Сезон продаж магических растений (СИ) - Елисеева Валентина - Страница 62

— Как это по-женски — переживать за судьбу негодяйки. Нэсса, любое изменение условий должно быть с её стороны абсолютно добровольным и искренне желаемым. Такого невозможно добиться силой, шантажом и угрозами.

— Я понимаю! Но если она, скажем, раскается и искренне захочет всё исправить?

— Вы мыслите категориями человека честного и благородного, а в сфере грязных политических интриг таковых не водится, — устало и грустно улыбнулся монах. — Девица провернула аферу не для того, чтобы взвалить на себя все последствия.

— Это-то да! — с жаром подтвердила Кэсси. — Но всё-таки?

— Клятву разрушит либо её смерть, либо данная ею более значимая клятва. Скажем, её клятва верности другому мужчине ничего не изменит, поскольку будет равноценной, а не превосходящей.

— А какая станет превосходящей?

— Например, клятва вечного безбрачия, которую приносят те, кто посвящает себя Богу, уходя в монастырь. Тогда для плотских уз она будет всё равно что умершая, и клятва принца утратит силу. Ещё возможны варианты, аналогичные вышеназванным.

— Аналогичные смерти и уходу в монастырь? Моя фантазия пасует и вариантов не даёт.

— Моя тоже, но из этого не следует, что их нет, — усмехнулся монах. — Я провожу вас обратно во дворец, а то прогулка по ночному саду сильно затрудняет сотрудникам имперской безопасности дело вашей охраны. Буквально кожей ощущаю напряжение следящих за нами людей лорда Левитта. Нет, они себя ничем не обнаруживают, но я сам когда-то служил телохранителем эмира и чужое присутствие улавливаю шестым чувством.

— Спасибо. Подождите минутку, я затяну шнурки на форменных ботинках.

Эх, она всегда знала, что невыносимый зеленоглазый брюнет подведёт её под монастырь! Только не догадывалась, что присказку следовало понимать в самом прямом смысле слова. Какая из неё выйдет монашка? Она опасалась, что не самая послушная, бедная настоятельница научится тяжко вздыхать на ректорский манер. Повернувшись к монаху спиной и присев в льющемся из окна свете, Кэсси быстро развернула записку особистов.

«Алые полевые маки и листья паучьих силков», — значилось в ней.

Место расправы над пульсаром усыпали не теми растениями, что она спасла из королевского питомника. Его усыпали любимыми цветами Лиеры. Теми самыми, что Кэсси положила на её могилу в день похорон. Это был прозрачный намёк, понятный лишь двум самым близким ученицам нэссы.

Интересно, побег в монастырь спасёт её от упокоения в могиле? Хоть выбор, конечно, так себе, ассортимент вариантов мог бы быть и побогаче.

Она вернулась в зал как раз к окончанию танцев. К ней тут же подступил лысый лакей, принудительно сунул в руку маскировочный лимонад и сказал краткое «благодарю» священнику горцев. Тот кивнул, попрощался и ушёл, а Кэсси осталась стоять под сенью паучьих силков, чувствуя на себе полные благородного негодования взоры гвардейцев. Интересно, ей вменяют в вину, что она покинула пост в разгар спецоперации, или создание дополнительных трудностей в деле её охраны? Завтра опять на ковёр к начальству для разбора полётов вызовут, не иначе. Благо хоть королевский бал завершился, осталось дождаться, когда гостей уведут к накрытым столам — и можно грузить в фургон свой зелёный зоопарк. Хоть всеядный гибискус и звероеда она бы оставила — во дворце эти растения определённо не раз пригодятся!

Ожидание застолья вернуло оживление гостям короля. Представители светского общества перемещались по залу в поиске знакомых, с которыми не успели перемолвиться словечком. Кто-то двигался в сторону возвышения с троном, дабы принести королю заверения в своих верноподданнических чувствах. Кто-то флиртовал с видными кавалерами, пользуясь последней возможностью перед тем, как всех рассадят за столы согласно статусу, должности и установленным на тарелках карточкам. Кэсси постаралась отыскать взглядом своего единственного «не зелёного подопечного» — и обнаружила, что он шагает напрямую к ней! Переливающийся изумрудными всполохами взгляд убеждал в наличии у главы СИБа горячего желания свернуть шею сотруднице конторы, незапланированно улизнувшей из области его контроля.

— Уважаемый глава, можно жалобы от гвардейцев перенести на завтра? — со вздохом попросила Кэсси. — Со мной же всё в порядке.

Нельзя забывать, что у окружающих чуткие ушки на макушке, а глава имперской безопасности не окутал их звуконепроницаемым щитом — несомненно, из вящей заботы о её репутации.

— Предположу, особисты переживали не за тебя. Они опасались, что ты начнёшь миссию самоспасения, и они опять не успеют прийти на помощь всем пострадавшим, — хмыкнул невыносимый брюнет, на лицо которого понемногу возвращались краски жизни. — Ты чересчур бледна — что-то случилось?

— Ничего.

— Неправда, — вмиг нахмурился проницательный маг, поднаторевший в ремесле дознавателей.

«Мне намекнули, что ждёт меня могила неподалёку от наставницы, но об этом не стоит болтать посреди дворца», — подумала Кэсси и исправила ответ:

— Ничего срочного, за мной пока не охотятся с артефактами. Вы рядом с кем за столом сидеть будете?

Бал — не финальная часть вечера, к сожалению.

— Как положено по протоколу: в кругу семьи и высоких гостей из Эмирата. Поскольку принцессу сватают не за меня, то приворотные зелья в супе и рагу вряд ли обнаружатся. Впрочем, виноват перед принцессой: в Эмирате привороты строго запрещены, Денали и её родители в лёгком шоке от устроенной парфорсной охоты. Если бы у нас действовали законы гор, то половину девиц в зале следовало бы отправить на каторгу.

Окружающие аристократы, державшиеся поодаль от их парочки и делавшие вид, что совершенно не прислушиваются к разговору, мигом отступили на добрый десяток шагов. Надменные лица элиты Каруза недовольно скривились — благородным и честным дворянам не понравилось слышать, как события вечера прямо называют своими именами. Что ж, как говорится, не нравится — не слушай, а работе имперской безопасности не мешай. Господа аристократы правда надеялись, что глава самой влиятельной конторы империи не воспользуется всеми возможностями отстоять своё право на самостоятельный выбор супруги?

— Горцы свято чтут свободу воли. У них тоже вступают в браки по договору, но по договору, заключённому в трезвом, не замутнённом эликсирами и артефактами уме. По договору, выгодному обеим сторонам брачной сделки, — невозмутимо вмешалась в беседу главы СИБа с подчинённой та самая пожилая аристократка, что ранее подходила к Кэсси с предупреждением.

С той же невозмутимостью, с которой нарушила их уединение, леди выставила вокруг их увеличившейся группы заглушающий звуки полог. Мар не вмешался, видимо, сочтя присутствие достойной дамы достаточным условием для пресечения сплетен. Закончив с пологом, дама продолжила:

— Изрекаю своё мнение по итогам отбора невест: дочь советника по экономическому развитию шагнула далеко за пределы допустимого! У неё уже конфисковали старинный артефакт, переделанный в нечто непотребное? Руки бы оторвала артефактору, испоганившему замечательную древнюю вещь!

— Хм-мм, а где же похвалы предприимчивости юной леди? Прославление её умения работать на перспективу и грамотно подходить к поставленной задаче? — вскинул чёрные брови Левитт. Он говорил непринуждённо, словно пикировка с этой важной аристократкой была для него делом привычным, а Кэсси окончательно потерялась в происходящем и в попытках быстро догадаться, кем же является язвительная дама и какой пост занимает в конторе.

— Вот именно, что подход абсолютно безграмотный! — отрезала дама. — Угробить объект охоты излишним рвением к победе — дрянной расчёт перспектив.

— Ты меня недооцениваешь, — показательно оскорбился Левитт.

— Слава богу, она тебя недооценила, — буркнула дама и манерно поправила крупные локоны причёски, — а со мной тебе лучше не ссориться. Кстати, почему ты вообще позволил глупой девчонке применить к тебе артефакт? В «не заметил» и «не предвидел» — не поверю.

— Так требовалось в политико-стратегических целях.