Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша (СИ) - Денисова Анна "Sun Summer" - Страница 39

— Да, — перебил герцог. — Я знаю. Именно поэтому она здесь.

Баронесса замерла. Её рука, всё ещё протянутая к герцогу, слегка дрогнула. Она бросила на меня быстрый, испепеляющий взгляд, но ничего не сказала. Только улыбка стала ещё более вымученной.

— Прошу в замок, — произнесла она наконец. — Обед уже накрыт.

Мы вошли. Замок внутри оказался именно таким, каким я его себе представляла по рассказам Муртикса: высокие сводчатые потолки, гобелены на стенах, массивные дубовые столы, рыцарские доспехи в нишах. Всё дышало стариной, богатством и... холодом. Не физическим, нет — в каминах горел огонь, в коридорах было тепло. Но в самом воздухе чувствовалась какая-то затхлость. Запах старых интриг, застарелой лжи и подгнившего величия.

Обеденный зал был обставлен с королевской роскошью. Длинный стол, накрытый белоснежной скатертью, ломился от яств. Запечённые поросята, фаршированные перепела, пироги с дичью, фрукты в меду, горы сладостей, графины с вином и серебряные кубки. Вокруг стола суетились слуги в ливреях. Где-то на галерее играл небольшой оркестр. В зале уже собрались гости, местные дворяне, прибывшие на смотрины, пара столичных щёголей, явно приглашённых для солидности, и несколько офицеров из свиты герцога.

Баронесса жестом указала герцогу на почётное место во главе стола. Сама она уселась по правую руку от него, чтобы быть поближе, разумеется. Нас с Гордеем, Рондиром и Муртиксом она попыталась усадить в дальнем конце стола, подальше от герцога, но Эдвард остановил её лёгким движением руки.

— Мои советники сядут рядом со мной, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

Баронесса поджала губы, но спорить не стала. Слуги быстро переставили приборы, и мы оказались прямо напротив герцога и баронессы. Я — с одной стороны, Рондир и Гордей — с другой. Муртикс, не дожидаясь приглашения, запрыгнул на спинку моего стула и уселся там, как живое украшение, свысока оглядывая зал.

— Хороший обзор, — довольно пробормотал он. — Всё видно. И все видят меня. Идеально.

Начался обед. Слуги разносили блюда, гости чокались кубками, оркестр играл что-то приятное. Баронесса оживлённо щебетала с герцогом, рассказывая о «процветании земель под её чутким руководством» и о том, как она «заботится о каждом крестьянине, как о родном дитяти». Герцог слушал, кивал, задавал вежливые вопросы и не перебивал. Я видела, как Амалия постепенно расслаблялась, уверяясь, что всё идёт по плану. Что герцог — обычный мужчина, которого можно очаровать лестью и красивым декольте.

Я могла бы её пожалеть. Если бы не знала, сколько зла она причинила.

Наконец, когда подали десерт, баронесса поднялась с кубком в руке и окинула зал сияющим взглядом.

— Дорогие гости! — произнесла она звонким, хорошо поставленным голосом. — Я хочу поднять этот кубок за нашего высокого гостя, герцога Эдварда Рэндалла! Его визит — большая честь для нашего скромного баронства. И я надеюсь, что наше знакомство перерастёт в... нечто большее!

Она многозначительно улыбнулась, и гости вежливо зааплодировали. Герцог поднял кубок, пригубил вино и поставил его обратно.

— Благодарю, госпожа баронесса, — сказал он. — Но прежде чем мы продолжим, я хотел бы, чтобы моя советница, госпожа Лира, озвучила небольшой отчёт. О состоянии дел в баронстве. Вы ведь не против?

Улыбка на лице баронессы застыла.

— Отчёт? — переспросила она, и её голос чуть дрогнул. — Какой отчёт? О чём?

— О финансах, — спокойно ответил герцог. — О налогах. О доходах и расходах. Обычная проверка, ничего особенного. Лира, прошу вас.

Он повернулся ко мне и едва заметно кивнул. Я встала. Сердце колотилось где-то в горле, но я заставила себя выпрямиться, развернуть свиток (тот самый, что подготовила у Рондира) и заговорить.

— Уважаемый герцог. Уважаемая баронесса. Уважаемые гости. Я хочу представить вашему вниманию результаты независимой проверки финансово-хозяйственной деятельности баронства за последние десять лет. Проверка проведена с использованием магического артефакта «Зеркало Истинного Учета». Данные подтверждены записью на магическом кристалле.

По залу пробежал шелест. «Зеркало Истинного Учета»! Даже те, кто не разбирался в магии, слышали об этом артефакте. Баронесса побледнела. Её пальцы, сжимавшие ножку кубка, побелели.

— Согласно данным зеркала, — продолжала я, — за последние десять лет с земель баронства было собрано налогов на сумму пятьдесят четыре тысячи триста двадцать золотых монет. В королевскую казну из этой суммы поступило тридцать тысяч восемьсот шестьдесят восемь золотых. Оставшиеся двадцать три тысячи четыреста пятьдесят два золотых... — я сделала паузу, обводя зал взглядом, — ...не поступили в казну. Они осели в неизвестном направлении. Точнее, — я посмотрела прямо на баронессу, — направление известно. Это личные сундуки баронессы Амалии фон Гретт и её сообщников.

Зал ахнул. Баронесса вскочила.

— Это ложь! — выкрикнула она, но её голос сорвался на визг. — Гнусная клевета! Эта женщина — самозванка! Она отказывалась платить налоги! Она угрожала моему сборщику податей! У неё нет никаких доказательств!

— Есть, — спокойно сказал Рондир, поднимаясь. — Уважаемые гости, я — Рондир, член Гильдии магов. Я лично присутствовал при активации Зеркала Истинного Учета и свидетельствую: данные, оглашённые госпожой Лирой, точны и неопровержимы. Более того, — он достал магический кристалл, — у нас есть запись. И мы готовы её продемонстрировать.

Баронесса открыла рот, но не издала ни звука. Она стояла посреди зала, бледная как полотно, и было видно, как её пальцы судорожно сжимаются в кулаки.

— Это... это подлог! — выдавила она наконец. — Вы все в сговоре! Вы завидуете моему положению! Вы хотите меня уничтожить!

— Никто не хочет вас уничтожить, госпожа баронесса, — произнёс герцог, и его голос прозвучал холоднее зимнего ветра. — Мы лишь хотим установить истину. И если вы уверены в своей невиновности, вам нечего бояться. Лира, продолжайте.

Я кивнула и снова заглянула в свиток.

— Помимо общей суммы хищений, — продолжила я, — зеркало зафиксировало конкретные эпизоды. Например, за последние три года баронесса Амалия фон Гретт лично утвердила двенадцать поддельных отчётов, в которых доходы баронства были занижены в среднем на сорок три процента. Разница оседала в её личной казне. Также зеркало зафиксировало систематические взятки, которые баронесса выплачивала столичным чиновникам для сокрытия своих махинаций. Сумма взяток — четыре тысячи шестьсот золотых.

— Ложь! — снова выкрикнула баронесса. — У вас нет доказательств!

— Есть, — Рондир поднял кристалл. — Вот они.

Баронесса рванулась вперёд, словно хотела выхватить кристалл, но герцог остановил её движением руки.

— Сядьте, госпожа баронесса, — произнёс он ледяным тоном. — И дослушайте до конца.

Амалия замерла. Её грудь тяжело вздымалась, глаза горели яростью, но она послушалась. Медленно опустилась на стул и застыла, как статуя.

Я откашлялась и продолжила:

— Отдельного упоминания заслуживает деятельность королевского сборщика податей Клавдия. Зеркало зафиксировало, что Клавдий систематически завышал налоги, взимаемые с крестьян, а разницу клал в собственный карман. За десять лет он присвоил около тысячи двухсот золотых. Также он брал взятки от зажиточных крестьян за снижение налоговой ставки.

Клавдий, стоявший у стены, издал сдавленный звук и начал медленно сползать вниз по стене. Его лицо приобрело зеленоватый оттенок. Муртикс, заметив это, удовлетворённо облизнулся.

— А теперь, — сказала я, чувствуя, как страх отступает, уступая место холодной, деловитой уверенности, — позвольте перейти к иллюстративной части. Рондир, если можно...

Рондир приложил кристалл к проектору. На стене обеденного зала начали появляться картинки, те самые магические иллюстрации, которые записало зеркало.

Клавдий, вымогающий деньги у крестьянина с поросёнком. «Свинья — три медяка, поросёнок — пять! Потому что поросёнок — это будущая свинья! Плати за будущее!»