Мастер Начертаний (СИ) - Ло Оливер - Страница 29

Он повернулся к оценщику, и картина перед ним стоила каждой капли чернил, потраченных на этот талисман. Оценщик вцепился в край стойки, и его аккуратная бородка подрагивала. Толстый помощник побледнел так, что веснушки на его щеках стали видны по отдельности, а тощий стоял с открытым ртом.

— Ба… базальтовая тестовая плита, — выдавил оценщик. — Её привезли из каменоломен Западного хребта. На ней проверяли артефакты третьего ранга, и ни один не оставил трещины.

— А мой талисман расколол её пополам, — прохрипел Мин. — Стихийный, многозарядный. Думаю, ваше предложение о двойной оплате по-прежнему в силе?

— Почтенный мастер! — Толстый помощник поклонился так резко, что чуть не стукнулся лбом о стойку. — Мы были невежественны, простите нашу глупость! Маскировка сбила нас с толку, мы и подумать не могли…

— Многозарядный стихийный талисман, — оценщик сглотнул и отодвинулся от двух оставшихся тепловых пергаментов на полшага. — С давящим аспектом. Это работа уровня мастера на ступени Ядра, не ниже.

Мин промолчал, скрестив руки на груди, и лицо оценщика позеленело, когда до него дошло, что он только что пообещал оплатить использованный заряд в двойном размере от конечной продажной цены. Он открыл рот, подбирая слова для торга, и в этот момент из-за перегородки вышел пожилой человек с седыми висками и внимательным взглядом. Он окинул сцену, обломки плиты на полу и фигуру в маске с почерневшим пергаментом, после чего подошёл к стойке.

— Ван Ли, — обратился он к оценщику ровным тяжёлым голосом, — ты опять спорил с продавцом перед демонстрацией?

— Главный оценщик Чжоу, я просто…

Увесистая ладонь Чжоу приземлилась на затылок Ван Ли, от чего тот клацнул зубами и втянул голову в плечи, а Чжоу даже не потрудился понизить голос.

— Мы зарабатываем с продаж, осёл. Чем выше цена лота, тем больше наш процент. А ты ставишь двойную оплату за демонстрацию мастерских талисманов, от которых каменные плиты раскалываются надвое? Ты вообще головой думаешь или она у тебя для причёски?

Чжоу повернулся к Мину, поклонился с коротким неподдельным уважением и заговорил совсем другим тоном, чем обращался к Ван Ли.

— Почтенный мастер, прошу простить невежество моего помощника. Позвольте мне оценить ваш товар.

Он взял оба тепловых талисмана и осмотрел их, поднёс к лупе и провёл пальцем по линиям контура. На секунду его лицо изменилось, когда он ощутил плотность ци внутри, и Мин по этому движению бровей прочитал удивление, которое Чжоу не потрудился спрятать. Потом главный оценщик положил рядом земляной с обугленными краями.

— Два тепловых с двойным зарядом и элементальным аспектом, — сказал он. — Начальная цена каждого, восемь духовных камней. Земляной с одним оставшимся зарядом, четыре камня. Долг Ван Ли по условию его же пари, двойная цена от конечной продажи земляного лота, будет выплачен вам по завершении торгов.

Ван Ли крякнул, и у него дёрнулся уголок рта. Двойная цена от продажи означала, что чем дороже земляной уйдёт с торгов, тем больше Ван Ли заплатит из собственного кармана. Прекрасная мотивация для оценщика, чтобы занизить стартовую ставку, и Мин оценил предусмотрительность Чжоу, который назначил цену сам.

— Ваша доля от каждого лота составит восемьдесят процентов конечной суммы, — продолжил Чжоу, выписывая бирки. — Расчёт по завершении торгов. Устраивает?

Мин стоял неподвижно и молчал, потому что если бы заговорил, голос мог его выдать, и вовсе не из-за горького корня. Двадцать камней стартовой цены за три талисмана, плюс двойная компенсация от Ван Ли сверху.

— Устраивает, — хрипнул он.

— Благодарю вас, почтенный мастер, что посетили наши скромные торги, — Чжоу поклонился. — Надеемся увидеть вас снова. Мы открыты каждый десятый день месяца.

Мин кивнул и отошёл от стойки, оставив Ван Ли тереть затылок и подсчитывать будущие убытки. Подвал тем временем заполнялся, по лестнице спускались покупатели, рассаживались по лавкам, переговариваясь вполголоса, и пара служителей раскладывала на помосте первые лоты. Мин выбрал место в правом ряду, ближе к стене, откуда просматривался весь зал, и сел, натянув капюшон пониже.

Он оглядывал зал, запоминая лица, когда его взгляд зацепился за дальний угол, и под маской Мин перестал дышать, хотя снаружи это никак не отразилось.

В тени крайней лавки, у самой стены, сидела девушка в неброской дорожной накидке, из-под капюшона которой выбивалась прядь тёмных волос, заколотых знакомой бамбуковой шпилькой. На поясе, полускрытом складками ткани, Мин различил бирюзовый шнурок и вышитый знак, волну, заключённую в круг. Шань Яо из Павильона Тихих Вод сидела в трёх десятках шагов от него и рассматривала список лотов, который ей протянул служитель.

Она не замечала его, и не должна была узнать, деревянная маска и бурый плащ превращали Мина в кого угодно, кроме подмастерья с ровными руками и лёгкой ухмылкой. Внутренняя ученица Павильона Тихих Вод на подпольном аукционе в захолустном городке, и Мин убрал этот факт на дальнюю полку памяти, рядом с вопросом о том, сколько она видела в ущелье.

Служитель поднялся на помост и трижды ударил деревянным молотком по медному гонгу, и Мин откинулся на спинку лавки, скрестив руки на груди под широким плащом, потому что аукцион начался.

Глава 13

Торги

Первым лотом оказался треснувший нефритовый медальон с остатками защитной формации, и Чжоу описал его парой скудных слов, после чего назвал стартовую цену в два духовных камня. Медальон ушёл за три, к рукастому мужику в кожаном фартуке, который по виду мог оказаться кузнецом или мясником, и разница между этими профессиями в Лунмэне, судя по всему, была невелика.

Мин наблюдал и считал. Связка сухих корней золотокорня ушла за два камня, мутный кристалл с остаточной ци за четыре, а флакон пилюль для прочистки каналов за целых пять. Для людей в этом подвале десять духовных камней составляли сумму, ради которой стоило прийти в сумерках, обойти охрану и просидеть два часа на жёсткой лавке. Мин прикинул, что недельный сбор Пэй Луна с первогодок Обители составлял чуть больше, и подумал, что Пэй Лун при всей его наглости оказался довольно скромным поборником по меркам Долины.

Шань Яо сидела неподвижно, и ни один из первых лотов не вызвал у неё интереса. Капюшон скрывал лицо, но выпрямленная спина и расправленные плечи выдавали ученицу, которую с детства учили сидеть ровно. Среди сутулых горожан и вразвалку рассевшихся наёмников она выделялась слишком очевидно, и Мин подивился, что никто ещё не обратил на это внимание. Впрочем, здесь каждый старался не смотреть на соседей, и Мин считал это разумным.

— Лот седьмой, — объявил Чжоу, и его голос перекрыл шёпот в зале. — Тепловой боевой талисман. Элементальный аспект, двойной заряд.

Он поднял пергамент с рыжими линиями, и Мин увидел свою работу со стороны. «Круг замыкания» и «знак отторжения», выведенные тепловыми чернилами из Чернильницы, тускло мерцали в свете фонарей, и по подвалу прошёл шёпот.

— Минуту, — раздался голос с задних рядов. Жилистый наёмник с повязкой на левой руке привстал с лавки. — Двойной заряд на бумаге? Бумага сгорит после первой вспышки, старик. Мы тут, знаешь ли, тоже не вчера родились.

— Ну да, — поддержал его сосед, широкоплечий мужик с серьгой в ухе. — Многозарядные талисманы рисуют на каменных плашках, и стоят они раз в двадцать дороже. С каких пор пергамент выдерживает два использования?

Чжоу махнул рукой, указав в угол зала, туда, где на подставке лежали два куска расколотой базальтовой плиты, и несколько голов повернулись.

— Это результат одного заряда земляного талисмана от того же мастера, — сказал Чжоу. — Базальтовая тестовая плита из каменоломен Западного хребта, на которой проверяли артефакты третьего ранга. Ни один из них не оставил на ней и трещины, а талисман расколол её пополам, и после этого на пергаменте остался второй заряд. Он, кстати, уйдет вполовину дешевле!