Изгнанники Небесного Пояса - Виндж Джоан - Страница 19

— Они хотят отобрать у тебя корабль! Валим отсюда, — Теневик Джек метнулся к двери, раздвинул створки люка и застыл. Бета обернулась. Перед ним возник чиновник из вагона, облаченный в винно–красную, украшенную безукоризненной вышивкой куртку. Безукоризнен. Глаза мужчины на миг сосредоточились на ней, потом снова на Теневике Джеке. Вид у него был недоверчивый: она поняла, что его несколько смутили растрепанные грязные волосы и лица в полосах засохшего пота. Но не ее бледная кожа — по его глазам было видно, что лицо Беты не явилось для него сюрпризом.

— Капитан Торгюссен, — поклонился он. — Вы не из Лэнсинга, я так понимаю?

— У вас передо мною преимущество, — откликнулась Бета. — Боюсь, что если мы и знакомы, то я позабыла ваше имя.

Он улыбнулся. Потом отвесил поклон Тирики, и улыбка стала жесткой.

— Да–да, так что именно намерены Тирики получить от звездолетчиков?

Он сгреб Теневика Джека за ворот скафандра и без усилий втолкнул обратно в комнату.

— Думаю, мальчуган, ты не шутил, когда ответил на вопрос об избранном тобой роде деятельности.

— Вы кто? — презрительно бросила женщина.

— Я Вади Абдиамаль, представитель правительства Демархии.

— Правительства? — кисло поморщился мужчина. — Абдиамаль, это не ваше дело. Убирайтесь отсюда, а не то заимеете проблемы.

— Это посягательство на монополию, Тирики. Думаю, вы понимаете, о чем я. Я тут по делу. Я прилетел в Мекку именно для встречи с этими людьми и их кораблем. Правительство заявляет на него свои права во имя Народа и интересов Демархии.

— Абдиамаль, заявка вашего правительства ни на чем не основана. — Мужчина опустил взгляд на свое отражение в крышке стола и старательно поправил мягкий берет. — Вы понимаете, что подкрепить ее нечем. Мы первые начали переговоры с этими двумя, и так будет дальше.

— Общественное мнение поддержит меня. Никто не позволит Тирики перехватить полный контроль за кораблем. Я созываю заседание…

— Да, пожалуйста, — мужчина сделал жест. — Можете воспользоваться моим экраном. Мы расскажем людям, как правительство хочет наложить лапы на звездолет в обход Народа Демархии. Вас даже слушать не станут. Лучше убирайтесь отсюда, пока не случилось сами знаете что. Я имею в виду — совсем убирайтесь, с концами.

— Но звездолета вы не получите, а только это имеет для меня значение. Созывайте ассамблею.

Женщина двинулась к экрану.

— Так, минуточку, черт побери, минуточку! — Бета в отчаянии развернулась и приковала всех к месту одним взглядом. — Шестьдесят секунд. Там, откуда я прилетела, это одна минута. Дайте мне время, чтобы объяснить кое–какие детали насчет моего корабля: вы их, полагаю, упускаете из виду. Во–первых, это мой корабль. Во–вторых, только я знаю, где он. В-третьих, если вы думаете, что сумеете перехватить контроль над ним против моей воли и полного сотрудничества, то ошибаетесь. Мой экипаж уничтожит его, не позволив вам этого сделать, и вместе с собой мы заберем любой корабль, который окажется в тот момент в радиусе трех тысяч километров. — Теневик Джек придвинулся к ней, вопросительно поглядев на Бету. Остальные молчали, но фрустрация и алчность, как языки пламени, полыхали на их лицах. — Теперь вот что. Вы, кажется, достигли равновесия сил. Но я прилетела сюда заключить сделку, и мне по–прежнему нужно ее заключить, поскольку выбора у меня нет. Сомневаюсь, впрочем, чтобы вы позволили нам улететь восвояси. Итак… предположим, каждый из вас расскажет мне, для чего вам так настоятельно необходим мой корабль, а потом я отвечу, кому он достанется. Было бы также весьма любезно с вашей стороны объяснить, какую роль в своих планах вы отводите мне.

Рыжинка начала вырываться, цепляясь когтями за скользкий скафандр. Она заметила, как взгляд Абдиамаля скользнул на кошку; тот улыбнулся с неуместным детским восторгом, потом снова встретился глазами с Бетой. И промолчал. Ждет, пока выскажутся оппоненты, подумала она.

— Итак?

Она отвернулась. Ее терзал страх: страх перед ним, страх перед собой, страх, что он это почувствует.

Тирики о чем‑то вполголоса переговаривались. Прекрасные и решительные, они наконец повернулись к ней:

— Ваш корабль послужит нашему бизнесу и произведет революцию в торговле Демархии. Так получилось, что мы не можем себе позволить добывать снег там, где его в изобилии, а вынуждены отправляться на Кольца; для кораблей с ЭЯРД это нелегкая задача. А Кольцевики ее дополнительно усложняют, понимая, что мы не предпримем никаких действий, угрожавших бы отведенной нам доле газов. С вашим кораблем мы освободимся от этой зависимости. Ваш корабль повысит качество жизни в Демархии… За вами сохранится должность капитана. Мы будем хорошо вам платить как сотруднице компании. Вы станете частью самой богатой, самой могущественной корпорации в Демархии…

— А если Демархия посмеет возражать, компания применит ваш корабль как супероружие и учинит государственный переворот, — сказал Абдиамаль, поймав ее взгляд.

У нее веки задергались; Абдиамаль перед глазами расфокусировался. Она отрицательно тряхнула головой.

— Никто не сможет использовать мой корабль как оружие. Даже вы, Абдиамаль, если он вам за этим потребовался.

— Правительству он нужен, чтобы не попал в нехорошие руки: если его использовать как оружие, начнется новая гражданская война, а мы еще от предыдущей, Господь свидетель, не оправились. Кто‑то должен заботиться, чтобы корабль нес Демархии благо, а не повернулся против нас. Это может оказаться тем самым стимулом, какой нам нужен для воскрешения всего Пояса. Ваши технологии, доступные на борту! С ними нам, возможно, удастся скопировать ваш прямоточный двигатель, построить собственный флот, восстановить более–менее регулярное сообщение за пределами Демархии. Вы поможете нам…

— Не слушайте его! — воскликнула женщина. — Правительство — это мы. Мы, люди. Он не обладает никакими полномочиями. Ваш корабль захотят заполучить все, они вас на части разорвут. Он вас не прикроет. Оставайтесь с нами. Мы о вас позаботимся. — Она подняла руки. — Вам больше не к кому обратиться.

Бета понимала угрозу, скрытую за этими словами.

— Да уж, позаботятся они о тебе, это точно, — прошептал Теневик Джек. Его рука в перчатке сжала руку Беты так крепко, что оставила синяки. — Бета, не делай глупостей! Они все врут. Нельзя никому доверять.

— Теневик Джек, — она медленно обернулась к нему, все еще скованная его хваткой, и поймала взгляд. Он медленно разжал пальцы; гнев улетучился, лицо стало бесстрастным. — А как насчет водорода… для Лэнсинга?

— Мы отправим им груз. Все, что понадобится.

— А вы? — Она снова посмотрела на Абдиамаля. — Правда ли, что ваши обещания ничем не подкреплены?

— Правительство работает на благо Демархии, и только. Почему бы не спросить мнения Демархии? Мы созываем общее заседание ассамблеи, а вы рассказываете про свой корабль. Всем открываете его координаты, но предупреждаете, чтобы держались подальше: говорите то же, что сказали нам. Никто не получит безосновательного преимущества. Я объясню, какое значение может иметь ваш корабль для всех, для всего Пояса. Все смогут предложить свои решения и проголосовать за оптимальный вариант, как и должно быть. Демархия не желает вам зла, капитан. Но нам требуется ваше содействие. Называйте любую цену за него, какую хотите.

— Любую, кроме билета домой, — Теневик Джек шарил глазами по ее лицу; она отворачивалась.

— Хорошо, — она потянулась за переноской Рыжинки и принудила себя снова посмотреть на Абдиамаля. — Абдиамаль, попробуем ваш способ…

Он улыбнулся, и она не увидела в этой улыбке ничего подозрительного, борясь с желанием довериться ему.

— Спасибо. — Он развернулся к Тирики. — Созывайте собрание.

— Нет. Подождите. — Бета покачала головой. — Не здесь. Я хочу обратиться к ассамблее с борта своего корабля. Если станет известно, где он, обязательно найдется какой‑нибудь псих, которому приспичит его захватить. Кроме того, я должна отменить данные ранее приказы, чтобы не потерять корабль сама. Я уверена, что и вам этого не хотелось бы, так? — Она посмотрела на него. — Мы возьмем вас на борт и проведем трансляцию оттуда… В конце концов, корабль же никуда не денется без топлива, разве нет?