Мастер Начертаний (СИ) - Ло Оливер - Страница 36

— Оберег? — повторил он.

— От головной боли, — подтвердил Мин с серьёзным лицом.

— Ты очень заботлив, спасибо…

Дэ Шен помедлил, убрал талисман за отворот одежды и коротко поклонился. Мин ответил таким же лёгким наклоном.

— Ну надо же, какая картина! — раздалось сверху.

Гон Фэй спускался по лестнице, и его фигура перекрыла утренний свет. Лю Мэнь шёл следом.

— В Обители Серого Пика даже ученики прогибаются перед подмастерьями? — Гон Фэй прищурился и растянул губы. — Я слышал, что у вас тут стандарты невысоки, но такого… Может, вы ещё и ноги им моете? Рис подносите? Сандалии зубами расшнуровываете?

— Может, ты закроешь рот и дойдёшь до площадки, — ответил Дэ Шен не скрывая презрения.

Гон Фэй хмыкнул, переступил через последнюю ступень и прошёл мимо, задев Мина плечом. Лю Мэнь скользнул следом, не поднимая глаз. Мин проводил обоих взглядом, молча кивнул Дэ Шену и двинулся вниз, к Палате.

С козырька площадка просматривалась целиком. Мин устроился на старом месте, поставил ведро рядом для вида и стал смотреть.

Тренировка шла по вчерашнему сценарию. Первым вышел Тань Ин, продержался меньше минуты и отлетел от Лю Мэня с ладонями на висках. Тонкая струйка крови потекла из левой ноздри, и наставник Фэн рявкнул на него так, что эхо отскочило от подпорной стены. Парень убрался в строй, пряча лицо.

Следующим вышел Вэй Шань, рослый ученик на третьем уровне Пробуждения. Продержался дольше, кидал ци-удары, промахивался, терял равновесие и наконец упал на колено с ладонью на затылке. Кровь капала с его подбородка на гранитные плиты. Невозмутимый Лю Мэнь стоял напротив и пил воду из фляги.

Мин скосил взгляд на Гон Фэя. Тот сидел на том же месте и в той же позе, со щекой на кулаке и прищуренным глазом. Только сегодня его виски поблёскивали от пота, и по шее ходили жилы. Давил он сильнее вчерашнего, наслаждаясь эффектом. Мин ловил его едва заметную усмешку всякий раз, когда очередной ученик Обители падал с кровью из носа. Лю Мэнь на расстоянии вытянутой руки вёл себя сдержаннее, но тоже работал жёстче, ментальное давление шло по двум каналам одновременно, от Лю Мэня в контакте и от Гон Фэя сбоку, и двойной поток сбивал ученикам Обители управление телом так, что даже крепкие парни путались в ногах после первого обмена ударами.

Остальные ученики Павильона стояли поодаль с показным равнодушием. Другие группы спаррингов шли более менее ровно, но эта отличалась полной безоговорочной победой Павильона, отчего остальные ученики нет-нет, да посматривали в их сторону.

— Дэ Шен! — вызвал наставник Фэн.

Мин подался вперёд на каменном козырьке и не отводил взгляда от площадки.

Дэ Шен вышел из строя и встал напротив Лю Мэня. Он коснулся груди левой рукой, словно бы поправил одежду, и Мин знал, что под тканью пальцы нащупали плоский пергамент. Тонкая нить ци скользнула от ладони Дэ Шена в талисман. Линии «круга замыкания» проснулись, и ци пошла по контуру.

Парень опустил руку, принял стойку, и его лицо застыло в привычной невозмутимой маске.

— Начали! — скомандовал наставник Фэн.

Мин уловил всё разом. Лю Мэнь шагнул вперёд и повёл ладонью, и ментальная волна ударила в ближнем контакте. Гон Фэй на подпорке наклонил голову, и по его вискам прокатилась привычная дрожь, давление пошло вторым потоком, сбоку, мощнее, чем на предыдущих противниках, потому что оба ученика Павильона работали на проламывание, в Обители никто до этого не держал удара.

Ментальная волна вошла в Дэ Шена, и Мин поймал это ци-ощущением, ставшим острее после восьмого канала и бесчисленных ночных варок. «Знак отражения» на пергаменте подхватил входящий поток, развернул его на зеркальных точках пересечения и выбросил обратно по тому же вектору. Оба потока, от Лю Мэня и от Гон Фэя, вернулись к источникам с той же плотностью, с какой были посланы, и ударили в головы обоих учеников Павильона одновременно.

Лю Мэнь дёрнулся, будто его ударили в лоб невидимым кулаком. Из обеих ноздрей хлынула кровь, и он отлетел на два шага назад, запнулся о собственные ноги и рухнул на спину. Гон Фэй взвыл, и руки метнулись к вискам. Он скатился с подпорки на бок и обеими ладонями зажал голову, и тонкий красный ручеёк побежал у него из левого уха.

На площадке разом стихли все звуки, и в наступившей тишине были слышны только стоны Гон Фэя и хриплое дыхание Лю Мэня на полу.

Дэ Шен стоял на месте с руками вдоль тела. Он моргнул, перевёл взгляд с лежащего Лю Мэня на корчащегося Гон Фэя и моргнул ещё раз, не до конца понимая, что произошло.

Наставник Фэн замер с поднятой рукой. Наставник Чэнь Гуан повернулся от дальней стены, и на его неподвижном лице впервые за все дни тренировок проступило выражение, от которого Лю Мэнь на полу отполз на локоть.

Парень поднялся с рукавом, прижатым к носу. Лицо его побелело, глаза бегали. По подбородку текла кровь, и голубовато-серая одежда Павильона потемнела на груди.

— Наставник Чэнь, — сказал Фэн, и в его голосе не было вопроса. — Объясните мне, почему ваш ученик, который якобы отдыхал в сторонке, сейчас валяется с кровотечением из уха. Он ведь не участвовал в поединке, верно?

Чэнь Гуан перевёл взгляд с Гон Фэя на Лю Мэня. Его губы сжались в белую линию, и когда он заговорил, голос звучал тихо.

— Лю Мэнь. Гон Фэй. Встать.

Гон Фэй поднялся, покачиваясь. Из уха по-прежнему сочилось, и прищуренный глаз дёргался мелким тиком. Лю Мэнь встал рядом с окровавленным рукавом и затравленным взглядом.

Чэнь Гуан обвёл обоих глазами, и Лю Мэнь втянул голову в плечи.

— Значит, вы вдвоём работали против одиночных противников, — сказал Чэнь Гуан. — На совместной тренировке, на глазах у наставников обеих сторон. Какой позор.

Ни Лю Мэнь, ни Гон Фэй не ответили.

— Вы опозорили Павильон Тихих Вод, — продолжил Чэнь Гуан. — Наша школа основана на дисциплине ума, а не на жульничестве за спиной союзников. За это вы оба будете чистить отхожие места Обители вплоть до начала Испытания, чтобы хоть как-то загладить вину перед ними. Ежедневно. А если услышу хоть слово жалобы, отправлю вас обратно в Павильон, и пусть старейшина Шэнь сама решает, показывать ли ваши позорные рожи на Испытании.

Лю Мэнь побледнел настолько, что кровь на его подбородке стала единственным цветом на лице. Гон Фэй открыл рот, поймал взгляд Чэнь Гуана и закрыл обратно.

Остальные ученики Павильона стояли поодаль и старательно делали вид, что понятия не имеют, чем занимались эти двое, и вообще видят их впервые в жизни.

На стороне Обители происходило обратное. Тань Ин, у которого полчаса назад шла кровь из носа, расправил плечи и ухмылялся во всё лицо. Вэй Шань хлопнул Ли Сяна по спине, и оба скалились так, что Мину стало ясно, к обеду история обрастёт подробностями, которых никогда не было. Кто-то толкнул Дэ Шена в плечо, кто-то крикнул «ну ты даешь, брат!», и Дэ Шен стоял посреди этого шума с озадаченной полуулыбкой и молча отвечал на рукопожатия.

Мин забрал своё ведро и слез с выступа.

После ужина Дэ Шен нашёл его на тропе за Палатой Начертаний, в том самом месте, где Мин обычно сидел с Горном над обрывом. Мин услышал его тихие ровные шаги и обернулся.

— Мин, — Дэ Шен остановился рядом. Он помолчал, и пальцы его левой руки коснулись груди, там, где под одеждой лежал пергамент. — Я хотел сказать, тот оберег, что ты…

— Какой оберег? — Мин пожал плечами, прервав его. — Я подмастерье, Дэ Шен. Мне даже кисть в руки не дают, только ступку и тряпку. Какие уж тут обереги.

Дэ Шен выдержал его взгляд, и в обычно непроницаемом лице парня промелькнула тень понимания. Он медленно кивнул.

— Понял, — сказал он негромко. — Но я все равно у тебя в долгу.

— Мне ничего не должен человек, которому я ничего не давал.

Уголок рта Дэ Шена дрогнул, и Мин впервые увидел на его лице скупую, но живую улыбку.

— Завтра совместные полевые учения, — Дэ Шен сменил тему. — Обитель и Павильон небольшой группой будут проводить разведку маршрута к Запретной Зоне, проверка местности, так сказать. Наставники берут по десятку учеников от каждой стороны и нескольких подмастерьев для сбора образцов. Я буду в группе.