Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! (СИ) - Гунн Эмили - Страница 36

Они, бесспорно, впервые видели чужого фамильяра, обретшего плоть и очертания.

Наверное, Игнатрион чем-то напичкал моего бедового Мшастика. И теперь фамильяр был виден не только мне и самому дракону, но и всем собравшимся в зале.

— Лерд Игнатрион, — заверещал внезапно очухавшийся главный инквизитор. — Эта дама опасна! Она напала на меня. Меня! Сверхинквизитора! — сдавленно просипел бедолага главный мастер.

Тот самый, что ещё недавно от моих кулачков безрезультатно увертывался.

— Ты б только знал, что она со мной сотворила, — с неожиданной усмешкой буркнул Игнарион.

— У этой лерды крыша поехала! Дисбаланс чакр на лицо! Вероятно, из-за того, что ты, Игнатрион, напал на ее фамильяра. Это могло нарушить гармонию сакральных токов! Изъятие магической невидимости у фамильяра вызвало обрушение кармического равновесия лерды Марго. И ее разум подвергся приступу бешенства.

Мы с Игнатарионом синхронно повернули головы к мастеру.

Да, именно так смотрят на чокнутого родственника, который вдруг на семейном ужине решает вслух прочитать лекцию о постулатах фэн-шуй.

— Предлагаю пренебречь, — кивнув в сторону свихнувшегося мастера, тихо шепнула я опешившему дракону. После чего прошипела, всё ещё дёргаясь в его хватке. — Так за что, Игнатрион?! Ты моего фамильяра… моего друга арестовал! Снова приступ ревности? Синдром собственничества?

— Твой фамильяр — преступник, — отчеканил Черный дракон тоном, не предполагающим возражений, и в зале разом стихло. — Он скрыл твою метку истинности, Марго.

— ИСТИННОСТИ, — повторил Игнатрион уже громче и, глядя прямо на толпу своих коллег.

Шёпот прошёл по залу, как волна.

Даже главный мастер захлопнул рот и сделал вид, что внезапно разучился говорить на языке чакр.

— Ну вот и славно, — прокомментировал Игнатрион реакцию окружающих и повернулся ко мне. — Идём. Нам нужно уединиться. И я всё объясню.

— Взять паскудника! — скомандовал Игнатрион, прежде чем увести меня из общего помещения. — Спрошу с каждого, если к моему возвращению этот шельмец не будет заперт в клетке с магическими прутьями, — властно оповестил он опупевших коллег.

И те, наступая друг другу на пятки, кинулись исполнять приказ… хм, по сути, приказ равного себе по рангу Игнатриона.

Однако я, видно, не всё знала про Черного дракона. И сила его влияния превосходила условные чины.

Игнатрион удовлетворенно усмехнулся, отметив рвение своих сослуживцев, и повернул к личным кабинетам.

Я шла за ним, стараясь не смотреть в спину. Но всё равно чувствовала, как от его крыльев, скрытых под толщей камзола и фактурностью мыщц спины, веет жаром.

Мы вошли в небольшой кабинет с высокими окнами. Узкими, как бойницы крепости и со стенами вокруг, бесспорно наделенными органами слуха.

Игнатрион опёрся ладонями о стол и повернулся ко мне.

— Твой фамильяр стирал метку истинности, — сказал он, тяжело переведя дух. — Осознанно или нет — но стирал.

— Неосознанно? — без присущей мне уверенности впряглась я за своего Мшастика.

— Осознанно, — хмыкнул он.

— Исключено, — вернулась ко мне природная упертость при виде самоуверенной ухмылки дракона. — Мой Мшастик? Да он и баночку со стразами открыть не может без моего согласия!

Игнатрион прищурился, и в вертикальных зрачках промелькнуло что-то вроде сожаления.

— Зато он у тебя умеет стирать магические следы, — дракон сделал шаг ближе, и воздух сжался в осязаемую прослойку. — Это свойство мочалок, особенно старших. Древних, высокородных… Называй, как на язык ляжет. Но Мшастик делал это, преднамеренно лишая тебя связи с твоим истинным.

Нет, я отказывалась понимать, куда он клонит!

Я растерялась.

— Мшастик не стал бы вредить мне. Он просто хотел, чтобы я побольше отдыхала. Чтобы чаще мылась… Он даже предлагал выкупать меня лично.

— Я и не отрицаю, что по отношению к тебе у него были только благие намерения, — тихо ответил дракон, и мне совсем не понравилось сочувствие в его глазах. — Вероятно, твой Мшастик искренне верил, что заботится о тебе таким образом. Защищает тебя…

— Но от кого?! — вскрикнула я и тут же зажала рот.

Оттуда предательски рвались на воздух рыдания. А я не была той, кто готов обнажать свои эмоции перед мужчиной. По крайней мере, те из них, которые не относятся к агрессивным или допустимо-страстным проявлениям чувств.

Короче, при Игнатрионе плакать и причитать по поводу потери друга в лице Мшастика, я не собиралась ни в коем разе!

— От меня. От нас, — выдохнул дракон, сокращая аршины между нами. — Его предыдущая хозяйка сильно обожглась об огнедышащих кавалеров, — грустно улыбнулся он, встав очень уж близко.

Возмутительно близко! В том смысле, что он подло сохранял коварные сантиметры расстояния, не позволяющие мне почувствовать жар его тела.

— Вот твой Мшастик и придумал, как уберечь тебя от хвори под названием «разбитое сердце», — продолжил Игнатрион «открывать мне глаза».

— Я не верю, — соврала я из последних сил.

Мшастик не мог так поступить со мной.

Ведь не мог же?..

Как ему вообще взбрело на ум лишить меня истинной связи с моим драконом?! С мужчиной, предназначенным мне судьбой?? И при этом даже не посоветовавшись со мной!

Очень хотелось спросить Мшастика: «А вдруг я готова обжечься? А, если б я учиться на своих ошибках, например, рада была бы, а?»

Как этот зарвавшийся кусок… мочалки! мог позволить себе решать за меня??

Это же… это…

Я не уследила, и позорный всхлип все-таки выбил себе выход на воздух.

— Тише, тише, маленькая моя, — подлетел ко мне в ту же секунду Игнатрион, заключая моё тарахтящее в судорогах тело в свои горячие объятия. — Он не планировал предавать тебя, — остолбенели мои ушки, услышав, как ИНКВИЗИТОР оправдывает преступника.

И все ради чего?

Ради того, чтобы успокоить заистерившую меня, зашедшуюся в рыданиях!!!

— Но хорошо, что ты не позволяла этой зазнавшейся мочалке Мшастику купать себя! — уже полностью ликвидировав все приличия, отделяющие нас. — Тогда наша метка исчезла бы безвозвратно.

— Безвозвр... — опешила я, и тут же едва не подпрыгнула. — НАША?!! То есть наша с тобой?! То есть ты все-таки и есть мой истинный?

Уставилась я на Игнатриона, задрожав в ожидании.

— А ты всё еще допускаешь наличие кого-то другого? — упрекнули меня.

— Но зачем? Зачем Мшастику это? — спросила, тщетно пытаясь отвести глаза. — Я не верю, что ты просто придумал всё это, чтобы оправдать арест невиновного, Игнатрион.

Однако без мотива обвинения — пустой звук. Тебе ли не знать об этом, корифей инквизиции?

Глава 36

Глава 36

— У меня нет резона лгать тебе, Марго, — произнёс дракон. — Ты сама просила расследовать, как попала сюда. Помнишь? «Без цели, без следа, без истинного» — твои ведь слова?

— Угу, — насупившись, буркнула я.

— Так не бывает, — качнул Игнатрион головой. — Ты провалилась в портал и обрела смысл в новом для себя мире Драконов неспроста. Здесь живет твой истинный. Здесь…

Он очертил линии моего лица своим пылающим от страсти взором. Медленно вобрал в себя воздух, смешанный с моим запахом. На секунду закатил глаза от удовольствия. И едва не облизнулся.

После чего вернул ко мне взгляд с узкими щелочками пульсирующих зрачков.

А затем Игнатрион… замер. Как перед решающим прыжком в неизведанное.

Я в ответ подобралась.

Да так, словно я сама являюсь этим самым «неизведанным». И впечатляющих размеров мужчина прыгнет сейчас прямиком в меня.

Ох… Ну то есть на меня…

Хотя… хм… от перестановки глаголов чё-то смысл не меняется совсем…

Я тоже шумно подышала. И настороженно уставилась на окаменевшего Игнатриона, бравшего мысленный разгон перед стартом.

Однако вместо пламенных словоизлияний, признаний, лобызаний в конце концов (!) я услышала казарменное:

— ЗДЕСЬ. ЕСТЬ. Я!

Топорно отчеканил своё «признание» в вечной любви мой небом посланный воздыхатель.