Обжигающий Север. Связанные рунами - Лин Айлин - Страница 7

Подступающей ночи не удалось погрузить город во мрак, с сумерками на углах каменных зданий вспыхивали факелы в кованых держателях, у жилищ попроще теплились масляные лампы, огонь которых не мог задуть задиристый северный ветер.

Постепенно деревянные дома отступили, их место заняли каменные невысокие особняки из серого гранита, плотно прижавшиеся друг к другу. Окна в них были больше, и я с изумлением заметила в них стёкла: мутные, с многочисленными вкраплениями, но самые настоящие. Над всеми домами в сердце города возвышалась каменная крепость, будто следя за покоем Нордгарда. Её зубчатые стены покрывал иней, а на смотровых площадках виднелись крохотные фигурки воинов, чьи меховые капюшоны почти сливались с серыми башнями. Из труб замка валил густой дым.

Отряд замер перед массивными деревянными воротами, окованными полосами железа, казавшегося серебряным от инея. Послышались голоса со двора и створки распахнулись, принимая наш отряд внутрь.

Забегали слуги, засуетились воины, спешиваясь, я сидела на телеге, не зная, куда мне податься. Кай заметил мою растерянность, подошёл, протянул руку, помогая спуститься.

- Добро пожаловать в дом Астора, Криста, - сказал он то ли с радостью, то ли с издёвкой. С этим хитрым лисом никогда ничего не понятно, говорит он всерьёз или подшучивает.

Я слезла и огляделась, широкий двор вместил в себя не только двухэтажный дом, но и многочисленные постройки. Слуги торопливо уводили лошадей в каменную добротную конюшню, откуда пахло свежим сеном. Воины спешили в приземистое жилище, на ходу стаскивая тяжёлые, промёрзшие плащи, наверное, это постройка, в которой они жили. Кай остался со мной, держа мою ладонь в своей руке. Я разглядывала дом. Первый этаж его был из камня, с узкими окнами, больше похожими на бойницы, а второй - из дерева, с красивыми резными наличниками, на коньке крыши виднелись лошадиные, искусно вырезанные головы. Окна на втором этаже были куда больше, и сейчас из них во двор лился золотистый свет, обещая тепло и пищу.

- Астор! - На крыльцо выбежала девушка в одном платье, кинулась вниз по ступеням и утонула в объятьях ярла, - ты вернулся!

- Это Ракель, невеста хозяина, - наклонился ко мне Кай.

Девушка отпрянула от жениха и вдруг обратила свой взгляд на меня: глаза её превратились в щёлки, тонкие ноздри раздулись, челюсти сжались. Она что-то сказала ярлу, гневно сведя брови к переносице, и я поняла, лёгкой жизни мне здесь не светит.

***

В комнатушке было прохладно, но мне принесли тёплое, стёганое одеяло, а на кровати лежала самая настоящая перина, я такую только у бабушки в деревне видела, давным-давно в раннем детстве. С удовольствием опустилась на пышный пуховый матрас. Что ж, меня заточили в очень даже комфортабельную темницу.

Спаленка располагалась на втором этаже, недалеко от покоев самого ярла. Ракель, увидев, куда меня поселили, взбеленилась пуще прежнего, её светло-голубые глаза побелели от ярости. Не будь рядом со мной Кая, которому Астор поручил моё обустройство, невеста ярла разорвала бы меня на клочки.

- Это обязательно? - Робко спросила я, заходя в комнату.

- А ты хотела бы жить со слугами? - Хмыкнул рыжий, запрыгнув с ногами на постель, - гм, недурно. Боюсь, Астор не хочет испытывать на себе все тычки и шпильки, которыми тебя наградит Гельда, она главная над прислугой в этом доме, а норов у неё, под стать хозяйскому.

- Меня, скорее, ночью Ракель придушит, - я огляделась, рассматривая своё пристанище.

Небольшая комната с добротной мебелью: маленький камин; рядом кровать; под окном сундук для одежды, которой у меня не было; у стены стол и стул, на полу домотканый коврик.

- Не переживай, Криста, у тебя лучший в мире охранник, - хохотнул Кай, лукаво улыбнувшись, - позволь отклоняться, - шутовски поклонился рыжий плут, поднявшись с кровати, - мне пора.

Теперь я сидела в полном одиночестве, размышляя, что же будет дальше. Дверь скрипнула, и в комнату вошла невысокая старуха, тощая, как жердь, а кожа её казалась дублёной, такой грубой она была. В руках у неё был поднос с едой.

- Хозяин велел передать, - недовольно сказала она, поджав губы, - я Гельда, - представилась она, повернувшись ко мне спиной и почти бросив поднос на стол, - вода в кувшине, горшок под кроватью.

С этим напутствием старуха развернулась к двери и вышла, в замочной скважине повернулся ключ. Замечательно, меня ещё и заперли.

Есть, несмотря на то что за день мне перепал лишь кусок хлеба с вяленым мясом, совершенно не хотелось. Напилась воды, посидела на шкуре возле нерастопленного камина и легла в кровать не раздеваясь. Мне даже свечи не принесли.

Под утро стало совсем холодно, я стучала зубами под одеялом, а потом постелила его вместо матраца, укрывшись периной, стало чуточку легче. Сон не шёл, более-менее согревшись, выбралась из постели. Чтобы разогнать кровь, прыгала по комнате, размахивая руками. За этим занятием и застала меня Гельда, её брови подскочили к редким седым волосам, прикрытым платком.

- Ты чего?

- Х-холодно, - ответила я, стуча зубами.

Старуха кинула взгляд на камин, хмыкнула и тут увидела нетронутую еду:

- Вот как? - Сказала она, будто сама себе, не глядя на меня, - тем лучше, своих ртов хватает, чтобы ещё оборванок кормить.

Она вышла из комнаты, не забыв её запереть.

Утренние лучи скользили по морозным узорам на стёклах, превращая их в разноцветные неземные картины, окно так заиндевело, что даже улицу было почти не видать. Не знаю, сколько я просидела в комнатушке, закутавшись и в одеяло, и в перину. Изо рта шёл пар, пальцы почти не двигались. Жаль, что чувства голода и холода не передаются Астору.

Интересно, как скоро я помру от воспаления лёгких? В том, что заболею, даже не сомневалась, тут и насмерть замёрзнуть можно. От озноба клонило в сон, облокотившись о стену, закрыла глаза, но моё внимание привлекли крики со двора и начавшийся переполох. Соскочив с кровати, подошла к окну прислушиваясь.

- Астор! - Вопел какой-то мужик, - не такого закона, чтобы чужих дочерей воровать точно рабынь!

Подпрыгнув от неожиданности, стала скрести окно заледеневшими пальцами. Это приехали за мной! Кто бы ни был отец той Кристы, я его уже любила.

Кто-то вяло отговаривался со двора, но ворота не открывали.

- Астор! Отопри, не то вызову тебя на тинг (прим. автора: народное собрание, суд, состоящий из мужчин)!

Не выдержав, кое-как провернула защёлку на окне и распахнула ставни:

- Отец! Я здесь! Помоги мне! - Орала, что есть мочи.

За воротами стояли трое мужчин, двое постарше, один помоложе. Не знаю, кто из них мой папа, но не всё ли равно. Замахала руками, привлекая к себе внимание:

- Я здесь, отец!

- Криста! Дочка! - К воротам бросился высокий седовласый мужчина, закутанный поверх плаща в медвежью шкуру, принявшись молотить что есть сил кулаками, створки содрогнулись от ударов.

Слуги бестолково носились по двору, ожидая приказов и создавая лишнюю суматоху, кто-то просто глазел на меня.

- Ого, - пробормотала я, - папуля-то силён.

В этот момент хлопнула дверь, по ступенькам сбежал Астор, отдавая приказы направо и налево.

Слуг точно ветром сдуло, лишь один мужчина кинулся к воротам, спеша открыть их. Астор глянул наверх, заметил меня и нахмурился. Во двор влетел отец, за ним и те двое, началась жаркая перепалка. Ярл пытался успокоить пришедших, но тщетно.

- Ты что себе возомнил?! Девицу на выданье, увести со двора, как скот какой! Опозорил семью! Я потребую ответа от конунга!

Астор заметно побледнел. Ага! Выходит, и на него есть управа! Ярл что-то ответил, кивнул в сторону двери. К отцу подошёл второй мужчина в годах, взял под руку и потихоньку повёл его в дом. Я закрыла окно и вмиг оказалась под дверью.

Топот шагов раздался совсем близко, прильнула к створке, слушая, что там происходит, в скважине провернулся ключ, и я, не успев отскочить, выпала в коридор.

- Дочка! - Мужчина в шкуре кинулся ко мне, помогая подняться, - цела? Как ты? - Он прижал меня к груди так сильно, что хрустнули рёбра, - мы же весь лес перетряхнули, чуть не под каждую корягу заглянули, а ты у Стига была, - на одном дыханье выпалил отец, - знахарь сам к нам пришёл после того, как этот хургов лиходей тебя увёз.