Не брат я вам, хоть и Гримм (СИ) - Владимиров Денис - Страница 41

Не стал проговаривать, что я больше пяти лет в Зеленоминске не был, акцентировал внимание на другом:

— Вот поэтому в любое свободное время нужно тренироваться извлекать необходимые препараты из аптечки и применять их. Доводить движения до автоматизма. Например, сегодня Ольга не смогла ничем сама себе помочь, а она медсестра со стажем и насмотрелась на все во время работы. Правильные рефлексы — вот что спасает реально в экстремальной ситуации.

— А сам-то тренировался? И где успел? — сразу спросил Сергей, собирающий мандарины.

— Обязательно. Больше пяти часов, пока ждал прибытия. И здесь нет-нет и пробовал. Поэтому и получилось людей спасти.

Так по окраинам добрались до одинокого дерева, растущего прямо из песка.

Точно. Она. Родная. Финиковая пальма. И сканирование показало тоже самое, после инекса немного опасался.

Живые формы вокруг тоже присутствовали. Небольшие змеи, несколько ящериц. Но ближайшие находились метрах в пяти от нас. Прятались в клочках травы. После просветки навыком обозначались, как угроза. Ядовитые.

Наконец-то подросла «пси-сила» до 1. Связал это с заполнением хранилищ и использованием навыков, которые тратили соответствующую энергию.

Плоды же на дереве сочные, чуть подсушенные. И главное зрелые. Сладкие-сладкие. Отлично. Вот именно с ними я и хотел черного чая, пару кружек, и настолько желание было сильное, что забивало собой другие.

Предупредил об угрозе ядовитой фауны.

— Фиги-финики срывают, ну и Африка, вот так Африка… — под нос себе декламировал Зулус, явно прилипло. Сергей работал молча.

Напоследок и несколько ананасов сорвали.

Я срубил лопаткой Зулуса пять бамбуковых стволов, расположенных ближе всех к Куполу, толщиной у основания в руку. Добавил к ним два «лаена», не обрубая ветки, которые росли зонтиком на макушке. Выглядели они как идеально прямые жерди длиной около шести метров. Аккуратно уложил в пачку. Обвязал обрывком веревки, оставшейся от травников. Никому больше ничего не требовалось.

Вокруг же тихо, но на душе отчего-то становилось тревожней и тревожней.

Быстро осмотрелся по сторонам.

Ничего.

Нет, что-то мне не нравилось в окружающем. Провел вновь сканирование. И здесь никаких угроз. Никто к нам не подкрался. Опасности не было, по крайней мере в радиусе десяти метров. Но…

И Зулус с Мутным тоже напряглись.

Птицы.

Точно. Криков стало меньше. Гораздо меньше, и все раздавались в отдалении. Поблизости тишина. Зловещая. И ощущение приближающейся беды росло и росло. Непонятное чувство.

— Чет как-то страхово! — поделился Антон с нами мироощущением. Сергей же сосредоточенно головой вертел на триста шестьдесят градусов, а пальцы на рукояти лопатки побелели. Впрочем, у Зулуса тоже. Да и я дубину тискал.

— Ночь скоро. Возвращаемся. Будет день — будет пища.

С этими словами подхватил свой груз и потащил в направлении выхода. Добраться мы успели до ручья. Пересекли его, оказались неподалеку от места гибели мужика из траворезов, когда проняло до реальной дрожи.

И ведь ничего не происходило зловещего! Никаких теней, криков или заполошных воплей. А, казалось, сами поджилки начинали трястись. Вибрировать. И мороз шевелил под шлемом волосы. Он же вместе с потом, ставшим ледяным, сбегал вниз по позвоночнику. Инфразвуковое оружие?

Давящая обстановка.

То, что это никакая необоснованная паника доказала «Ментальная сопротивление», выросшая до двух.

До входа в ущелье оставалось немного, когда Зулус совершенно неожиданно с матерным воплем прыгнул вперед, рассекая воздух лопаткой.

— Получи, тварь, получи! — заходился он в крике, рубя кусты и траву, которые летели вместе с почвой в разные стороны.

Одновременно с атакой Антона Сергей свалился на землю. Покатился вправо с истошным:

— Ааааа!

Поднялся на карачки, даже на них он покачивался из стороны в сторону, а затем уселся на колени, закрыл уши ладонями, опустил голову. Завыл хрипло на одной ноте. В это время второй спутник продолжал яростно рубиться с кем-то неведомым, а у меня перед глазами очередное повышение «ментального сопротивления» до трех.

Я же ничего не понимал. Угроз не видел.

В голове же заполошная мысль, что делать? Что?

На такой вариант никаких средств не имелось, такое даже предположить не мог.

Единственная мысль — тащить по одному под Купол.

Скорее по наитию, чем осознанно, вдавил «сканирование», которое тоже сразу выросло до двух: «Внимание! Опасная зона! Рекомендация покинуть ее пределы!».

«Видеть скрытое» и «познание сути» скакнули до 1.

Заминка вышла, едва ли больше пяти секунд. Границу с безопасной местностью я видел четко на мини-карте, у Сергея уже из носа хлынула кровь, а затем его начало выворачивать. Зулус заходился в ярости, лицо перекошенное, оскаленное — прыгал, орал, рубил и рубил. Пинался, отталкивал от себя кого-то невидимого, перебрасывал через себя, долбил кулаком левой. Иногда взрыкивал победно. Но, видимо, все же проигрывал некую битву.

— Суки! — кричал он, брызгая слюной, высекая из каменного зуба искры штыком лопаты, — Сдохните! Сдохните!

Не думая, не размышляя больше, схватил за лямку подтяжек Мутного, протащил совершенно несопротивляющегося компаньона метров семь в сторону входа в ущелье за линию области непонятного воздействия. Метнулся обратно, не доходя пяти шагов до воюющего товарища, рыкнул:

— Антон! — но тот явно не слышал, а продолжал в исступлении наносить удары по камню. — Зулус! — ноль внимания. Да и не знал он, что я его так прозвал.

— Да сдохнешь ли ты падла⁈ — рычал он. А глаза красные-красные, капилляры полопались. Неожиданно напарник отпрыгнул в сторону, ушел как-то ловко перекатом влево. Избавился от рюкзака. А затем с места перекувырнулся через плечо, вскакивая, вновь рубанул воздух, еще и пнул его. И ловко так.

Единственный вариант — вырубить и вытащить.

Чем не план?

Но и он провалился.

Точку в деятельности товарища поставила маленькая, не больше тридцати сантиметров в длину, черная змейка. Она, пока Зулус катался по земле и траве, вцепилась ему в предплечье. Вот он ее сорвал, отбросил куда-то далеко в сторону, отмахнулся опять от кого-то своим оружием и стал заваливаться на бок.

В это время и меня начало пробирать — перед глазами какие-то мутные тени, заплясали на периферии зрения непонятные образы чудовищ, казалось, эти призраки вот-вот атакуют, и страшно до ледяных мурашек по позвоночнику. А еще голоса, шепчущие нечто невнятное и с такой громкостью, когда поневоле начинаешь прислушиваться… Земля покачивалась под ногами. Мозг же работал разгоняясь, сопоставлял поведение товарищей с реальной обстановкой, значит, ничего и для меня нет. Это воображение!

Но телу не прикажешь, тоже едва не рухнул, теряя равновесие, качало как вусмерть пьяного.

Дезориентация почти полная.

Приземлился рядом с Зулусом, у которого на уголках губ выступила желтая пена. Учитывая отсутствие зрителей, воткнул ему в руку материализовавшийся из воздуха антидот.

Самого дикаря схватил опять же за подтяжки пояса и волоком по памяти вытащил из опасной зоны. Двигался с закрытыми глазами — сразу стало ориентироваться на порядок легче.

И, как только перешагнул через невидимую черту, и тут же словно выключателем щелкнули, поверхность перестала качаться, тени исчезли вместе с сонмом голосов, но голову чуть кружило. В это время с земли поднялся и Мутный. Он осматривался по сторонам уже вполне осознанно, взгляд же ошеломленный, с безуминкой. Зашевелился со стоном Зулус.

Вдох-выдох.

А в верхнем левом углу системка: «Ментальное сопротивление» +1. И теперь она достигла четырех.

Нормально прокачался. Рюкзак потерял непонятным образом, впрочем, и спутники их лишились.

Оставить?

Ну уж нет. Как действовать — понятно. Если пробирать начинает — глаза закрыть и все в порядке.

Страх шептал:

— Ты сейчас мозги себе спалишь!

Послал его с каким-то злобным ожесточением.