Обменный фонд. Том 2 (СИ) - Линник Сергей - Страница 3

Напарник открыл дверь, отозвавшуюся жалобным колокольчиком, и крикнул в тёмный коридор:

— Соломон Львович, мы не опоздали?

— Нет, Михаил Николаевич, вы, как всегда, вовремя, — произнёс уверенный баритон в ответ. — Я уже иду.

Вышел к нам вполне обычно одетый дядечка, совсем на Соломона не похожий. Довольно высокий, метр восемьдесят с хвостиком, лет пятидесяти, русоволосый, чуточку курносый. И разговаривал безо всякого акцента, как диктор на радио.

— У вас готово? — спросил Михаил.

— Конечно, прошу вас, — и нотариус показал на стулья у небольшого конторского стола. — Документ готов, сейчас мы соблюдём все формальности и подпишем.

Мы расселись, и я спросил:

— Извините, можно воды?

— Да, конечно, простите, не предусмотрел.

Он принёс графин и стаканы на подносе, налил мне воды.

— Что же, я продолжу. Специально для вас, — он кивнул мне, — я сразу переведу на русский, но поверьте, английский оригинал ничем не отличается. Впрочем, вы получите на руки свой экземпляр и сможете его проверить любым способом.

Он прокашлялся, взял лист бумаги и начал читать:

— Я, нотариус города Нью-Йорк Соломон Минский, зарегистрирован… удостоверяю…

Текст длинный, занудный. В какой-то момент я перестал даже пытаться понять, пока не прозвучало:

— При выполнении условий, хранящихся в запечатанном мной конверте. Господин Морган, желаете ознакомиться?

Я кивнул, скорее автоматом, чем осознанно, и Миша подал мне листик. Текст был на английском.

— Сейчас, погоди, перевод дам, — сказал напарник.

Я развернул листочек, сложенный пополам, и прочитал: «До первого сентября тысяча девятьсот сорок пятого года США не продемонстрируют и не применят особо разрушительное оружие, созданное на новых принципах».

Необязательные сведения — 1

Иногда в тексте попадаются явления и/или персоналии, не всем известные. Некоторым читателям незнание таких подробностей мешает. Так что это — замена сносок, которые АТ никак не может довести до ума до сих пор.

1) Девяностый пирс — находится на Гудзоне, именно там (и на пирсах рядом) в 40-е был причал для кораблей, прибывших из-за океана. Те, кого не загоняли в карантин на острове Эллис, сходили на берег в этом месте.

2) Фильм со словом «табак» в названии — «Tobacco Road», один из лидеров проката в США весной 1941 года.

3) Гостиница Ink48 — вполне пристойное заведение, от 90-го пирса пешком меньше километра. На машине — чуть больше, из-за особенностей дорожного движения. Находится на углу 11 Авеню и 48 улицы. Желающие могут поселиться в нее и сейчас.

Глава 2

Старик Компсон молчал почти месяц. Вроде и не очень долго, ведь для него это дело не срочное. Мало ли когда, наконец, подвернётся случай вспомнить в беседе солидного мастера по замкам. Это же надо, чтобы нужный человек находился рядом, тема разговора подходящая возникла, да ещё и дед вспомнил при этом именно меня. Да, попытка взлома — событие, стоящее рассказа, но всё равно не первостепенной важности. Строительство вдоль Шестьдесят шестой, новая угольная шахта в Гэллапе, виды на урожай — вот что занимает джентльменов гораздо больше.

Вызов пришёл в моё отсутствие. Так всегда: стоит сходить пообедать в ресторанчик по соседству, возвращаешься, а тебе секретарша, миссис Торнтон, выдаёт список желавших пообщаться как минимум из трёх пунктов. Хотя до этого полтора часа телефон молчал. Я пробовал хитрить: переносил время обеда, пытался есть в офисе — ничего не помогает. У меня уже появилась теория о невидимом наблюдателе, который сигналит об отсутствии мистера Моргана всем заинтересованным лицам. Участие миссис Торнтон не подтверждено: такая фигня творилась и до того, как она пришла ко мне работать.

Глянул на список — вроде ничего выдающегося. Ни одной знакомой фамилии. Причины все, как под гребёнку: желание обсудить заказ. Не знаю, почему некоторые уверены, что пообщавшись со мной лично, они внезапно получат какие-то преференции. У меня секретарша не только варит сносный кофе, но и готова проконсультировать заказчика по всем вопросам, согласовать время и составить предварительную калькуляцию. А я? Скажу, мол, да, готовы исполнить любую прихоть за ваши деньги и сообщить, что специалист свяжется совсем скоро.

— Соединяйте по очереди, — вздохнул я. — Нет, заварите мне сначала чаю.

— Как обычно, большую кружку и покрепче? — поинтересовалась секретарша.

— Как всегда, — уточнил я. — Других рецептов не признаю.

Я пошёл в свой кабинет, снял пиджак, повесил его в шкаф на плечики, бросил на полку шляпу и сел за начальственный стол. Можно работать дальше.

Нужный звонок был третий в списке, предпоследний. Я засёк фамилию, но зачем торопиться? Миссис Торнтон — славная женщина и отличный специалист, но на кой ляд давать ей повод для размышлений о вещах, её совершенно не касающихся? Ей уже почти сорок, дочка на выданье, сына надо пристроить в колледж — забот куча и без размышлений о звонках босса. Пусть всё идёт своим чередом.

— Мистер Колдфилд? — наконец, услышал я из приёмной фамилию племянника Компсона. — Вы готовы говорить с мистером Морганом? Соединяю.

После нотариуса мы вернулись в гостиницу. Михаил, проходя мимо портье, остановился, что-то сказал ему, тот кивнул и сразу потянулся к телефону.

— Ну, отпразднуем? — спросил я уже в номере.

— Пока не знаю, — ответил Миша. — Сейчас скажут.

И правда, телефон зазвонил тут же. Напарник поднял трубку, послушал, буркнул «окей».

— В Чикаго давно не был? — поинтересовался он. — Вот, появилась возможность освежить воспоминания. Отпразднуем в поезде. Портье звонил, билеты заказал.

— Даже не думал никогда, что попаду туда.

— Ну вот, расширишь кругозор. Вместе со мной. Собирайся, через три часа уезжаем.

— Да мне собираться — пять минут с перекуром.

— Обрастёшь ещё барахлом, не переживай.

— Слушай, я отлучусь. Буквально на полчаса.

— Лёня, ты и здесь музейщицу завёл? Не ожидал. Когда хоть?

— Очень смешно, — сказал я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Нет, никого у меня здесь нет.

— Только прошу, не опаздывай, а то билеты придётся сдавать.

Вот же… душу растравил. Я старался о Лидии вспоминать пореже, загонял память о ней в дальние углы, но она всё равно прорывалась наружу. Как бы хотелось просто посидеть в её комнате, лицом друг к другу, за чашкой чаю. Чтобы между нами стояла розеточка с мелкой щербинкой на краю, с непременным вишнёвым вареньем, из которого не вытащили косточки. Ничего, Миша, я доберусь до твоих воспоминаний. Не может такого быть, чтобы жить рядом и не проболтаться. И тогда тоже полосну по живому. Ждать я умею.

От гостиницы до Четвёртой авеню далековато, в полчаса не уложусь, даже быстрым шагом, но назад можно и на такси уехать. Не бежал, но близко к этому. Спина точно мокрая. Я остановился у нужной витрины и с удовольствием заметил, что там ничего не изменилось.

Зашёл внутрь, навстречу поднялся из-за прилавка молодой парень, студент, наверное. Вон, перед ним явно какой-то учебник с формулами. Он поздоровался, я кивнул. Щёлкнул пальцами, вспоминая слова, потом показал на томик Чехова в витрине.

— Зыс ван. Хау мач?

Я поднял трубку, и голос на той стороне представился:

— Мистер Морган? Меня зовут Николас Колдфилд. Мне о вас рассказал дядя, вы у него замки недавно чинили. Томас Компсон, помните?

— Да, конечно.

— У него о вас только превосходные отзывы. Давно не слышал от дяди таких оценок. Старик обычно более сдержан. Извините, что отвлекаю. Мы могли бы встретиться? У меня для вас деловое предложение.

— Да, конечно, мистер Колдфилд.

— Сегодня в пять, сможете?

— Да.

— Буду ждать вас в «Антиквити», это на Ромеро-стрит, в районе Западного парка.

— Спасибо, мистер Колдфилд. До встречи.