Одиночка. Том VII (СИ) - Лим Дмитрий - Страница 28

S.

Буква, которая обозначала элиту. Лучших из лучших.

И у неё — S.

— Это ошибка, — сказала Алина медленно, как будто объясняла что-то очень глупому существу. — Я B-ранг. Я не могу быть S-рангом! Это неправильно! Это невозможно!

Система не ответила. Зато появилось новое сообщение:

«Уведомление: вашему вниманию представлены задания начального этапа. Выполнение заданий необходимо для разблокировки класса и получения базовых навыков. Без класса вы не можете использовать потенциал ранга S».

Перед ней развернулся список. Три задания. Каждое — с описанием, условиями и наградой.

«Задание 1 из 3: „Первый шаг“. Описание: войдите в любой разлом ранга C или выше и выживите. Условие: войти самостоятельно, без группы, без сопровождения. Награда: +5 уровней, разблокировка пассивного навыка „Внутренний компас“. Штраф за отказ: нет. Примечание: разлом C-ранга — это минимальная угроза».

«Задание 2 из 3: „Первый контакт“. Описание: обнаружьте и идентифицируйте аномалию в любом разломе ранга B или ниже. Условие: идентификация должна быть точной (не менее 90% совпадения с базой данных Системы). Награда: +5 уровней, разблокировка активного навыка „Сканирование“. Штраф за отказ: нет. Примечание: ваше природное чутьё — это не навык „Сканирование“. Это — интуиция. Интуиция хороша для рулетки, но не для разломов».

«Задание 3 из 3: „Первый выбор“. Описание: выберите класс из трёх предложенных вариантов. Условие: выбор необратим. Варианты: будут предложены после выполнения заданий 1 и 2. Награда: разблокировка класса, получение базовых навыков класса, +30 уровней. Штраф за отказ: нет. Примечание: не торопитесь. Но и не медлите. У вас 72 часа на выполнение заданий 1 и 2. После варианты перестанут быть доступными».

Семьдесят два часа. Три дня.

Алина прочитала задания ещё раз. Потом ещё раз. Потом закрыла глаза и попыталась дышать ровно, как учили на курсах первой помощи, когда пациент в панике.

Она — B-ранг… бывший вербовщик клана «Карелия»! И теперь система говорила ей: «Войди в разлом одна»?

Алина встала с кровати, подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Снег за окном лежал ровным белым покровом. Фонари горели тусклым жёлтым светом. Где-то вдалеке проехала машина — редкая в этом часу.

Она чувствовала себя так, будто кто-то взял её жизнь, как книгу, и перевернул на другую страницу — ту, которую она никогда не читала и не собиралась читать. Страницу, на которой были написаны другие слова, другие правила, другая история.

S-ранг. Уровень 1. Задания. Класс.

Это было невозможно. Это было безумие. Это было…

— Это реально, — сказала Алина тихо. — Это реально, потому что я вижу это. И потому что Серая Сова знала.

Сова. Которая дала ей медальон. Которая говорила о «выборе между братом и правдой». Которая смотрела на неё так, будто ждала чего-то.

Она знала. Она знала, что медальон сделает с ней. Она знала, что Алина получит S-ранг. Она всё знала.

— Эта… — Алина сжала медальон так, что костяшки побелели. — Эта стерва!

Система выдала новое уведомление:

«Уведомление: обнаружен назначенный наставник. Наставник: Маарика Сильд (известна как „Серая Сова“). Роль: сопровождение начального этапа, консультирование, контроль безопасности. Статус наставника: активен. Примечание: наставник будет подключён к каналу связи после подтверждения носителем».

Маарика Сильд. Серая Сова. У неё было имя. Фамилия. Эстонские, судя по всему. И она была не просто «какой-то тёткой из координирующего органа» — она была наставником. Её наставником.

— Я не подтверждаю, — сказала Алина.

«Рекомендация: подтвердить. Наставник повышает вероятность выживания при выполнении заданий на 340%».

— Триста сорок процентов⁈

Я проснулся от того, что кто-то тряс меня за плечо.

— Саша, — голос был знакомым, но не тем, что я ожидал услышать утром. — Саш, просыпайся.

Я открыл глаза. Потолок. Дубовые балки. Кровать с ортопедическим матрасом, который стоил, вероятно, как подержанная «Лада». Моя спальня в новом крыле.

Надо мной стояла Алина.

Моя двоюродная сестра. Человек, которого я не видел месяц. Человек, который, судя по всему, управлял родом всё это время. Человек, который выглядел так, будто не спал трое суток.

— Алина, — я протёр глаза. — Который час?

— Восемь тридцать, — она отступила на шаг. — Ус сказал разбудить тебя. У тебя встреча с Игнатием Сергеевичем в десять.

Два с половиной часа. Достаточно, чтобы привести себя в порядок, поесть и прочитать то, что Игнатий обещал прислать. Достаточно, но не слишком.

— Ты чего такая… — я сел на кровати и посмотрел на неё внимательнее. Бледное лицо, тёмные круги под глазами, сжатые губы. Напряжённая, как струна. — Ты спала вообще?

— Спала, — она отвела взгляд. — Немного.

— Немного — это сколько?

— Достаточно.

Отлично. Моя сестра, которая управляла родом месяц в условиях войны с другими семьями и моего отсутствия, спала «достаточно». Это было так же «достаточно», как «немного убитых» или «слегка отравлен».

— Ладно, — я откинул одеяло и встал. — Я быстро. Через двадцать минут буду внизу. Там есть еда?

— Кухарка приготовила завтрак. В столовой.

— Какая столовая?

— В восточном крыле. Первая дверь направо.

У моего старого дома не было восточного крыла. У моего старого дома не было столовой. У моего старого дома была кухня, на которой стоял старый холодильник и плита с двумя работающими конфорками из четырёх. Теперь — столовая. В восточном крыле. Через первую дверь направо.

— Хорошо, — кивнул я. — Я буду через двадцать минут.

Алина кивнула и вышла. Ноль реакции, ноль попыток обнять меня или чего-то в этом духе. Как будто я никуда не пропадал, и она по мне не соскучилась. В чём дело-то⁈

Я пошёл в ванную.

Ванная была… да вы что, серьёзно? Душевая кабина с гидромассажем. Раковина из натурального камня. Зеркало с подсветкой. Полотенца, которые были мягче, чем всё, что я трогал в Пустоши. И — внимание! — тёплый пол!

— Ус, я тебя обожаю….

Я умылся. Зеркало показало мне то же лицо, которое я видел вчера: чище, чётче, идеальнее. Переобновление не отменилось за ночь. Сто характеристик во всём. Даже во внешности.

Потом — душ. Горячая вода, которая смывала грязь и напряжение прошлой ночи. Мыло, которое пахло чем-то дорогим и ненужным. Гидромассаж, который бил в спину, как тысяча маленьких пальцев, и я ненавидел себя за то, что мне это нравилось.

Потом — одежда. В шкафу, который я не открывал с момента возвращения, висели вещи, которых я не покупал: рубашки, брюки, куртки, пальто. Всё моего размера, дорогое и подобранное так, чтобы подчеркнуть «обновлённую» внешность.

Я оделся: тёмные брюки, белая рубашка, чёрный пиджак. Просто, строго, без лишнего. Для встречи с Игнатием нужно было выглядеть не как модник, а как человек, который пришёл по делу.

Спустился вниз. Восточное крыло. Первая дверь направо.

Столовая.

Комната была большой, с окнами на южную сторону, через которые лился утренний свет. Длинный стол из тёмного дерева, восемь стульев, буфет с посудой. На столе завтрак: яичница с беконом, тосты, кофе, сок, фрукты. Настоящий завтрак как в отеле, а не как в доме, где еды обычно было два вида: «есть» и «нет».

За столом сидел Ус. Он пил кофе из маленькой чашки и читал что-то на планшете. Когда я вошёл, он поднял голову, кивнул и вернулся к чтению. Ни «доброе утро», ни «как спалось», ни «я рад, что ты вернулся». Просто кивнул. Как будто я выходил из комнаты на пять минут, а не пропал на месяц.

Я сел напротив него и начал есть. Яичница была отличной. Тосты тоже. Кофе — горьким и крепким, как я люблю.

— Игнатий прислал данные, — сказал Ус, не отрываясь от планшета. — Я перенёс на твой личный компьютер. В кабинете.

— Мой личный компьютер, — повторил я. — У меня есть личный компьютер?