Я попала в свекровь (СИ) - "Diva" - Страница 17

​Он взял ручку и сделал пометку, фиксируя свою часть. Максим последовал его примеру. В воздухе висело странное чувство: они подписывали не просто финансовый документ, а новый социальный контракт.

​— Ты ускоряешь процесс, — заметил Максим, глядя на Марину с новым интересом.

— Я убираю лишние круги, чтобы решения не висели в воздухе месяцами, — ответила она, закрывая папку.

​Аркадий выпрямился. Он провел ладонью по гладкой поверхности стола, словно проверяя, не изменилась ли она физически. Его не покидало ощущение, что Марина заманила их в ловушку «идеальной честности», где любая ошибка станет поводом для публичного судилища.

— Хорошо, — сказал он, принимая вызов. — Проверим на практике. Я беру на себя управление общим счетом и еженедельный отчет.

​Марина молча пододвинула ему лист для итоговой записи. Аркадий зафиксировал своё обязательство размашистым почерком, ставя точку так сильно, что на бумаге остался глубокий след.

​В комнате повисла тяжелая, плотная пауза. Но на этот раз никто не поспешил уйти. Алина осталась стоять у стола, Максим не потянулся к телефону, а Аркадий не вернулся к прежней дистанции. Марина смотрела на них — на свою новую систему в действии — и не добавляла ни слова. Решения были приняты, и теперь им предстояло научиться жить внутри этих прозрачных, но абсолютно жестких границ.

Глава 22

Марина спустилась в холл раньше, чем обычно. Она не стала никого звать, а просто развернула на консоли у входа несколько листов и выразительно положила рядом ключи от машины. Проверив время на часах, она приоткрыла входную дверь — безмолвный знак того, что решение принято, карета подана, и любые возражения будут рассматриваться исключительно на ходу.

​Шаги сверху прозвучали быстрее, чем в предыдущие дни. Через несколько секунд на лестнице появился Максим, застёгивая куртку.

​— Мы куда-то выходим или это акция по проветриванию помещения? — спросил он, задержав взгляд на дверном проёме.

​Марина не обернулась, лишь небрежно сдвинула бумаги к самому краю консоли.

— Едем в банк, — ответила она, забирая ключи. — Оформляем общий счёт с доступом для всех. Пора переходить от теории доверия к практике транзакций.

​Максим остановился у последней ступени, скептически приподняв бровь.

— Ты уже всё подготовила? — он кивнул на листы. — Скорость, достойная лучшего применения.

​— Уточнений не будет, — Марина показала список. — Нам нужно просто прийти и подписать. Если, конечно, ты не планируешь потратить утро на дебаты о смысле накопительных систем.

​Алина вышла из кухни с сумкой через плечо и заняла место у двери так естественно, будто её присутствие в плане было аксиомой.

— Я еду с вами, — констатировала она. — Кто-то же должен следить, чтобы вы не заблокировали друг другу доступ в первую же минуту.

​Марина открыла дверь шире и первой вышла на улицу. Холодный воздух бодрил, заставляя двигаться чётче. Максим обошёл машину, открыл дверь для Алины, а затем сел за руль.

​— Адрес в навигаторе, — Марина пристегнулась. — У нас двадцать минут. Этого достаточно, если не будем обсуждать, кто лучше водит.

— Я промолчу, — хмыкнул Максим, трогаясь с места. — Безопасность счёта важнее моего эго.

​В банке Марина двигалась как по расписанию. Сотрудница в переговорной разложила формы, но её дежурная улыбка чуть померкла под прямым взглядом Марины.

​— Общий счёт, раздельный доступ, — Марина не села, а осталась стоять, положив ладонь на стол. — И чёткие лимиты на личные нужды. Чтобы «случайная» покупка яхты не стала сюрпризом для остальных.

​Максим сел и взял ручку.

— И кто у нас будет «самым главным» держателем? — спросил он, глядя на Марину.

— Никто, — отрезала она. — Счёт без иерархии. Управление по договорённости. Мы же строим демократию, Максим, пусть и с очень ограниченным бюджетом.

​Алина подтянула к себе бланк.

— Личные операции без согласования в пределах лимита, — зачитала она. — То есть, если я куплю лишний кофе, уведомление на весь дом не прилетит?

​Максим вписал сумму в поле и посмотрел на Марину.

— Этого достаточно?

— Для старта — да. Пересмотр через неделю, когда поймём, кто из нас самый расточительный, — ответила Марина.

​В этот момент в переговорную зашёл Аркадий. Он двигался бесшумно, но его присутствие мгновенно уплотнило воздух. Он сел напротив, не извиняясь за задержку, и сразу притянул к себе один из бланков.

​— Отчёт раз в неделю, — сказал Аркадий, пристально изучая пункт о верификации расходов. Его взгляд был таким колючим, будто он уже искал скрытые комиссии или следы двойной бухгалтерии. — В одно и то же время. И желательно с чеками. Я не доверяю цифрам, которые не подкреплены бумагой.

​— Фиксируй, если это поможет тебе спать спокойнее, — Марина сдвинула к нему ручку.

​Аркадий подписал строку с такой силой, что ручка едва не прорвала бумагу. Он перевёл подозрительный взгляд на Алину, словно проверяя, не спрятала ли она уже пару купюр под бланком. Алина взгляд не отвела, поставив свою подпись аккуратно и демонстративно медленно.

​Сотрудница банка, явно мечтавшая оказаться где угодно, кроме этой комнаты, протянула терминал для подтверждения. Максим ввёл код, Алина повторила движение. Когда устройство оказалось у Марины, она ввела данные и вернула его на стол без лишних слов.

​Аркадий подтвердил последним, но терминал отдавал так, будто это был пульт управления ядерной ракетой.

— Подтверждено, — буркнул он, поднимаясь. — Теперь проверим, как эта ваша «финансовая свобода» выдержит столкновение с реальностью.

​Марина забрала папку со стола.

— Проверим сегодня.

​Они вышли из банка единой группой. Никаких пауз, никаких лишних обсуждений — механизм был запущен. Максим открыл машину и посмотрел на Марину, уже не пытаясь доминировать.

​— Куда дальше, босс? Или теперь мы голосуем за каждый поворот?

— В супермаркет, — Марина села на переднее сиденье. — Закрываем первую часть списка. И постарайся не покупать ничего, что не входит в «договорённость».

​Аркадий сел рядом с Максимом, не откидываясь на спинку. Он смотрел на дорогу так, будто ожидал засады на каждом перекрёстке, или, как минимум, резкого скачка инфляции. Алина сзади уже что-то активно отмечала в телефоне.

​Машина тронулась. Старые модели поведения остались где-то за дверями банка, вытесненные сухими цифрами нового общего счёта.

Глава 23

Валерия Аркадьевна вернулась в офис без предупреждения. После двух недель позорного отстранения за «недопустимый стиль общения» и фактически сорванный контракт с ключевым партнёром, её появление должно было сопровождаться визитом к руководству с повинной головой. Но она не остановилась у стойки администратора и не собиралась извиняться.

​Она прошла вглубь офиса, чеканя шаг. Разговоры стихли мгновенно. Коллеги замерли, глядя на Марину, которая ещё недавно рыдала в туалете после выговора, а теперь шла по коридору с лицом человека, принимающего парад. Она заняла своё место, не оглядываясь на онемевших сотрудников, поставила сумку на стол и открыла ноутбук. Экран она развернула так, чтобы его было видно из соседнего ряда — скрывать ей было нечего, она пришла забирать своё.

​К её столу подошёл руководитель проекта. Он не скрывал ярости, но старался говорить тихо, чтобы не устраивать сцену при всех.

— Нам нужно обсудить письмо клиенту, — сказал он, положив папку на край стола. — Ты отправила его вчера вечером, нарушив условия своего отстранения. Ты вообще понимаешь, что после сорванного тендера тебе запрещено даже приближаться к почтовому серверу?

​Валерия Аркадьевна подняла на него взгляд. В этом молодом теле она чувствовала себя генералом, которому указывает дорогу сержант.

— Я отправила финальную версию, которая спасёт остатки вашей репутации, — ответила она. — А то, что вы называете «сорванным проектом», было избавлением от невыгодных обязательств. Согласование с вашей стороны было лишь формальностью, на которую у меня не было времени.