Мастер Алгоритмов. Книга 0.1 (СИ) - Петровский Виктор Эдуардович - Страница 68

Он сверлил меня взглядом, пытаясь найти хоть тень сомнения. Не нашел.

Я забрал расписку со стола.

— Ордер должен быть у меня утром понедельника. Если нет — первая инспекция выедет на объект кого-нибудь из ваших клиентов уже к обеду. Какого именно? Это пусть станет для вас сюрпризом.

Я развернулся и пошел к выходу. Мария, бледная как мел, шмыгнула за мной.

За спиной царила тишина.

Мы спустились по лестнице и вышли на улицу.

— Дмитрий Сергеевич… — выдохнула Мария, когда мы отдалились от здания. — Вы… Вы серьезно? Он же… Из Управы! Его начальство нас сожрет!

— Не сожрет, — спокойно ответил я, вдыхая морозный воздух. — Подавится.

— Но это опасно! У него связи, полиция…

— Мария, — я остановился и посмотрел на нее. — Запомните. Такие люди, как он, понимают только силу. Пока ты просишь — ты жертва. Когда ты бьешь — ты враг, с которым нужно считаться. Я ему показал, что у меня есть дубина потяжелее его бюрократии.

— А если он не подпишет заявку? — спросила она с сомнением.

— Подпишет, — я усмехнулся. — Он жадный, но не идиот. Терять кормушку из-за принципа он не станет. Ему проще дать нам эту бумажку и забыть обо всем, чем разгребать проблемы с половиной города.

— Мне страшно, — честно призналась Мария.

— Это нормально. Было бы скучно, если бы не было страшно, — я подмигнул ей. — Ладно, поехали в лабораторию. У нас еще куча дел.

Вечером, сидя дома на кухне, я пересказывал этот разговор Баюну. Кот слушал, лениво катая лапой по столу пробку от бутылки с кефиром.

— И тогда я ему говорю: «У Зотова тоже были связи»… — я прервал свой рассказ. — Баюн, да чего ты так взялся за эту пробку?

Не то чтобы его игры мне мешали. Просто в первый раз в жизни представилась возможность напрямую спросить кота о причинах его поведения, и мне стало чертовски любопытно.

— А почему нет? Я ее трогаю, она двигается…

Железная логика. Не поспоришь.

— Да, но… Зачем? — не унимался я.

— Я трогаю. Она двигается, — повторил Баюн, будто объясняя тупице очевидные вещи. — Плохо, что ли? Хорошо!

Понятно. Кот — он и в этом странном мире кот, пусть даже и мифический. Вроде и вопрос задал, вроде и ответ получил, а по факту вопросов стало только больше.

— Ладно… Ты меня хоть слушаешь?

— Ну так я же не ушами пробочку двигаю. Рассказывай давай.

Вздохнув, я продолжил излагать.

— Красиво, — одобрил Баюн, когда я закончил. — Нагло, дерзко и прямо в точку. Люблю, когда ты такой. Напоминаешь мне… Впрочем, неважно.

— Отца?

— Его. Он тоже умел, когда припекало, показать зубы. Правда, делал это реже. Ты, Дима, агрессивнее. И хитрее. Рук не боишься запачкать.

— Время такое, — я пожал плечами. — С волками жить…

— … по-волчьи выть? — предположил кот.

И не угадал. В таком варианте фраза означала подстройку под окружение. Мол, что ж тут поделаешь, все воруют — и я ворую. Но черта с два. Такая фраза могла бы подойти старому Волконскому. У меня же на уме был иной вариант.

— Держать под рукой палку, которой можно шарахнуть оборзевшего волка по хамской башке, — закончил я свою версию. — А еще лучше — ружье заряженное.

Баюн покачал головой.

— Понятно, суровейший хозяин, — иронично промурчал он. — Ордер-то дадут?

— Дадут. Куда они денутся. Я Белова за живое задел — за кошелек. Он сейчас сидит, считает убытки от возможных проверок и понимает, что одна подпись стоит гораздо дешевле.

Я достал блокнот и сделал пометку.

— Но расслабляться нельзя. Белов — злопамятная тварь, я по глазам видел, и неизвествно, кто еще за ним стоит. Он сейчас отступит, но зуб на меня затаит. Будет ждать момента, чтобы ударить в спину. Надо быть готовым.

— Нужна помощь? — спросил Баюн, перестав играть с пробкой.

— Да, но не твоя. Нужно пробить его связи. Кто конкретно под ним ходит, под кем ходит он сам, где его слабые места. Если он решит начать войну, я должен знать, куда бить в ответ. Завтра займусь. Попрошу князя доступ к базам МВД дать, или через Сычева попробую.

— Разумно.

Я закрыл блокнот.

— Ладно. Сегодня — отбой. Завтра тяжелый день. Если ордер будет — начнем готовить площадку. Если нет — начнем войну.

— Спокойной ночи, воин, — мурлыкнул Баюн. — Спи. Завтра тебе понадобится ясная голова.

Я лег в постель, но сон не шел. В голове крутились схемы, планы, варианты ответов. Я ввязался в очередную драку. Еще один враг. Выбывший Зотов, Салтыков, теперь вот Белов… Список рос. Но, черт возьми, как же приятно было чувствовать, что я их прижимаю. И прижимаю успешно.

Глава 19.0

Следующие два дня, субботу и воскресенье, тоже пришлось сделать рабочими. Но в результате к вечеру воскресенья, ровно на четырнадцатый день от начала нашего «спринта», он стоял на верстаке. Наш монстр Франкенштейна. Все еще уродливый, но работающий. Стабильно. Мы стояли вокруг него — уставшие, с кругами под глазами, будто спали на стаканах. Но довольные собой. Я это видел.

Теперь — самое интересное. Показать товар лицом.

Мы с ребятами сидели в лаборатории, на низком старте, что называется. Ждали треклятую бумагу.

Василиса сохраняла спокойствие, по крайней мере, внешне. В выдержке ей не откажешь. Илья нервничал. Зная его, не из-за бумаг — просто очень хотел взяться уже за дело и увидеть, оправдает ли ожидания его маготехническое детище.

Я посмотрел на часы. Девять утра. Мария должна была быть здесь полчаса назад. Если Белов решил упереться рогом, нам придется ехать не на объект, а в прокуратуру, и весь график полетит к чертям.

Дверь распахнулась. На пороге стояла Мария. Раскрасневшаяся, запыхавшаяся, но с победным блеском в глазах. Она молча подняла руку, в которой был зажат лист гербовой бумаги.

— Подписал! — выдохнула она. — Секретарша смотрела на меня как на врага народа, промурыжила в приемной сорок минут, но подписанный бланк вынесла.

— Умница, — я улыбнулся. — Давайте его сюда.

Я взял ордер. Подпись Белова выдавала его гнев. Размашистая, с нажимом, едва не порвавшим бумагу в конце росчерка. Злится, гад. Отлично. Первый раунд за нами.

— Так, народ! — я хлопнул в ладоши. — Бумага есть, железо готово. Грузимся! Илья, тащи прототип. Василиса — датчики. Баюн… Ты просто не путайся под ногами.

Лаборатория пришла в движение. Илья подхватил наш агрегат, мы двинулись к выходу, где нас уже ждал служебный фургон.

Мы успели вынести «Циклон» в коридор и почти дотащили его до лестницы, когда путь нам преградил невысокий, щуплый человечек в сером плаще и с потертым портфелем. На носу у него сидели очки в толстой роговой оправе, а лицо выражало скорбь всего мира.

— Стоять, — скрипучим голосом произнес он, поднимая ладонь. — Куда это мы собрались с казенным имуществом, не прошедшим инвентаризацию безопасности?

— На выезд, — бросил я, пытаясь обойти его. — Посторонитесь, любезный, мы торопимся.

Человечек сделал шаг в сторону, снова перекрывая нам путь. Ловкий, зараза.

— Торопятся они… — проворчал он, доставая из кармана красную корочку. — Управление Технического Надзора. Инспектор Козлов. Внеплановая проверка соблюдения норм магической безопасности в государственных учреждениях.

Он раскрыл удостоверение и сунул мне под нос.

Я замер. Илья с «Циклоном» в руках остановился. Технадзор. Эти ребята могли опечатать оборудование прямо в коридоре, если б решили, что оно фонит или представляет угрозу для здания Министерства.

— Какая еще внеплановая проверка? — холодно спросил я. — Это режимный объект, у нас свои регламенты.

— А мне плевать на ваши регламенты, — равнодушно ответил Козлов, убирая корочку. — У меня сигнал. Использование несертифицированного экспериментального оборудования, создающего угрозу магическому фону административного здания. Обязан отреагировать. Ставьте ящик на пол, молодые люди. Будем вскрывать, замерять, оформлять акт изъятия из эксплуатации.