Главный подонок Академии (СИ) - Мэй Тори - Страница 60

На последнем лежат распечатанные листы с изображением шахматных схем, а на кромке монитора я замечаю яркий стикер с с надписью «21:00 время Ренаты!».

Время Ли и Беса.

Да, блядь!

Впервые чувствую укол совести. Премерзкое ощущение, как и все остальные, которые открылись мне в последнее время: ревность, привязанность, совесть, сострадание, уязвимость, страх потерять.

От долбанной надписи печет под ребрами.

Нужно сказать ей.

Недосказанность между нами стремительно превращается в пропасть, где я рискую похоронить наше и без того шаткое доверие, если не признаюсь.

Чем дольше я молчу, тем сложнее становится это сделать.

«Слушай, помнишь Бессмертный предал и унизил тебя? Так вот, это был я.»

Так?

Нет. Сейчас не время.

Через неделю Рената вернется в Альдемар, и мы поговорим.

За это время я должен подобрать правильные слова. Я же оратор, мать его.

Сглатываю горечь во рту.

И да, человек моего склада должен быть свободен от лишних эмоций и сохранять холодную голову в любой ситуации, но программа давно дала сбой.

— Кровать на пружинах, сильно не раскачивайся, — смеется Рената, явно путаясь в постельном белье.

— Давай помогу, у меня получается лучше, — забираю у нее простынь. — Сбежишь ко мне ночью?

— И не надейся! Тебя вообще здесь быть не должно! — шипит и добавляет тише: — Но я рада, что ты напросился…

— Я тоже рад.

— Завтра перед отъездом хочу взглянуть на твой город.

— Зачем? Здесь живут одни отбросы.

— Не задавай лишних вопросов, иначе я расскажу маме Дине про Таро.

— Ни в коем случае! Ты не смотри, что мама добрая, она страшна в гневе!

— Вот и не выделывайся, — накидываю на нее одеяло и притягиваю к себе.

Рената впечатывается в меня, но замирает, прислушиваясь:

— Кажется, тебе звонят…

Нащупываю в кармане телефон и, взглянув на надпись Бушар, сбрасываю.

— Неважно.

— Двенадцать ночи, что ему надо?

— Понятия не имею, — сбрасываю, кидаю телефон на тумбочку и умалчиваю о том, что Дамиан любит поздравлять именинников раньше всех. — А теперь поцелуй, меня ведьма.

Пусть в этот раз первой будет она.

47. По праздникам

Напоминаю, что картинки к главам, обсуждения героев и больше общения с автором в моем телеграм-канале Тори Мэй. Присоединяйтесь!

Рената Сафина

— Доброе утро, Ваше Величество! — резким движением расшториваю окно, впуская яркий дневной свет. — Не хотела Вас будить, но уже непростительно много времени.

Илай резко садится и в недоумении вертит головой.

— Который час?

— Почти двенадцать, — сажусь на край кровати.

— Впервые так отключился.

— Сладко спалось на розовой кроватке, принцесса? — ерошу светлые волосы, заставляя его ухмыльнуться.

— Что там с погодой?

— Ураган закончился, пишут, что расчищают трассы, — произношу с некоторым сожалением. — Пока не открыли дорогу, могу показать тебе город. Если не передумал.

— Нет. Я хочу посмотреть на твою жизнь.

Спустя полчаса, быстрый поздний завтрак и нытье Дарины взять ее с собой, мы с Белорецким выходим на улицу. Погода остается ветреной, но достаточно комфортной для прогулок.

— Что тебе показать в первую очередь? — любопытствую.

— Покажи самое значимое, — он открывает мне дверь. — Садись, мне нужно взять кое-что из багажника, — Илай исчезает за машиной.

Устраиваюсь поудобнее, пристегиваюсь и чувствую в кармане вибрацию телефона.

— Алло? — отвечаю на незнакомый номер.

— Ведьма, Илай с тобой? — без приветствия спрашивает Бушар. — Мы его найти не можем.

— А где волшебное слово?

— Не выделывайся. Если с тобой — дай трубку, я поздравлю придурка.

— У него день рождения?

— У-у-у… Дешевка не в курсе, — цокает он, а затем я слышу гудки.

— Гребаный грубиян! — ругаюсь в погасший экран. — Но спасибо за информацию.

Значит, у Белорецкого день рождения? Он поэтому хотел провести выходные вдвоем? Это так мило, что ведьминское сердечко пропускает удар.

И как всегда — мне ни слова.

Ладно, скрытный Скорпион! Будет тебе праздник.

Илай садится в салон, и под немым наблюдением любопытных глаз, глядящих из каждого окна, мы трогаемся с места.

Телефон Илая автоматически подключается к дисплею, и я замечаю с десяток пропущенных звонков и сообщений. Он просто смахивает их в сторону, включает музыку и мы едем в сторону моей школы.

По дороге устраиваю ему импровизированную экскурсию, кивая на проплывающие мимо места:

— В этот ларёк мы бегали на большой перемене, — показываю на кирпичную постройку. — А за теми гаражами прогуливали уроки.

— Ты прогуливала?

— Конечно! А ты нет? Хотя, не отвечай, и так ясно.

Паркуемся у невысокого металлического забора, прутья которого скреплены буграми сварки.

— Добро пожаловать! — шагаю к низкой ограде, защитная функция которой носит чисто символический характер. — В выходные закрыто, так что махнем через забор.

Ставлю ботинок на поперечину, перекидываю ногу и приземляюсь в снег. Белорецкий тяжело вздыхает и повторяет за мной.

— Зачем на земле столько покрышек? — чертыхается он, споткнувшись об одну из заснеженных клумб.

— Летом здесь растут цветы.

— В колесах? — прищуривается, пытаясь разгадать логическую неточность.

— Ты как с другой планеты, ей-Богу, — прыскаю и беру его за руку. — Пойдем заглядывать в окна.

Я училась в самой обычной общеобразовательной школе, в Н-образном здании с высоким крыльцом, расчерченным для уроков физкультуры асфальтом и двором с тополями, чье весеннее цветение липло к подошвам и тянулось за тобой до самого дома.

— Вот в этом коридоре мы с девочками красовались на переменах, — хихикаю, заглядывая в школу через стекло. — А в конце коридора было мое любимое место.

— Библиотека?

— Бинго!

— А как ты добиралась сюда? — Илай отрывается от окна.

— Пешком, — пожимаю плечами. — Далековато, но это было самое веселое! Топтать лужи с друзьями или заходить по пути к кому-то в гости. Несколько раз, правда, приходилось драться по пути, когда шпана местная налетала, но в целом проблем не возникало.

— Потрясающе, — язвительно произносит он.

— Да ладно тебе, это жизнь большей части людей. Не всех возили в частные гимназии.

— Ты занималась дополнительно? С репетиторами?

— Шутишь? Конечно нет. Я много занималась сама, плюс нам повезло с учителями. Не такими пафосными, как твоя бабушка, но именно они дали мне основу, да еще и мой характер бунтарский выдержали.

— Не зная тебя, я был бы уверен, что ты училась за границей.

Горько ухмыляюсь. За рубежом училось мое альтер-эго — Лилит.

Как хорошо, что с Илаем мне не приходится выдумывать несуществующие факты для своей биографии.

В порыве нежности льну к его руке, даже через верхнюю одежду ощущая его ровное тепло его энергетики. Мой ледяной принц тает?

Делаем круг по территории школы, переключаясь на обсуждение преимуществ и недостатков цифровизации среднего образования, и, замерзнув, возвращаемся к машине.

— Знаешь, чего мне вдруг захотелось? — произношу хитро.

— Меня.

— Пф! — бью его по плечу. — Мне захотелось сладенького! Заедем в кондитерскую?

— Заедем, — произносит с улыбкой.

— Ой… — замедляю шаг.

Издалека замечаю, что возле тачки Илая кто-то трется, иными словами это не назовешь. Становится тревожно: две фигуры в черных куртках заглядывают в салон, а затем переключаются на нас.

— Кажется, я знаю их, — говорю Илаю с фальшивым облегчением. — Они учились на пару лет старше.

— Вот и познакомимся, — равнодушно отвечает Илай.

— Только умоляю, не огрызайся, — предупреждаю, зная характер Белорецкого. — А лучше сделай вид, что ты немой, а говорить буду я.

— Молчать? Ты не по адресу с просьбой, Рената, — с усмешкой произносит он, а вот мое тело напрягается.