(не) Суррогатная мама (СИ) - Тур Злата - Страница 23

— Зачем ты сказал, что у нас все хорошо? — выдавливаю из себя вопрос и понимаю: настал момент объяснить все.

— Алик. Я получу деньги, и мы с Мишкой уйдем, — тихо, но твердо сказала я.

— Что?! Так ты с ним уже снюхалась! Продалась! Конечно, он же богач. Я так и знал! Ты быстро переметнулась. Забыла, что я для тебя сделал? Подобрал чуть не на помойке. Дал твоему сыну свою фамилию. И это твоя благодарность? Можешь хоть сейчас катиться к нему! Не пропаду! Найдутся женщины, которые оценят добро!

Хоть сейчас идти мне было некуда. И обещание поставить его на ноги, данное себе, я не отменю, воспользовавшись обидой. Меня уже не задевали его мерзкие упреки. Я отработала хорошей женой достаточно, чтобы не чувствовать себя виноватой.

— Поистерил?! Молодец! Мужик! А теперь слушай меня! Единственный мужчина в моей жизни — это сын. А ты катись к черту вместе со своим Подгорским! Сейчас ты закроешь свой рот, чтобы Мишка спокойно уснул. Я возьму кредит, оплачу операцию и реабилитацию, и ты забудешь, что у тебя была жена. Причем, не самая плохая!

— Кстати, он там навороченную игрушку приносил, но я не взял. Сказал, чтоб убирался вместе с ней, — вспомнил Алик, чем еще может гордиться.

— Тебе принес игрушку? — уже откровенно издевалась я.

— Мишке. Но я сказал, что нам ничего не нужно!

— Ну да… Мы же в сказке живем…

Пошатываясь от стреляющей боли, я вышла из комнаты, от души хлопнув дверью.

Прислонилась лбом к холодной стене. Что это сейчас было? В порыве гнева у меня вылетело слово кредит, которое подразумевало многолетнюю кабалу. Но, кажется, другого выхода у меня не осталось. Я больше не выдержу соседство Алика и не смогу стать инкубатором для зажравшихся Подгорских. Я буду работать, как каторжная, но зато спать спокойно. Мысли лихорадочно заметались в голове.

Я должна найти работу с зарплатой раза в три больше, чем у меня сейчас. И я даже знаю, кто этим займется. Тот, у кого язык болтает много лишнего.

Я вернулась к Димке и поставила его перед фактом.

— Димочка! С твоей легкой руки я имею проблемы. Поэтому сейчас ты будешь моим агентом. Отвлекайся от своих сайтов и ищи мне работу. Параметры. Зарплата сорок пять — пятьдесят тысяч. С проживанием. И чтобы разрешили жить с ребенком.

Димка присвистнул.

— И что ты собираешься делать за такую зарплату? — он сделал неприличное движение языком за щекой, за что получил увесистую затрещину.

— Дурак! Такую заплату и больше получают няни, домработницы и сиделки. Это и ищи. Я все умею. Делать уколы, массаж, следить за режимом. По дому все. За маленькими ухаживать.

— А может, лучше выйдешь замуж за меня? И уезжать далеко не надо. И своему будешь помогать, пока благодетель или квота не появятся. Мамуля тебя обожает. Мишка меня обожает. Я возьму ипотеку… Соглашайся…

Привычное дурашливое выражение исчезло из его глаз.

А я — то думала, что на сегодня все…

— Спасибо, дорогой! Но замужествами я сыта по самые гланды.

— Ну я буду ждать, когда ты передумаешь.

— Сначала работу мне найди.

— Ну как скажешь… Но обещай подумать!

— Обещаю, — улыбнулась я. «Обещать — не значит жениться»

Я надеялась, что Судьба, наконец, залатала карман, из которого вываливались на меня неприятности и потрясения. Но зря. Если эмоции сегодняшнего дня можно сравнить с девятибалльным штормом, то следующий стал настоящим цунами…

— Девушка, вас там просили подойти, — приличного вида посетительница обратилась ко мне. — Где там? — я обернулась в недоумении. — На входе. Просили на секунду выйти, — повторила она чужую просьбу. Женщина развернулась ко мне тыловой частью и принялась изучать меню. Наверно, по объявлению. Я нашла на «Авито» Мишке кроссовки новые за полцены и просила занести сюда. То-то радости будет! Удивительно, но по детям можно рассказать о родителях если не все, то очень многое. И в садике у сына многие его одногруппники прямо озвучивают, какой фирмы у них обувь или одежда и сколько это стоит. Правда, Мишка у меня просто образец ассертивности. Если его начинают задевать, что он не в "фирменных" джинсах, у него один ответ: "Зато меня не заругают, если я порву или испачкаю, а вы играть боитесь".В предвкушении удовольствия от выгодной покупки я выскочила на улицу, выискивая глазами девушку, с которой мы договаривались. Но недолго. Не успела я окинуть взглядом пространство, как почувствовала, что меня подхватил кто-то на руки и перекинул через плечо, как мешок с картошкой. Первые мгновения я готова была умереть от страха и принялась колотить кулаками по спине, на которой лежала и отчаянно кричать.

— Отпустите! Какого черта! Но не успел похитительобъяснить" Какого черта", как я уловила до боли знакомый запах. Я думала, что давно забыла его. Первое время он был со мной повсюду. Мускусный запах наглого молодого самца, переплетённый с древесными нотками и ароматом кофе. Ни капли сладости. Такой парфюм, которому мог соответствовать только один человек. И вот сейчас снова он.

Несмотря на то, что я висела вниз головой, под ложечкой вдруг стало пусто, как при стремительном падении вниз с американских горок. От тесного контакта с телом некогда любимого мужчины, у меня чуть не закружилась голова. Дыхание перехватило. Обида вновь горячей волной хлестнула по моей зачерствевшей от невзгод душе.

— Подгорский! Что ты себе позволяешь? — еще раз стукнув кулаком по его ненавистной спине, снова заорала я. — Ты совсем чокнулся? Поставь меня немедленно!

— Поставлю, не волнуйся! — даже не запыхавшись, будто на плечах у него не я, а легкий рюкзачок, успокоил он. — Не хочу, чтоб ты удрала, не ответив на вопросы.

— Я?! — багровея от прилива крови и накатившей злости от его нахальства, взвизгнула я. — Я должна ответить на твои вопросы?!

Подгорский не отреагировал, а наоборот, еще больше охамел. Крепко удерживая одной рукой меня под коленки, другой он нагло огладил мою задницу. Я дернулась, как от удара, и отчаянно заерзала. На это прикосновение мое тело предательски отозвалось тягучим мучительно — сладким спазмом внизу живота. Или, учитывая мое перевернутое положение, где-то вверху.

— Ты офигел?

— Конечно, офигел, еще когда только увидел тебя!

Я услышала звук открываемой двери и тут же плюхнулась на заднее сиденье машины. Пикнула сигнализация, заблокировав мне путь к бегству.

Подгорский обошел машину. Резво, опасаясь, что я сбегу, прыгнул за руль.

— Открой немедленно! — потребовала я. — Нечего тут «Кавказскую пленницу» разыгрывать!»

— Поговорим, тогда открою, — невозмутимо, словно каждый день только и делает, что занимается похищением людей. Так технично все провернул. И теперь сидит, довольный собой. А у меня злость уже превращалась в настоящего огнедышащего дракона.

— Мне не о чем с тобой разговаривать! — отчеканила я. — Выпусти меня и катись ко всем чертям!

Но вместо того, чтоб подчиниться моему требованию, он завел машину, и мы поехали в сторону от центра, на выезд из города.

— Подгорский, я на работе. И, благодаря тебе, получу выговор и штраф. Развернись немедленно!

— Малинка, ты больше не будешь работать! Я все знаю. Я обеспечу тебя и сына. Теперь вы ни в чем не будете нуждаться, — соизволил он, наконец, озвучить свою «предвыборную программу».

Судя по его бодрому голосу, он прямо получал удовольствие от своего поступка. Романтика. Похитил девушку и собирается ее облагодетельствовать. Только господин Подгорский не учел, что я уже давно не романтичная барышня и ничего увлекательного не нахожу в происходящем.

Чтобы я не испортила атмосферу приключения своими воплями, он включил музыку. Что-то ритмичное и ненавязчивое.

А я сжала зубы так, что чуть не скрипнули. Внутри все клокотало. Гад! Развлечение ему! А мне еще кредит получать и просить, чтоб справку выдали о более высокой зарплате. И после такого форсмажора вообще могут указать на дверь. В разгар рабочего дня сбежать в неизвестном направлении. Хотя я это направление понимала. Еще пара километров — и лесопарк. Объяснение на природе! Ну я тебе объясню, как параллельные прямые строить.