не находите?

— Ну ни фига себе заявочки пошли, — хохотнул Крапивин. — Санёк, откуда вообще этот вундеркинд взялся?

— Ладно, Паш, чё ты выёживаешься? — кивнул Чердынцев. — Сам же хотел с человеком поговорить. Говори.

— С человеком? — хмыкнул тот. — Человек — это звучит гордо. Так что ль? Надо ж понять сначала, что там за душой у человека твоего.

— Тогда, стало быть, — усмехнулся я, — не будем заниматься ловлей блох и просто подождём, пока не прояснится, что у кого за душой, за душенькой. Верно?

— Смотрите, прыткий какой, ну надо же. Нет, не совсем так. Мы сейчас поговорим с тобой и всё решим. Либо пан, либо пропал. А потом руки пожмём и скрепим договор кровью. Я как-то так себе это вижу.

— Не факт, что договоримся, — пожал я плечами и повернулся к Чердынцеву. — Александр Николаевич, какая-то подстава рисуется, вы не находите? Могли бы предупредить хотя бы, объяснить, чего товарищ желает. А то неудобно получается. Некрасиво.

— Да тут дело такое, Сергей, — кивнул Чердынцев. — Товарищ этот всю жизнь против ветра… воюет, пытается доказать, что сила отдельных желёз его организма больше силы природных стихий. Короче, он из тех, кто вечно на рожон лезет. Знаком тебе такой типаж?

— В принципе, да, — хмыкнул я.

Крапивин, пока Александр Николаевич говорил, сидел, опустив голову и ухмылялся. Подошла девушка в белой блузке, едва справляющейся с натиском плоти.

— У вас всё хорошо? — спросила она.

— Принеси нам ещё по кружечке, зайка, — сказал Крапивин, — и для себя возьми. Посиди с нами, сибирская красавица.

Она улыбнулась и глянула на меня:

— А вам что?

— Имбирный лимонад, — ответил я, показывая пальцем в меню.

— Какие у вас тут секс-бомбы живут, — покачал головой Крапивин и даже языком цокнул. — Ангелина тоже ничего, правда ведь?

— Ну… — нахмурился я, — кажется, мне уже пора.

— Да, ладно-ладно, — расплылся в улыбке человек, прямой, как лопата. — Ладно. Про девчонку молчу.

— Александр Николаевич, хочу уточнить, он ваш коллега по ведомству?

Чердынцев кивнул как-то неопределённо.

— Павел Борисович, — обратился я к лопате — известны ли вам какие-либо группы в конторе, которые ведут собственные расследования в отношении Лещикова?

— Садык ваш, — сказал Крапивин. — Только формально он расследует дела, связанные с «РФПК». Естественно, у него интерес ко всей империи. Ему нужно Ширяя посадить, а ещё лучше просто шлёпнуть, а добро на растерзание дать своим собственным шакалам. Взять всё и поделить.

— А знаете, кто за ним стоит? Сверху то есть.

— Знаю, — кивнул он. — Не всех, но знаю. Есть там птицы высокого полёта, и биться с ними сложно. Хотя… сложно, но можно. Я хочу всех их призвать к ответу. И Ширяя, и садыковскую шоблу.

— Я думаю, — сказал я и прищурился, — что со стороны конторы должен и ещё кто-то копать под Ширяя. Уж больно жирный кусок чтобы смотреть, как за него бьются другие.

Крапивин едва заметно хмыкнул.

— А чего ты хочешь? — спросил он. — В итоге. Бабок и баб? Часики, я вижу, у тебя не похожи на китайскую реплику. Может, ты желаешь сместить Ширяя и сам возглавить его царство? Или чего-то ещё?

— Чего-то ещё, — ответил я. — Но сразу говорю, я вашим агентом становиться не буду, хватит с меня товарища Чердынцева.

— Не будем уточнять, — предостерегающе поднял руку Чердынцев.

— Смотрите, ребята, — хмыкнул Крапивин, — когда все грибницы будут вырывать из земли, тебя, Серый, Садык не спасёт. Тебя, Саня тоже. Наоборот, за собой утянет.

— Если будут, — скривился Саня, будто ему стыдно было слушать такие наивные высказывания.

— Увидите, — кивнул Крапивин.

— Так если такого правдоруба-одиночку, как вы, прихлопнут, оказаться вашим агентом — прямой путь к несчастному случаю или длительному сроку, — сказал я. Поэтому, лучше соблюдать конспирацию, если мы о чём-то договоримся.

— Так по рукам что ли? — подмигнул он. — Ты на это намекаешь?

— Я хочу знать больше. Хочу понимать, какие ваши шансы, сколько вас и какие у вас конкретные цели.

— А неслабо ты захотел, желторотик, — засмеялся он. — А у тебя какие шансы можешь мне сказать? И сколько вас? Только ты и Саня?

— Александр Николаевич в команду не входит. Он меня консультирует по определённым вопросам, но информацией о моих делах не располагает.

Хоть как-то запутать карты, а то больно уж прытким был этот Павел Борисович.

— Как скажете, ребята, — пожал плечами Крапивин. — Пофигу мне. У меня тоже есть консультанты. И агенты есть. И бойцы. Только у меня сеть, а не иерархия. Каждый участник знает не более двух других. Так что хер кто мою грибницу выкопает целиком. Ну, что? Обсудим взаимодействие?

Принесли ещё пива. Пышногрудая официантка игриво глянула на Крапивина.

— Работай спокойно, зайка, — ухмыльнулся он. — Я тебя дождусь.

Девушка, хохотнув, ушла, а он повернулся ко мне.

— Так что?

— Мне нужно подумать, — ответил я. — Не знаю пока. Нужно побольше инфы на вас нарыть. Как-то безбашенно всё пока. Не вызывает доверия.

— Зато возможности какие, а? Ну, думай. Недолго только. Кстати, я знаю, где искать братьев Рашидовых, племянников Мансура. Примерно. Это так, между делом. Вдруг тебе интересно.

— Слушай, он прилетел, пришёл ко мне, — сказал Чердынцев. — Так и так, говорит, можешь помочь на такого паренька выйти? Есть у тебя на него что-то? Если бы не я, он бы нашёл выходы, может, создал бы повод какой-нибудь. А зачем нам лишний шум?

Мы вышли из бара и сели к нему в тачку.

— Вот я и подумал. В принципе, я говорю, он мужик нормальный. Повёрнутый немного на справедливости и всём таком. Типа, вор должен сидеть в тюрьме. Но зато не повязан, с кем не надо. Что? Чего ты так смотришь?

— Да, вот, правильно, думаю, Александр Николаевич говорит. Только почему он меня не предупредил? Почему не сказал, что будет встреча с мутным человеком, прямым, как лопата?

— Ну, Сергей, не успел. Он же со мной был рядом постоянно. Не хотел, чтобы он понимал уровень наших отношений.

— Ну, да… — кивнул я. — Он подумал, что мы едва знакомы, судя по всему.

— Да хорош ты, нудить. Блин… Да, я спецом не сказал.

— И для чего, интересно? — нахмурился я.

— Подумал, что ты можешь отказаться, а я хотел, чтобы вы встретились. Парень он дельный, пердприимчевый. Может помочь. А ты ему. Моих возможностей в Москве явно недостаточно, а тебе точно понадобится что-нибудь. Идеи у него схожие с твоими, мне кажется.

— Идеи? Какие ещё идеи? У меня нет идей,а насчёт помощи в Москве… Может понадобиться, конечно. Но что-то мне кажется, что с коллегами у него не всё гладко. Не все ж такие правдорубы, правда?