Невеста для короля драконов (СИ) - Васина Илана - Страница 17

Во-вторых, я понятия не имею, зачем Мэлгран дал мне книгу про пурпур и швейную палату.

А, в-третьих, что ответить королю, который неотрывно буравит меня пытливым взглядом?

Глава 23

— Я не собираюсь торговать тканями, — реагирую после недолгой паузы. — То есть... Конечно, никогда не знаешь, как жизнь повернётся. Но прямо сейчас таких планов нет. Хотя, в любом случае, всегда полезно пополнить свою эрудицию.

Король с любопытством всматривается в мое лицо. Кажется, мои слова его удивляют.

— Ты не знала, что за книга лежит у тебя под подушкой. Неужели, принимая от Мэлграна книгу, ты не спросила, о чем она?

— Я торопилась составить вам компанию за завтраком, — криво улыбаюсь. — Видимо, господин Крофт посчитал, что у меня есть предрасположенность к торговле тканями. Но не успел мне об этом рассказать.

— А она у тебя есть?

Качнув головой, неопределённо пожимаю плечами. Внезапно на меня накатывает усталость. Когда уже закончится этот бесконечный обыск и допрос? Господин дракон так уверенно и свободно себя чувствует в моей спальне, что, похоже, сам уйти не догадается. Придется ему прозрачно намекнуть.

— Я собираюсь переодеться. Вы позволите?

Он окидывает меня насмешливо — внимательным взглядом. Такое чувство, будто сейчас ответит: «Позволяю. Переодевайся» К несчастью, вслух он говорит кое-что похуже.

— Собирай вещи, дочь Лайтхарда.

Я столбенею.

Он ничего толком не объяснил, и воображение тут же дорисовало картины, одну страшнее другой. Я тру виски, в попытке прогнать жуткие мысли про выбывание, палача, клетки, и растерянно бормочу:

— Зачем?

— Ты переезжаешь.

Меня кроет облегчением, которое через секунду сменяется досадой. Зачем другая комната, когда мне нужна эта?!

Ведь нож мог появиться под моей кроватью с помощью магии телепортации, а мог — по старинке, если его принесли через потайной ход. Я как раз собиралась изучить свою комнату на предмет всяких скрытых лазов, а тут: «Собирайся!»

Ну, как так?

— Мой король, я не хочу отсюда уходить. Позвольте мне остаться!

— Пока не отремонтируют комнату, тебе нельзя оставаться здесь, — он указывает на дверь, ощетинившуюся щепками там, где недавно была щеколда. — Сегодня ее точно не починят.

Не починят?

С этим утверждением я бы поспорила.

Но не говорить же дракону, что я собираюсь просить о помощи свою служанку! У Агаты есть связи — возможно, ей удастся раздобыть подходящий артефакт. А в крайнем случае дверь всегда можно подпереть изнутри клином. Видно, по моему лицу король считывает нежелание уходить. Едва сдерживая гнев, он добавляет с холодком:

— Не испытывай моё терпение, дочь Лайтхарда. Собирайся. Это не просьба, а приказ.

Приказ?!

Мне хочется назвать его тираном, швырнуть в него что-нибудь тяжёлое — вазу, подсвечник или хотя бы подушку, лежащую рядом. Но я сдерживаюсь, хоть и с большим трудом. Этот дракон — здесь царь и бог. Надерзить легко, а вот расплачиваться за это... Я слишком хорошо помню лица в подземелье: исхудавшие, серые, с потухшими глазами.

Нет уж.

Я к ним не хочу.

Пожимаю плечами, признавая временное поражение.

— Хорошо.

В карих глазах вновь вспыхивает опасный, хищный огонёк. Он кивает.

— Поторопись, — бросает он и, наконец, выходит за дверь, оставляя меня одну.

Я со злостью пинаю ножку кровати.

Нет, ну, просто отлично!

Мне никак не удаётся ухватиться за ниточку, которая позволит подготовить побег!

Быстро окидываю взглядом комнату.

Как я поняла, ночевать в другом месте мне предстоит, пока дверь не починят. Думаю, это сделают уже завтра — послезавтра. И все же я не хочу оставлять здесь свои вещи. Знаю, балеринам соперницы подсыпали в пуанты битое стекло. Мне, вон, успели орудие преступление подкинуть. Кто знает, что еще сотворят эти выдумщицы в моё отсутствие?

Обрежут платья? Наложат на них проклятие невидимости?

Да ну их!

Чем рисковать, лучше возьму с собой все вещи.

Складываю в чемоданы платья из шкафа. Книжки и «план побега» опускаю туда же — вот и весь мой нехитрый скарб. Хватаю чемоданы за ручки и иду на выход, в коридор, где меня ожидает страж в чёрном одеянии. Не знаю, был ли он среди тех, кто ворвался в мою спальню, но это, наверно, неважно. Мужчина с невозмутимым лицом требует следовать за ним по приказу короля, и я подчиняюсь. Что ещё мне остаётся?

Иду, едва поспевая за широкой поступью своего провожатого. Хорошо, что в чемоданы вплетено магическое заклинание невесомости, иначе мне пришлось бы несладко. Тащить на себе объёмные чемоданы — удовольствие сомнительное, а мой провожатый даже не предложил помочь.

Интересно, в этом мире все такие «джентльмены»?!

Впрочем, немного поразмыслив, прихожу к выводу, что в этом мире все аристократы используют для своих чемоданов магию невесомости.

Мы идем довольно долго извилистыми коридорами, спускаемся по лестнице, пока не оказываемся перед красивой, узорчатой дверью, с двумя высокими створками. Захожу внутрь в светлое помещение, насквозь пронизанное лучами солнца, и… замираю от восторга!

Если моя прежняя комната потянула бы на три звезды, то эта комната, а точнее, зал напоминает пять звезд в отеле люкс. Десятки деталей делают это место особенным. Красивые фонтанчики, статуи из белого мрамора, мозаичные окна, сочетание бело-золотой гаммы, и великолепные — почти как живые! — гобелены, изображающие драконов.

Я оборачиваюсь, чтобы поинтересоваться у своего провожатого, что это за комната, но тот уже исчез. Опускаю чемоданы на белый, мраморный пол. Оказаться здесь — само по себе чудо, но главное потрясение ждёт меня впереди.

Не успеваю я подойти к окну, как на пороге одной из прилегающих комнат появляется король. На нём теперь простая, безупречно сшитая рубашка из тёмной ткани, плотно облегающая фигуру и подчёркивающая рельеф мышц. Рукава небрежно закатаны до локтей, обнажая сильные, загорелые предплечья с чётко очерченными венами. Верхние пуговицы расстёгнуты, открывая взгляд на широкую грудь и крепкую шею.

В этом наряде он выглядит менее формально... и куда опаснее. Статный, собранный, с хищной грацией крупного зверя, он не теряет и капли королевского величия, но теперь это величие приобретает более хищный, мужской оттенок.

Король указывает на одну из соседних дверей:

— Ты будешь моей личной гостьей. Располагайся.

— Э-э. Спасибо.

И застываю на месте, как приклеенная.

Меня пугает его фраза.

Я и так его личная гостья. Что значит «будешь»? Получается, до сих пор я не числилась его гостьей? И почему «ты»? Другие девушки не в счет?

Обвожу рукой окружающее пространство:

— Здесь очень красиво… Скажите, что это за место?

— Мои покои.

Сообщив про покои, на его лице появляется непонятное выражение. Будто он преподнёс мне шикарный подарок и сейчас ожидает, что я поблагодарю за оказанную честь. Вот только я, наоборот, вспыхиваю от возмущения. Решительно мотаю головой.

— Спасибо за приглашение, но я не останусь ночевать в ваших покоях!

Его губы плотно сжимаются, и в следующую секунду мне приходится пожалеть о своих словах. На лице короля что-то неуловимо меняется. Он делает несколько шагов вперёд, и прежде чем я успеваю отступить, его пальцы обхватывают мой подбородок, заставляя приподнять голову. В темных глазах плещется холод и отголоски гнева.

— В моём замке ты ляжешь там, где я прикажу! — стальные пальцы сжимают мой подбородок, не давая отвернуться. — И сегодняшнюю ночь ты проведёшь в моей кровати.

Глава 24

— Но это… — от наглого напора на миг я теряю дар речи. — Неслыханно... Вы забываетесь! Я дочь герцога, а не уличная девка! Это недопустимо, милорд! — Здесь только я решаю, — рычит он. — Что допустимо.

Кровь резко отливает от лица. Ладошка чешется — так и хочется с размаху приложить ее к чужой, гладко выбритой щеке. Пальцами вцепляюсь в платье — лишь бы сдержаться. Но вот беда. Руки-то я удержала, а язык — не получается.