Сезон продаж магических растений (СИ) - Елисеева Валентина - Страница 104

— Погоди жаловаться на бедность, в твою банковскую ячейку премию за спасение принца отправили, и скоро подоспеют наградные за помощь в поимке убийцы.

— О, я бы страшно обрадовалась… не будь мне ведом размер ваших премий и наградных, — рассмеялась Кэсси, сияя от счастья, что всё закончилось. Почти всё, но прямо сейчас ей не хотелось вспоминать об оставшихся проблемах.

Гвардейцы поддержали её сдавленными смешками, выражающими солидарность с оценкою вознаграждений, а Левитт прикинулся оскорблённым и вкрадчиво сообщил:

— Премия за жизнь моего племянника — пять тысяч золотых!

— Ого! — искренне поразилась Кэсси. — Я так понимаю, львиная доля суммы поступила от эмира?

Гвардейцы расхохотались в голос, а Мар тепло улыбнулся и согласно кивнул. Увы, как было известно кузену короля, казначей Каруза — очень прижимистый человек! Он над каждой монетой трясся, как над собственной, напоминая этим хранителя королевской сокровищницы — тот тоже терпеть не мог не то что выдавать, а даже показывать кому-либо содержащиеся в ней драгоценности и артефакты.

— Куда твой дракон уволок Фица? Он же не съест его на обед? — С одной стороны, убийца заслуживал смерти, Кэсси признавала это, с другой — казнь через пожирание драконами уж пару веков как исчезла из свода судебных статей. Кроме того, вопросы жизни и смерти преступников решались не безопасниками. На фронтоне здания следственного комитета было выбито изречение: «Казнить или нет — дело суда, наше дело — доставить на суд».

— Приказ «вира» означает подъём вверх, а дважды повторённый — приказ подняться на максимальную доступную драконам высоту. Я так прикинул, в небе убийца доставит нам меньше хлопот при аресте: в отличие от земли и суши, небесные выси ещё не заполонили вездесущие растения. Кэсси, мне нужно отлучиться и передать негодяя в руки дознавателей. Без меня гвардейцы не обойдутся — у дракона крайне трудно отобрать добычу, схваченную по приказу хозяина, его ни формой, ни удостоверениями служащих СИБа не впечатлишь. Пожалуйста, не покидай город без меня — «Зетри» не может бесследно сгинуть, иначе в городке десятилетиями будут кипеть ужасные неистребимые слухи и тело «несчастного» будут разыскивать с собаками, а на тебя примутся строчить доносы, открывая глаза местным правоохранителям на твою «страшную суть».

Впрямь — политик! Только самый хитрый общественный деятель способен в круговерти схваток с убийцей и вечного спасения венценосных особ побеспокоиться о слухах в далёком провинциальном городишке.

— Хорошо, я посижу с отцом и прогуляюсь по своему бывшему саду. В провинции нет обычая обносить сады высокими заборами, я пройдусь посмотрю, как поживает древесный дикобраз, не разрослись ли магические незабудки и не притаились ли где зубастые мухоловки — их в наших краях куда больше, чем вблизи столицы. Напишу в банк прошение выкупить растения, которые новый владелец дома не захочет оставить в саду.

Глава 39. Трудности общения с драконами

Отец благополучно проспал весь день, который для его дочери оказался весьма насыщенным событиями. Гвардеец, стороживший покой господина Валенса, с видимым удовольствием сдал скучный пост Кэсси. Он доложил, что по причине поимки опасного преступника ей ничего более не грозит, охрана с неё и её отца снята, и улетел в окно, активировав амулет отвода глаз. Отец вскоре проснулся, разделил с дочерью поздний обед и выразил желание полежать с газетой на диване, а не бродить по заросшему саду вокруг отобранного у него дома.

Состояние отца стабилизировалось, и Кэсси со спокойной душой оставила его отдыхать. Билет до столицы был куплен им на завтрашний день, но она не торопилась покупать себе место в той же почтовой карте — надеялась добраться до столицы в обществе Мара. В уединении отдельного экипажа они смогут откровенно обо всём поговорить — а им есть, что обсудить! Миссию избавления королевства от убийцы с таким же даром, как у неё, она завершила, и теперь придётся ответить за «диверсию» в потайных ходах: Фиц точно не станет молчать о краже растений из питомника — ему терять уже нечего, а насолить ей очень хочется. К тому же, его намёк на спасение растений и подмоченную репутацию Кэсси сидевшие в засаде гвардейцы особого отдела явно не пропустили мимо ушей. Они гарантированно зададут проясняющие вопросы.

Эх, Фиц ещё не догадывается, как сильно навредит ей его откровенность! Он сам не может знать о заклинании, улетевшем не к тому адресату, но следователи, сопоставив дату и время кражи растений, вмиг сообразят, кем является «диверсантка», не одну неделю разыскиваемая всеми спецслужбами!

Сад уже окутали сумерки, но летние вечера долгие, и солнце не спешит уйти за горизонт. От деревьев тянулись длинные тени, а в фоне их эмоций превалировали умиротворение и сонливость. Хм-мм, последние события развили в ней навык постоянно проверять окружающую флору на предмет непривычных для растительности чувств. Вздохнув, Кэсси погрузилась в невесёлые мысли:

«Ловко Фиц подставил меня с миссией спасения сжигаемых растений. И ведь знал, что ему ничто не грозит — я же собиралась молчать до последнего, хоть до смерти, лишь бы его не предать!»

Кэсси досадливо поморщилась, признав свою вопиющую наивность. Всё-таки она чертовски плохо разбирается в людях, раз видела в убийце приятного и вежливого мужчину, практически друга, и достойного уважения конкурента.

«Наверняка и наставницу Лиеру он так же хитро дружелюбной маской обманул, всё под видом товарища ей помогал, а в самые ответственные моменты в сторонку отходил, чтобы на вопросы дознавателей правдиво отвечать: «ничего не видел, ничего достоверно не знаю». Мне-то он только двери открыл и подсказал, где вход в подземный лаз нашёл, а сам остался в центральном вестибюле стоять. Спроси его кто-нибудь из следователей, видел ли он, как нэсса Валенса грабит питомник и куда потом уходит, Фиц бы кристально честно ответил «нет». Не удивлюсь, если идею с пожаром в питомнике и последующим сжиганием растений директору подсказал именно он — намёками, оговорками, так, чтобы напыщенный аристократ уверенно счёл её собственной идеей. Как удобно ему было избавляться от собственных улик, сжигая их в общей массе неучтённых растений! Так же удобно, как подкинуть в пламя пожара журналы учёта посещений особой секции, откуда он вытащил новорожденный Эспаргус Архаик, пока пополнение редчайшего вида не обнаружили ассистенты».

Тут резко прервались её размышления о преступлениях господина Фица, как и рассуждения о том, насколько удобно иметь под рукой аж целый огромнейший королевский питомник — нет нужды заводить свой собственный.

Эспаргус Архаик!!!

Он же узнал, как тот размножается!!! И, обобщая все известные ей факты, она тоже догадывается — как!

В свете озарившей её гениальной догадки померкло всё остальное, даже угроза собственного восхождения на плаху. В научных трудах Лиеры описывались исследования тех, кто пытался определить способ размножения древнейшей формы растений, но все они придерживались очевидно ложного исходного постулата! Да, этого постулата по умолчанию придерживаются все, даже она сама, оттого-то поиски всегда и заканчивались неудачей! Ха, всё гениальное — просто! Фиц случайно сделал открытие в ботанике, готовясь совершить убийство с помощью Эспаргуса, и сохранил его в секрете, чтобы и дальше творить зло с помощью уникальнейшей формы растений.

Присев на заднее крыльцо отчего дома, дверь которого была закрыта на пудовый замок, как и парадная, Кэсси придумывала текст статьи о размножении Эспаргуса, которую надо бы написать прямо сегодня и сразу отправить знакомым коллегам-ботаникам. Вдруг ей сразу свернут шею при задержании, как с самого начала обещал «диверсантке» зеленоглазый брюнет, глава всея СИБа. Великий секрет не должен погибнуть вместе с ней!

Она не заметила, как сгустились сумерки, как потемнело небо, покинутое закатившимся за горизонт солнцем. Жаль, при ней нет рабочего рюкзака, в боковом кармане которого всегда лежат карандаш и блокнот для записей, надо бы вернуться в таверну, там найдутся канцелярские принадлежности.