Четырнадцать (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 25

Отто Кремер оказался плохим мечником, хреновым алебардщиком, посредственным копейщиком, но вполне себе неплохим арбалетчиком и очень приличным лучником. Не Робин из Локсли. Стрелу в стрелу на мишени не всадит, но в мишень размером с голову из десяти выстрелов попадал девять раз, с сорока, примерно, метров. Это весь… это вся длинна их участка. Может он и дальше не менее точно стреляет? Не проверяли.

Сашка к тренировкам с оружием не привлекали, тут они вдвоём с купеческим сынком Семёном занимались вечером. Меч Коська бандитский из сундука достал, и два с собой Отто привёз. Тут проблем не возникло. Алебарда была у дядьки и две тоже немец привёз из Полоцка. Арбалет у Касьяна тоже был. А вот с луком похуже. Пришлось через дядьку искать у кого занять или купить. И ничего стоящего не попадалось, хоть езжай назад в их село и у второго дядьки, который кузнец, забирай, тот, что он в кузнице держит, или тот, что достался от разбойников Федьки-Зверя. Но бандитский похуже дядькиного. Пока тренировались с одним, тем, что бывший стражник из Риги с собой привёз. Лук был средней паршивости, хоть и составной.

За летние месяцы, а теперь ещё и за половину почти осени Коська мышечную массу набрал и мышцы эти натренировал, теперь натянуть тот самый мощный арбалет, который он с собой прихватил было не испытанием на прочность, а обыденным делом, сунул ногу в стремя и потянул. Пару секунд и готово. И воздух уже не портится.

С луком чуть хуже, нет, на имеющиеся сорок метров стрела уже у Коськи летит, но когда он смотрит, как натягивает лук немец, то понимает, что ему ещё качаться и качаться до той силы, с которой натягивает тетиву Отто.

При этом Стёпка, хоть и старше Касьяна на год, делает это всё и с луком, и с арбалетом дольше и хуже. Лук натянуть, чтобы добить до забора у него не каждый раз получается, а с арбалетом приходится, как Коська недавно, кряхтеть и рычать, чтобы тетиве в прорезь уложить.

Днём, когда Коська на учёбе-работе в кремлике, сын Тверда и Отто продолжают тренироваться, в том числе и приёмы самбо, которые им вечером Касьян показывают отрабатывают.

Всё это было до возвращения из дисбата дядьки Савёла. Этот с позволения сказать ХОЗЯИН ровно двое суток спал сначала. Не, может он и вставал поесть и до нужника, собранного недавно Никодимом по чертежам, нарисованным на земле палкой Касьяном, прогуливался. Хотя, к нужнику же привыкать надо, яблоню мог по старой привычке удобрять. Это точно был первый в Великом княжестве Литовском туалет типа сортир, обозначенный буквами «М» и «Ж», есть же у них Марта — Марита (Кто как хочет тот так и называет), и ей лучше будет посещать удобства отдельно, а то вломится кто-нибудь. Щеколды железной пока не изобрели, только крючки парень Звану заказал, но тот всё никак сделать не может, срочный заказ у него от Остея на наконечники для арбалетных стрел, чего-то видимо намечается.

Так проспался дядька и стал сам пытаться Коську бою на мечах и копьях учить, а ещё попробовал помериться пипи… умением в бое на мечах с Отто. Дело было вечером, делать было нечего, и все обитатели терема и пришедший с новыми формами под сыр Никодим стали свидетелем великой сечи.

Результат был хреновым. Оба поединщика получили ранения, Савёл немцу предплечье располосовал, а Отто ранил дядьку в бедро. Пришлось грузить обоих на телегу и везти к Язепу. Нет, Коська раны обработал, брат Константин мази целебные нанёс, но зелёного огня, что из себя Коська вымучил, даже на дядьку не хватило.

Не хотели немца воротчики впускать в кремлик, дядьку-то сразу пропустили, а Отто уже хотел домой отправляться, когда Язеп сам пожаловал к воротам, и они вдвоём с Коськой лечили немцу руку минут пятнадцать под неодобрительные взгляды дружинников княжьих. Не любят в русских землях немцев.

Глава 13

— Собирайся ученик… Ты это… монета есть ещё у тебя золотая? Та, флорин? — князь Остей после того, как вывихнул Коське плечо и чуть ключицу не сломал, к лекарю Язепу его не отпустил, а поставил перед собой, и, чуть помявшись, что совершенно с ним не вязалось, стал вопросы вопрошать.

— Нет, Ваша Светлость. Потратил на еду и одежды, — и это было почти правдой. Парень купил на рынке себе тёмно-синего атласа на флорин. Не нравилось ему в сюрко ходить, словно в бабском сарафане. Платье и платье, только рукавов нет. И решил он себе кафтан сшить у сестры Рыжего Мотри. У купца Тверда шуба или хрен знат, как эта штука называется, почти как кафтан и выглядела, так что не должны на него пальцем показывать, если он по кремлику будет в такой одёжке шастать, тем более, лето закончилось и каждый день становилось всё холоднее и холоднее. До минуса ещё не опускалась температура, но холодно в сюрко, а другой синей одежды у него нет. Не было.

За этот кусок атласа, читай толстой шёлковой ткани, пришлось отдать двадцать грошей или тот самый флорин, который оценили в дюжину грошей и восемь грошей сверху. Потом потребовался суконный подклад, потом шёлковые нитки, медные огромные шарики, которые тут служат пуговицами. Так пришлось нести их Звану, чтобы он перековал их в пуговицы, похожие на настоящие. В общем, только материалы обошлись в сорок грошей. Потом понадобился лист бумаги, который так и не удалось найти в Менске. Нашёлся лист пергамента. На нём Коська, как уж получилось, нарисовал кафтан со стоячим воротником, чуть приталенный, как у Ивана-царевича из детских книжек, и понёс всё это Мотре.

— Пять грошей и мне три раза придётся измерять тебя Касьян.

— Хорошо. Только не затягивайте, холодно становится.

Пока же кафтана нет, пришлось купить себе плащ. Пошёл в ярмарку на рынок городской прицениться. И в результате пришлось Коське покупать три плаща. Первый назывался — вотола. Это был безрукавный плащ длиной до колен, который подпоясывался у шеи. Изготовили его из толстой льняной ткани тёмно-синего цвета. Не, были и жёлтые, и красные, и серые, и зелёные, но на счастье парня был и этот из синего, так любимого лекарем Язепом.

Второй назывался — мятель. Эта была дорогущая штука. Коська за него отдал тридцать грошей. Ну, правда он своих денег стоил. Этот был пошит из испанского толстого очень качественного сукна, такого цвета красивого, типа, морской волны. И оторочен волчьим мехом. Красота. Один раз Касьян его надел в кремлик, холодно было и дождь нудный моросил, так Демьян — княжий ключник, увидев его, присвистнул.

— А ты знаешь, ученик, что за разорванный мятель в драке полагался высокий штраф — три гривны?

— Три гривны???!!! — полкило серебра с гаком за порванный плащ?

После этого в кремлик Коська его не надевал, хоть погода и настаивала. Не, три гривны получить он был не против, но выплативший потом его врагом до самой смерти станет. Кто же смирится с потерей таких денег.

Третьим плащом была епанча. Это тот же мятель, только длиннее, до пят, и без меха, а ну и ещё у него был капюшон. Этот был неподходящего цвета. Настолько тёмно-синий, что скорее чёрный, и проблески синевы только при ярком солнце проявлялись.

Так, что не соврал князю Остею парень, когда сказал, что флорин на одежду потратил. Он этих флоринов уже с десяток только на материал и плащи истратил.

— Ничего. Я Демьяну скажу. Он тебе на поездку выдаст один. Потом вернёшь… Хотя… Если то же самое получится, что и с Твердом, то не надо отдавать. Ладно, там разберёмся.

— А куда собираться, Ваша Светлость? — решил уточнить Касьян. Ох, не нравилось ему это путешествие предстоящее.

— Как куда⁈ Вот, ведь, все уже седмицу талдычат. В Полоцк едем. Там прибыли ратники дяди моего князя Андрея, что бились с Мамаем на Дону. Пир будет великий в честь победы над погаными. Покажешь свои умения с монетами дяде моему — князю Скиргайло и боярам.

Коська бы заболел, или даже руку сломал, так ему не хотелось в Полоцк этот ехать. Чувствовал, что ничем хорошим это путешествие не закончится. Или пир? Разницы нет. Конец ему не понравится.